Филолог Михаил Гаспаров в книге «Капитолийская волчица»
рассказывает о том, что римляне хоронили своих усопших родственников за городом по обочинам больших дорог, считалось, что прохожий должен остановиться возле могилы и прочитать назидательную эпитафию,
многие из которых начинались словами:

«Остановись, прохожий».
Считалось, что чем больше прохожих
прочтут эпитафию и вспомнят об усопшем,
тем счастливее будет его загробная судьба.

Обычаю почитания усопших первые христиане в буквальном смысле слова обязаны своим выживанием.
Римская империя не позволяла создавать общественных организаций или групп за исключением погребальных коллегий,
члены которых заботились о достойном захоронении друг друга.
Вот последователи новой религии и стали собираться в катакомбах, где до сих пор можно найти христианские символы.
Некоторые исследователи даже относят к ним знаменитую латинскую надпись:

SATOR
AREPO
TENET
OPERA
ROTAS

При пересечении слово «tenet» дает изображение креста.
Впрочем, вернемся к нашим гробам.
Почти одновременно с почитанием усопших в Церкви идет и традиция осуждения трапез на могилах как остатков языческих суеверий.

Блаженный Августин в своей «Исповеди» рассказывает о том, как его мать – блаженная Моника, благочестивая христианка -
перестала ходить на кладбища с приношениями:

«Однажды, по заведенному в Африке порядку, она принесла к могилам святых кашу, хлеб и чистое вино.
Привратник не принял их.
Узнав, что это запрет епископа, она приняла его распоряжение так послушно и почтительно, что я сам удивился, как легко она стала
осуждать собственный обычай, а не рассуждать о его запрете.
Узнав, что славный проповедник и страж благочестия запретил этот обычай даже тем, кто трезвенно справлял его, - не надо давать пьяницам
случая напиваться до безчувствия, - кроме того, эти своеобразные поминки очень напоминали языческое суеверие, - мать моя
очень охотно отказалась от него:
она выучилась приносить к могилам мучеников вместо корзины, полной земных плодов, сердце, полное чистых обетов,
и оделять бедных в меру своих средств.
Там причащались Тела Господня; подражая ведь страстям Господа, принесли себя в жертву и получили венец мученики».

Как видим, традиция посещения могил в определенные дни имеет давнюю историю, и Церковь с самого начала
следила за тем, чтобы поминовение усопших не превращалось в свинство.
Если открыть тексты древнерусских проповедников, то они удивительно похожи на объявления с просьбой не мусорить на могилах,
которые можно увидеть при входе на кладбища уже и в наше время.

С глубокой же древности Церковь боролась с излишним почитанием христианами усопших.
Историк Василий Болотов рассказывает о карфагенском епископе Цецилиане,
который упрекал богатую благочестивую вдову Люциллу за то, «что она, по своему обычаю, прежде принятия святых Тайн,
целовала кость какого-то сомнительного мученика».

Этот эпизод почти вплотную подводит нас к проблеме посещения на Пасху кладбища вместо храма.
Цецилиан угрожал отлучить вдову от Церкви за то, что она предпочитает общение с мертвым общению со Христом,
и это замечание касается и тех, кто радость Светлого Христова Воскресения разделяет с покойными, а не с живыми людьми.

Впрочем, не будем увлекаться морализаторством и вновь обратимся к историческим примерам.
В записях Киево-Печерской лавры XV века, которые вошли в позднейшие редакции Печерского патерика есть рассказ о том,
как усопшие отвечали на пасхальное приветствие:

«В 6971 (1463) году в Печерском монастыре свершилось такое знамение.
При князе Семёне Александровиче и при брате его князе Михаиле, при архимандрите печерском Николе
за пещерой присматривал некто Дионисий, по прозвищу Щепа.
Пришел он в Великий день в пещеру покадить тела усопших, и когда дошел до места,
которое называется Община, то, покадив, сказал:

«Отцы и братья, Христос воскрес!
сегодня Великий день».
И прогремело в ответ как гром мощный:

«Воистину воскрес Христос»».

Этот отрывок иногда используют в качестве аргумента
в защиту посещения кладбищ на Пасху.
Однако в этой истории есть несколько существенных уточнений.

Во-первых, в Киево-Печерской лавре до сих пор есть небольшие храмы в пещерах, где погребены преподобные отцы.
Разумеется, там совершается богослужение и на Светлой седмице, но никто не рассматривает усыпальницы святых мощей
как аналог кладбища.
Во-вторых, преподобный Дионисий не совершал никакого заупокойного поминовения, а просто пришел покадить почивших иноков
и поздравить их с праздником Пасхи, поскольку христиане верят в то, что их Бог «не Бог мертвых, но Бог живых».
В третьих, инок не устраивал в усыпальнице никаких трапез, не ставил на могилы стаканчик водки с черным хлебом и не крошил туда яичко.
Иными словами, в его действиях не было ничего из того, что устраивают некоторые наши сограждане на могилах близких на Пасху.

Церковь говорит о нежелательности посещения кладбищ на Пасху не потому, что имеет что-то против наших усопших родственников,
а потому, что церковный устав предоставляет множество других дней для посещения кладбищ и заупокойных молитв.

Знаток церковного устава, священноисповедник Афанасий (Сахаров), епископ Ковровский, в своей книге
о православном обряде погребения так пишет об особенностях Пасхи и Светлой седмицы:

«В этот день, как и во всю светлую седмицу, нет места для рыданий о своем убожестве, для плача о грехах, для страха смерти».

Напомним, что на пасхальном богослужении читается знаменитое слово святителя Иоанна Златоуста, где в частности говорится о том,
что Христос упразднил «смерти жало».

Посещать в этот день кладбище, значит, не верить в Воскресение Христово.

Митрополит Сурожский Антоний (Блум) однажды заметил, что «кладбище – это не место, где складывают трупы,
а место, где ждут Воскресения».

Для покаяния у христиан было 6 недель Великого поста и Страстная седмица, так что человек должен радоваться
после такого сложного пути.

Конечно, если человек после пасхальной службы и разговения решит все-таки пойти на кладбище, прибрать могилку и спеть тропарь
«Христос воскресе из мертвых», он не согрешит, но ведь большинство людей отправляются на кладбище вместо посещения храма.

У того же святого Афанасия (Сахарова) есть прекрасные слова о том, что Церковь не забывает об усопших и в день святой Пасхи:

«О смерти и о мертвых, правда, часто вспоминается в сей нареченный и святый день...
праздников праздник и торжество из торжеств, гораздо чаще, чем в другие, меньшие праздники.
Но в Пасху — это победное воспоминание о попрании смерти смертию Христовою,
это радостнейшее и утешительнейшее исповедание веры в то, что дарована жизнь и сущим во гробех).
Понятно поэтому, что на Пасхе не может, не должно быть и речи о поминальных молениях,
о каком-либо гласном поминовении не только усопших, но и живых».

Иными словами, христианин в случае пламенного желания сходить на кладбище именно на Пасху
или при невозможности сделать это в другой день, может посетить могилы родственников.
Так было в советское время, когда посещение кладбищ являлось вынужденной мерой из-за малого числа храмов,
но, боюсь, большинство наших соотечественников идет в Светлое Христово Воскресенье на могилы совсем не для того,
чтобы поделиться пасхальной радостью с родственниками.

Я лично знаю людей, которые ходят на Пасху на могилу своего отца и мужа только для того, чтобы вылить туда стакан водки,
поскольку «покойный очень любил выпить».
Делать так – значит, перестать быть христианином, превратившись в странного последователя культа активных мертвых,
которые после смерти продолжают есть, пить или «носить штаны».
_
Андрей Зайцев,
#ПоминовениеУсопших