Это цитата сообщения МыслЯтель Оригинальное сообщение

Мы за ценой не постоим

В 2003 году шла война в Ираке и американский спецназ спас 19-летнюю рядовую Линч. Джессика родом из города — вы не поверите — Палестина в Западной Виргинии, попала в плен в конце марта 2003 года, ее спасли 1 апреля, меньше чем через 10 дней.

Отношения "солдат — родина" — это особая штука. Это сложная, эмоциональная, доверительная связь. Потому что довольно часто речь идет о жизни и смерти. Это то, о чем нам вообще не хочется думать: родина должна заслужить право называться так для своих солдат. В их глазах. В глазах родителей, которые отдают в армию детей. Обязательства здесь взаимны. Государство отвечает за жизнь каждого своего солдата так же, как солдат отвечает за выполнение присяги — верой и правдой служить своей родине.

Никогда этого не было в России. Ни при царе, ни при красных, ни при тех, кто их сменил в 1991-м. Никогда контракт не исполнялся двумя сторонами. И всегда жизнь российского солдата не стоила ломаного гроша. Да, это принесло победу в Великой Отечественной, которая была выиграна, потому что "за ценой не постоим", а ценой этой были человеческие жизни, жизни солдат. Ни одна армия на свете не была и сейчас не готова выигрывать какую бы то ни было войну такой ценой. А мы готовы. Как-то один натовский генерал мне сказал: "Опасны не ваши ракеты. Опасна ваша психология, которая предполагает, что жизнь человека ничего не стоит".

Мы потеряли, по официальной статистике, около 14 тысяч парней в Афганистане, где не выиграли ничего. Мы потеряли, по неофициальной статистике, примерно столько же в Чечне, где не выиграли ничего. Я не знаю ни одной вменяемой матери или отца, которые хотели бы, чтобы их сын служил в Российской армии.

Мы бросаем своих, мы сдаем их, как сдали тех мальчишек в начале чеченской войны, которых послали в Грозный и от которых отказались. Скольких мы сдали в Афгане и Чечне? Скольких выживших в Великой Отечественной сгнобили потом в лагерях? Скольких советских безногих и безруких солдат-победителей отправили умирать на Соловки, чтобы не портили пейзаж?

История про капрала Шалита — это не только история про израильского солдата. Это история про страну, которой можно гордиться и служить которой — честь. И каждый израильский солдат это знает. И каждая еврейская мать это знает. И убеждена, это важнее для будущего Израиля, чем "цена" в тысячу с лишним палестинских заключенных, отданных в обмен. Чтобы противостоять терроризму, надо во что-то верить. Например, в то, что человеческая жизнь бесценна, жизнь твоего солдата бесценна. Я не знаю ничего выше такой веры. И если бы такую веру исповедовала каждая страна, то, возможно, войн просто не стало бы.

Террористы верят, что человеческая жизнь — ничто. Поразительно, как это близко к тому, о чем я писала выше относительно собственной родины.

Наталья Геворкян
независимый журналист