Холодно чертовски. Холодно - до омерзения. Знаешь это паскудное ощущение, когда в холодный зимний день тебя выдёргивают из-под тёплого ватного одеяла? Вот.
Я ощущаю примерно тоже. Меня трясёт за ногу небритый Аватар. Я продираю глаза. Мы в Горьком. В первый раз в жизни. Я не знал тогда, что это обернётся чистой и светлой любовью.
Преданной и нежной. Но - с тех пор - этот город, для меня особенный. Ну, почти как мск.
     Я не помню дорогу до вокзала. Правда - не помню. Не помню как выгружались, не помню того, что было. Помню лишь, что мы - как самые наглые, восемь небритых рыл, заняли,
как оказалось VIP места. В наглую, развалившись, кемарили в ожидании встречающих, в кожаных креслах, в зале - облицованном мрамором.
     Кто-то кемарил. Кто-то слушал музыку. Кто-то что-то жрал. Часы ожидания. Тогда мы выходили покурить на вокзальную площадь. Несмотря на возраст и наше количество - в глубь города уходить
не стали. Меня тогда ещё шокировла площадь. Вокзальная площадь Горького.  Мне всегда казалось, что любая вокзальная площадь любого города, в любое время дня и ночи всегда будет людной.
А тут - впервые оказалось не так. Огромный город, миллионник - и абсолютно пустая площадь. Ни души. Ни одного человека. Не было даже глюконавтов-токсов.
     Час-другой - нас встретили. На весело громыхающем желтом трамвае, по смешной цене - 5 или 6 рублей за поездку - мы поехали на нужную остановку. ДК им Орджоникидзе. Так, кажется. В самом сердце Автозавода. Это потом я узнал все прелести этого района;).  А тогда всё было легко, и не напряжно.  Я плохо помню встречающего нас парня. Он, по-моему был кодером. Я с трудом понимаю, кем он представлял нас.  Но среди нас был Здвиг, наиталантливейший московский дворник и 3д дизигнер. Был Ави, ПХП кодер. Был Орк, была Белка. В общих чертах - продвинутая АйТи молодёжь.
В нудном ожидании мы шарились вокруг ДК в поисках чего-нибудь. Чего-нибудь - пожрать. И мы нашли, старую, ещё, наверное с советских времён, рюмочную. Обитую вагонкой. Классическую пивнушку.
     Пивнушка была ничем не примечательна кроме цен.
Стакан портвейна стоил 12 рублей. Пирожок с картошкой - 4 рубля. Весь мой завтрак встал мне тогда в 20 рублей. Народ, посмотрев на ассортимент, фыркнув, пошёл дальше. А я...
     А я дорвался.
Ну, конечно, это не тот портвейн который нужно цедить маленькими глоточками, улавливая капельки солнца....
Но уверяю тебя, в том портвейне было солнце. Оно было оглушительно горячим, на пополам со спиртом и уксусом. В общем - портвейн был в самый раз. Знаешь, из тех, что опрокидываешь в себя одним глотком, и тепло и бархат - несмотря на отвратительное послевкусие - раскрывается уже внутри тебя. Он согревает не хуже коньяка, и ты прямо ощущаешь его живое течение по своим жилам.
В общем, хряпнул я этого портвейна, крякнул, да закусил пирожком.
И до сих пор я не забуду квадратных глаз встречавшего нас парня. И его фразы - "Ты чего, с завода?".
Вот так, за 3 минуты, я стал местным рабочим классом. Вот так - просто и без заморочек я познакомился с Горьким и выпил за его здравие. Вот так - я его полюбил.
Обидно, если испортил тому парню впечатление от московской интиллегенции.
Обидно - досадно - но ладно.
А все отжиги - они были ещё впереди.
И полуночная дорога в нижний из Дзержинска (то ещё местечко).
И полуночные отрывы под скоростью с охранником. И лечение изжоги (будь неладна скорость!) перцовкой с карбофосом. И щедрая Белка, как всегда спасающая долбоёбов.
И скептичный Орк.
И открытие сезона загара.
Всё было впереди.
Я не знаю, зачем всё это пишу. Но на 99% - для себя.