Продолжение жизни нашей
есть продолжение милости Божией к человеку,
а посему и дни рождения, и тезоименитства
должно провождать не столько в шумном и рассеянном праздновании,
сколько в благоговении.
__
Преподобный Антоний Оптинский
Благочестиво живущему человеку, ежели он не имеет скорбей, считается год за день,
а если благочестивый человек переносит большие скорби, тогда вменяется ему день за год.
О стремлении к Божественному совершенству
«Красота спасет мир» – писал Достоевский.
Красота – это Бог.
Сколько бы мы ни исследовали нашу жизнь,
сколько бы ни расчленяли ее на составные части,
вроде бы для того, чтобы понять ее механизм,
жизнь в своей целостности будет всегда прекрасной,
божественной и непознаваемой до конца, как непознаваема красота.
Сколько бы мы ни исследовали состав почвы,
находя в ней все новые и новые металлы и соли,
сколько бы мы ни проникали в тайны наследственности,
создавая новые отрасли науки, умные академии, институты, лаборатории,
все равно цветок, взошедший на изученной почве,
цветок, взошедший из хрестоматийного семени,
повергает в изумление своей красотой.
Радость, которую дарует знание,
должна дополняться радостью созерцания,
тогда она будет совершенна.
«Все знаю, все понимаю, и все равно удивляюсь», – говорит человек.
Изумление перед всем,
изумление, несмотря ни на какие знания,
ни на какие беды, – это красота,
это спасение миру, это начало пути к Богу.
А жизнь без изумления перед красотой,
а значит, и без Бога – пуста и ничтожна.
Господь от начала положил в человеке волю, разум и душу.
После падения, разъединенные с Творцом,
они всем существом своим стремятся к Нему.
Воля стремится к свободе, разум – к познанию истины,
душа – к совершенству и чистоте.
Никто и ничто не может угасить этого стремления.
Его можно только исказить, направить по ложному пути…
Свобода от греха замещается политическими свободами,
познание истины,
удовлетворяющейся сознанием своей правоты, – пустой начитанностью,
осведомленностью, эрудированностью, то есть ветхой буквой.