Глава вторая.
«Лекарь просит о помощи»

Еще утром я понял, что день предстоит насыщенный. Мастеру лекарю пришло сообщение о кончине мастера оригами. И все бы ничего, но смерть была насильственной – отравление или облучение. Страховая компания концерна «Улей» прислала своего администратора и поисковика на поиск доказательств убийства. Они прибыли раньше ночных стражей города и обыскали старый дом, перевернув все на своем пути. Поместив в стазис экономку, просканировали ее память и проверили все карманы, но девушка была ни причем. Кто-то влез в чердачное окно через крышу, оставив выломанную черепицу. У мастера оригами не взяли вообще ничего.
И вот с этими материалами они вернулись в головную коллегию поиска и спасения, после чего вызов поступил в Канцеляриат Инквизиции Церкви Небесного Преображения, и сам магистр собрал внутренний орден для решения данной проблемы. Конечно со стороны казалось – что это что-то простое, можно сказать заурядно. Ну умер старик… Однако, собрали в зале заседаний ордена всех. Смотрите, следы взлома есть, а следы орудия смерти, причина и способ маскировки тела окутаны такой тайной, что даже золотые ищейки «Улья» ничего не нашли. Нам о многом стоит подумать в этом деле, господа, – громогласно заявил магистр собравшимся и в первую очередь - о безопасности наших городских жителей. Нужно найти убийцу незамедлительно, ведь если защита простых граждан не эффективна, то как мы можем гарантировать сохранность душ и остальных граждан Небесной Гавани?!. – гремел его яростный голос. - Я призываю вас, решить эту задачу до конца дня и очень выразительно посмотрел мне в глаза. «Да уж…» - пронеслось в моей голове, а я как канцлер тайной полиции должен был знать об этом больше, чем золотые ищейки. Хорошо, что все дела передали мне лично. Я взял папку с клеймом золотого шершня и отправился в свой кабинет.
Ну что ж, - начнем, пожалуй, – тихо произнес я себе под нос и приземлился в кресло. Разобрав листы по категориям: следы, фото, элементы присутствия и траектории перемещений старого мастера я насторожился. Что-то меня сильно напрягало и настораживало во всем этом случае, но я не мог понять, что конкретно. В этот момент вошел адъютант Пауль и протянул мне конверты со свежим клеймом Ермолая Медолапа мастера-лекаря родового дома Пушниров и еще несколько прочих. Я принял почту и сломал первый зеленоватый сургуч. На бумаге молочного цвета размашистым почерком лекаря синими даиленскими чернилами было выведено прошение ко мне лично. Строчки на листе выведены неровные и было видно, что мастер лекарь писал это письмо в большой спешке.
«Канцлеру тайной полиции Рою Федериусу Сумеречной Деннице смотрителю Магистрата Инквизиции Небесной Гавани. От мастера лекаря родового дома Пушниров Ермолая Медолапа Пушнира. тринадцатого числа первого весеннего сезона пятой эпохи Большого Дрейфа.
Довожу до вашего сведения о безвременной кончине мастера оригами и смотрителя родового дома Пушниров в Небесной Гавани, проживающего не Тенистой улице торгового района. На момент смерти мастер оригами был трезв, голоден и находился во сне. Смерть наступила путем изымания золотого стержня сознания и перелом оного в двух местах. В результате обломки были найдены возле постели умершего. Восстановлению стержень к величайшему сожалению не подлежит. Досмотр и опрос экономки аурисы Марыси Аверны Рыбкиной показал, что к ней применили магическое воздействие «малый паралич». В результате воздействия ауриса провела в неподвижном состоянии более двух суток и находится в путанном сознании и общей слабости. Я подтверждаю, что данная ауриса не является причиной или орудием преступления, так как по законам баюнов не достигла совершеннолетия и не обладает защитным обручем, который по умолчанию выдается всем гражданам Небесной Гавани. Более того, ауриса находится под жестким финансовым управлением своего рода и особенно тетушки – старшей сестры ее отца Барсеньи Триши Рыбкиной, которая в свою очередь является управляющей большой кухни гильдии алхимиков родового дома Рыбкиных. Ауриса воспитана в строгости и аскезе, за нее может поручиться данная родственница письменно. Магическими способностями, необходимыми для извлечения стержня данная ауриса не обладает. Имеет базовое семейное образование и подвержена острой сезонной интровертии. На сем прошу принять мою просьбу, и быть с аурисой Марысей Аверной Рыбкиной милостивым и справедливым.
С большим уважением к вам и вашей заботе о гражданах всей Небесной Гавани, мастер-лекарь дома Пушниров Е.М. Пушнир»
Далее были еще два письма оба напечатанные на машинке: одно от самой тетушки Барсеньи Триши Рыбкиной, в котором находилась характеристика аурисы, а второе с прошением о помиловании и благосклонности к племяннице. Голубой конверт с доносом от соседки старого мастера оригами по поводу излишней траты воды на уборку данного дома и подозрительным гостям, появляющимися на крыше рядом с чердачными окнами мастерской. Характеристика семьи со слов местных почтальона и молочника зафиксированные стенограммой на казенной желтой бумаге дознавателей.