Мертвых нет, есть только живые, и те, кто прошел сквозь смерть, – не умерли.
10-06-2022 20:41
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
MEMENTO MORI
Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверстую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.
_
Марина Цветаева
Преподобный Серафим незадолго до смерти потребовал сделать ему гроб и поставил его в сенях.
Часто он останавливался около него и молился, готовясь к часу смертному.
Так же поступали и многие другие святые.
Из этого можно заключить, что даже изобилие благодати Божией не позволяло им так думать о вечности, будто там у них всё «схвачено».
Сколько же нам, нерадивым, должно приводить себе не ум «последняя своя»!
«Помни последняя твоя – и во веки не согрешишь»
(Сир. 7: 39), – говорит Слово Божие.
Память смертная – регулятор поведения человека, проверка его разума и души.
В нашем секуляризованном обществе говорить о смерти невозможно. Особенно когда речь становится адресной.
Скажи человеку:
«Ты умрешь», – и это будет расцениваться как проклятие.
Хотя ничего нового в этой информации нет.
Как сказал один современный богослов,
все мы знаем, что умрем, и все в это не верим.
Эта табуированная тема всплывает только тогда,
когда приближается пограничная ситуация.
И, к сожалению, приближение смерти кого-то из родственников заставляет домашних вспомнить все приметы и суеверия,
которые породил народный фольклор.
К священнику, как правило, обращаются в последнюю минуту,
когда уже надо отпевать, причем никого не интересует вопрос:
а как же по-христиански подготовить человека к смерти
(на церковном языке это называется «напутствовать»)
и проводить покойного?
Всё, что нужно от батюшки, – только совершение отпевания, да по возможности – проводы на кладбище.
За всё время моего священства я уж и не знаю,
сколько человек отпел, но еще ни разу ни один родственник покойного не обратился ко мне с вопросом:
как нужно приготовить дом, как в доме положить тело, какие молитвы читать до отпевания
(хорошо еще, что иногда спрашивают, как после молиться), как организовать поминальный стол – как всё это сделать так,
чтобы было благочестиво, а не тяп-ляп.
Я думаю, никто так не знаком с дикими обычаями похорон,
как сельское священство.
Можно даже не упоминать, наверное, всем известные обряды: накрывать зеркала и посыпать дорогу за умершим еловыми веточками. Это просто невинные традиции по сравнению,
например, с «заземлением» покойника.
Представьте картину:
входит священник в комнату к покойнику, а от батареи к гробу тянется тонкая медная проволока,
которая намотана на палец мертвецу.
Ответа, для чего нужен сей «гаджет», я так и не добился за шесть лет. Говорят, что якобы от этого не так быстро идут процессы разложения,
но понятно, что это чистой воды выдумка.
В сильную жару обкладывают тело бутылками с холодной водой
или пакетами с солью – это еще можно понять.
Но «заземление» – явно «печать» XX века.
Второе объяснение этой традиции – снятие напряжения с мышц, чтобы не было непроизвольных мышечных сокращений.
Однако напряжение мышц – это совершенно не статическое электричество, и так от него не избавиться.
Но если бы это было вершиной человеческой мудрости, данной статьи не было бы.
Отдельно можно вспомнить о том, какие предметы кладутся в гроб. Понятно, что человека одевают.
И при этом в гроб идет множество личных предметов: кепка, расческа, сигареты, зажигалка.
Зачем?
Объяснение простое: покойный любил.
Если покойная пользовалась косметикой, ей обязательно накрасят губы, ресницы и проч.
Как выглядят ярко-красные губы на фоне мертвящей бледности лица, догадаться нетрудно.
Бывают особо экзотические случаи: например, знакомый священник столкнулся с тем, что в гроб положили… косу.
Настоящую металлическую косу, только без ручки.
Как вы думаете, для чего?
Ни за что не догадаетесь!
Я просто обязан передать ответ в оригинальной белорусской стилистике:
«Каб не уздымауся».
Чтоб не вставал, то есть.
Я думаю, для этой цели недостаточно просто рядом положить косу. Некоторые продвинутые люди для этого используют осиновый кол.
Но и это цветочки.
Вероятно, уже есть прецеденты, когда в гроб кладут ноутбук или мобильный телефон, но я пока с этим не сталкивался.
Хотя нет, с мобильным я погорячился.
Дело было так.
Отпевал я как-то пожилую супружескую пару.
Не помню подробностей, что-то случилось с газом, и они вдвоем угорели. Похороны были очень скорбные.
Действительно, так бывает, что чужое горе сильно тебя трогает, и это был как раз такой случай. До определенного момента.
После отпевания вся процессия пришла на кладбище, и я в том числе. После короткой заупокойной литии
я предложил родственникам попрощаться с покойными, а сам стал заниматься освящением надгробного креста, могилы и т.д.
В середине своих дел я внезапно понял, что что-то идет не так, как обычно.
Около гробов началась какая-то возня, а прчитания стали гораздо громче.
Не понимая, в чем дело, я подошел к гробу и увидел такую картину.
Молодой человек, обливаясь слезами, с кем-то говорил по мобильному телефону, а потом – приставлял трубку к уху покойного.
Потом опять подносил к своему лицу,
что-то говорил – и снова прикладывал к уху – на этот раз покойницы. Первой моей реакцией была банальная растерянность.
Что он делает? Что это такое?
Я оглядываюсь, смотрю на людей, немым взором спрашивая, что происходит, и вижу, что вокруг все рыдают, глядя на эту дикую сцену.
Наконец я начинаю выходить из ступора и задаю вопрос.
Выясняется, что не все родственники смогли приехать на погребение. Откуда-то с далекого севера не смогла приехать дочь.
И вот родственники нашли выход из ситуации: дочка прощается с покойными по телефону.
Она, сидя в доме за тысячи километров отсюда, говорит в трубку слова, которые тут вылетают в безжизненное ухо мертвеца.
Воистину: до чего дошел прогресс!
Прям мороз по коже от такого прогресса.
Удивительно, что, когда на кладбище мы подходим к покойному и лобзаем его, это воспринимается как последнее дело любви.
Всё понятно четко:
вот тело, оно безжизненно, где-то рядом душа – она-то видит нас и слышит наши слова.
И мы воздаем честь телу только потому, что оно было соединено с душой и когда-то снова имеет с ним воссоединиться.
Но мы никак не веруем в то, что оно само по себе, оставленное душой, имеет человеческие качества, например слух.
Эти качества дает душа.
И эту веру выражает Церковь, когда неоднократно поет на погребении, что тело без души только «персть», «пепел», «земля».
Поэтому такое «прощание» – не имеет даже названия.
Оно – плод полнейшего христианского невежества.
Скоро, очевидно, будем уже прощаться и по «скайпу».
Но Церковь говорит нам, что каждый из нас имеет возможность незримо соединиться с усопшим – в молитве.
И эта связь совсем другого уровня, нежели мобильная.
И потому более уместным со стороны дочери поступком было бы заказать в этот день панихиду
в ближайшем храме и соединить свою молитву с нашей.
Вообще технические новинки для погребения мало нужны.
Вот, например, фотоаппарат.
Несколько лет уже как сталкиваюсь, что люди фотографируют усопших родных в гробу (а потом еще и вешают эти фото на стену).
Для чего это нужно?
Мы делаем фотографии в те моменты, которые бы хотели вспоминать в будущем.
Вспоминать – и радоваться.
Зачем же увековечивать такой момент, когда при одном взгляде на фото вновь текут ручьи слез
и у некоторых начинается истерика?
Это уже совершенно не память смертная, а мазохизм какой-то.
Добровольное вызывание уныния и величайшей скорби.
Напомню, что «печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению,
а печаль мирская производит смерть» (2 Кор. 7: 10), а тут печаль самая что ни на есть «мирская».
Мы должны думать не о теле, которое покоится в земле, а о душе, которая обитает на Небесах.
Большие скорости и огромные расстояния, разделяющие родню, – тоже плоды современной цивилизации.
Сейчас семьи бывают так разбросаны по миру, как раньше и не снилось людям.
Конечно, теперь часто бывает проблемой собраться всем одновременно для отпевания.
По этому поводу я хочу рассказать еще одну историю, после которой вы поймете, что «заземление» – это только цветочки.
Доживем до понедельника
В феврале этого года меня позвали отпевать одного человека.
Дело было в субботу.
Я пришел в дом, совершил молитвы и начал готовиться к выносу тела.
В этот момент родные попросили освятить землю в пакетике.
Я им ответил, что в этом нет нужды, поскольку я вместе с ними иду на кладбище.
Как известно, если священник сопровождает покойного на кладбище, там, после положенных молитв, когда гроб опустят в могилу,
батюшка берет лопату и со словами
Господня земля и исполнение ея, вселенная и вси живущии на ней» трижды «крестовидно мещет» землю поверх гроба.
Это указание Требника.
Если священник по какой-то причине не может пойти на кладбище,
то после отпевания освящается земля,
и родные сами на кладбище крестообразно посыпают гроб этой землей. Всё это я подробно объяснил родным,
но не встретил сочувствия в их глазах.
– Нет, батюшка, – возразили они мне.
– Нам нужна земля в пакете, потому что сейчас,
когда мы пойдем на кладбище, вы там не будете сыпать землю на гроб.
– Почему? – добродушно удивился я.
– Потому что мы не будем засыпать могилу,
– последовал сногсшибательный ответ.
– М-м-м? – мне показалось, что я ослышался.
– Дело в том, – начали они,
– что не все родственники смогли приехать сегодня.
(«И тут то же самое», – подумал я.)
Поэтому вы помолитесь,
мы закроем крышку, опустим гроб – а засыпать не будем.
Завтра приедут родственники, мы пойдем на кладбище,
поднимем гроб, попрощаемся,
снова опустим гроб в могилу и засыплем землей.
Вот почему нам нужно, чтобы вы освятили землю тут, – заключили они.
Сказать, что у меня отняло речь, – значит, ничего не сказать.
Я просто обалдел.
Люди возьмут своего умершего родственника,
с почестями бросят в яму, потом пойдут домой,
спокойно поужинают, лягут спать,
назавтра снова достанут его из могилы…
попрощаются… и снова опустят…
Не кошмар ли?!
– Да вы что! – возмутился я.
– Я такого «чуда» с роду не видал!
Да и вообще сегодня – второй день смерти,
хоронить положено на третий.
В чем проблема?
Пусть покойник «переночует» еще одну ночь дома,
завтра приедут родственники, вы по-человечески
(аргумент «по-христиански» я тут даже не стал употреблять) попрощаетесь и похороните его.
Однако я нисколько не смог их переубедить.
Напоминаю, был февраль, совершенно не было никакой нужды хоронить человека на второй день, как иногда бывает из-за жары.
Один их аргумент перевесил все мои «богословские» доводы:
у нас так принято «испокон веков»
(на белорусском это звучит так: «спрадвеку»).
Собственно, этим аргументом отражаются
все нападки священства на народное «истинное благочестие».
До сих пор, когда я думаю об этой кощунственной практике,
– мурашки по коже.
Я бы мог рассказать еще не одну подобную поразительную историю,
но цель у меня иная.
Смерть – это таинство перехода человека
из мира видимого в мир невидимый, высший.
И это не только экзамен и закономерный итог жизни и подвигов преставляющейся души, но и всегда урок
для присутствующих при этом свидетелей.
Причем удивительно:
урок для себя можно извлечь всегда, независимо от того,
был человек добродетельным или порочным.
Просто урок может быть положительным
или отрицательным – как ответ задачи.
И мне кажется, что вся обстановка похорон
также является закономерным итогом
и завершением жизни покойного.
Проводили мы человека по-язычески,
обставив нелепыми традициями и обрядами,
с музыкой или без, с ворохом живых цветов
и теплой молитвой или пластиковых венков
с такими же искусственными эмоциями – тут часто Господь
всё приводит в соответствие с жизнью новопреставленного,
хотя иногда бывают особые случаи.
Я имею в виду, что если вся наша жизнь – фарс и фальшивка,
то в такой же фарс превратятся и наши похороны.
Недаром я начал повествование с памяти смертной.
Человек, имеющий память смертную,
ведет себя совсем иначе, чем тот, который не верит в свою смерть.
Если я наверняка знаю, что вскоре умру, – то не буду
осуждать или завидовать.
Что мне в этом, когда сегодня или завтра
сам предстану на суд Божий?
Я не стану обманывать, собирать себе безчисленные имения,
думать о мести или развлечениях.
Все мысли осужденного на смерть
крутятся только вокруг предстоящего Перехода.
«Древний патерик» рассказывает о двух иноках,
которые однажды, бросая глину на келью, сказали друг другу:
если теперь посетит нас Бог, что будем делать?
Заплакав, они оставили глину и удалились в свои кельи.
Так было бы и у нас.
От нашей невнимательной и ленивой молитвы
не осталось бы и следа, помышляй мы вечером о том,
что утром можем не проснуться.
Вот только встань на молитву и скажи сам себе:
«Это моя последняя молитва».
И если удержишь эту мысль в сердце,
ум перестанет кружиться по сторонам,
а станет оплакивать себя на каждом «Господи, помилуй».
А если бы мы думали о скорой смерти всякий раз,
как приходят греховные помыслы, то церковный мир
(хотя бы церковный!) стал бы намного чище и добрее.
Имеющий страх смертный
и смерть ближнего воспринимает с благоговением.
Это благоговение заставит отказаться и от музыки,
от которой погребение превращается
в похороны сицилийского мафиози,
и от охапки пластмассовых цветов – кладбищенского мусора,
и от вычурных памятников с поэтическими (и не очень) эпитафиями.
Что можно сделать для умирающего?
(Именно для умирающего, а не для умершего,
поскольку приготовление к смерти начинается задолго до нее.)
Самое главное – это христианское напутствие
исповедью и Причащением.
Особенно для тех, кто всю жизнь вроде бы и верил в Бога,
но дорожку к храму так и не протоптал.
Перед смертью человек начинает всё чувствовать по-особому,
поэтому не стесняйтесь предложить ему исповедоваться.
Естественно, это должно происходить не тогда,
когда предсмертная агония уже разлучает душу и тело.
В вашем доме престарелый или тяжело больной человек?
Так не ждите развязки.
Может статься, что Причастие подарит выздоровление болящему
или облегчит предсмертные муки умирающему.
А когда человек уже умер,
и вы не знаете, что дальше делать, – нет ничего проще:
позвоните в храм и спросите.
Мол, так и так, соседка говорит, что нужно налить «стопочку»
и поставить ее в изголовье с кусочком хлеба.
Надо это или нет?
Я не имею возможности перечислить здесь
все народные суеверия, связанные с покойниками,
но священник или церковнослужитель
на месте легко разрешит ваши недоумения.
Я могу написать, что нужно делать.
Нужно молиться.
Умирающему принято звать священника,
чтобы он прочитал «Канон при разлучении души от тела».
В народе этот чин называют «Отходной».
Если у священника нет возможности совершить эту молитву,
то ее можно прочитать самостоятельно
по специальному молитвослову, где указано,
что можно читать мирянину, а что – только священнику.
Над уже почившим человеком читают Псалтирь все три дня
вплоть до отпевания.
Душа почившего попадает совершенно в другой мир,
и единственное, чем можно ему там помочь, – это молитва и милостыня.
Нет никакой нужды выкидывать бешеные деньги
на многочисленные пластмассовые венки,
которые гниют и захламляют кладбище.
Лучше принести на могилу немного живых цветов,
а родственникам договориться между собой,
и средства, которые предполагалось потратить на венки, – подать
на помин души новопреставленного в разные монастыри и храмы.
От этого хоть реальная польза покойному!
Планируя поминальный стол,
тоже нужно руководствоваться принципом минимализма.
Это ведь не свадьба!
Не нужно на поминальный стол
ставить крепкие спиртные напитки, вполне достаточно вина.
Последнее: на могиле должен стоять крест,
а не нечто квадратное с начертанным «крестиком».
Какой будет крест:
деревянный, металлический или гранитный – не столь важно.
На кресте желательно не устанавливать
никаких фотографий покойного, потому что это крест Христов.
Если же очень хотите где-то разместить изображение усопшего,
лучше это сделать на могильной плите.
Иногда для этого даже предусматривают
некоторое возвышение плиты,
на котором умещаются фото и надпись.
Это самые простые советы, которыми я ограничусь,
чтобы не превратить статью в похоронную методичку.
Часто бывает так, что после похорон у членов семьи
возникают всякие видения, сны, необыкновенные состояния.
Чаще всего это обусловлено нервным расстройством,
но бывают и сверхъестественные случаи.
Тут надо понять, что смерть человека – пограничная ситуация,
когда миры видимый и невидимый пересекаются.
И случается, что духи злобы используют это,
чтобы напугать других членов семьи,
спровоцировать их на какие-то необдуманные поступки:
например, обращения к колдунам или суицидальные мысли.
Поэтому в таких случаях тоже нужно не постесняться,
и если даже все смеются над вашими страхами,
прийти в храм и поговорить со священником.
Иногда совершенно невообразимые вещи
заканчиваются после освящения злосчастного дома.
И последнее.
Часто люди каются после смерти своих родственников,
что не уделяли им должного внимания при жизни.
Что тут посоветовать?
Кайтесь в этом грехе Богу и постарайтесь его искупить
молитвами и милостынями по усопшему.
Но главное – старайтесь любить ваших живущих
и здравствующих родственников.
Имея страх своей собственной смерти, это делать нетрудно,
ведь от знания своего скорого отшествия
умилится любое черствое сердце.
Умилится – и подвигнется на жалость и понимание своих домашних.
А отсюда родятся и уступчивость, и снисходительность,
и великодушие к чужим проступкам.
_
Священник Сергий Бегиян
24 сентября 2014 г.
#ПоминовениеУсопших
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Мертвых нет, есть только живые, и те, кто прошел сквозь смерть, – не умерли. | Надежда_из_Чимеево - Дневник Надежда_из_Чимеево |
Лента друзей Надежда_из_Чимеево
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»