Великий царь и пророк Давид любил в полночный час славить Бога: В полночь я вставал прославлять Тебя за праведные суды Твои. (Пс. 118, 62). Все святые угодники Божии любили в полунощной тишине беседовать с Богом. Сам Господь наш Иисус Христос возносил Свои божественные молитвы Отцу Своему Небесному чаще всего в глубоком уединении в Полночь. Древние христиане каждую полночь встречали молитвой. Полночь — время таинственное, время святое, самое благоприятное для уединенной домашней или церковной беседы с Богом. И сколько поучительных воспоминаний соединяется для христианина с этим священным часом полуночи! Сколько событий в истории домостроительства нашего спасения совершилось в Полночь! В Полночь бывали Богоявления древним патриархам и пророкам, в полночь поразил Господь первенцев египетских, в полночь вывел Он Израиль из Египта, в полночь родился Господь наш в вертепе вифлеемском, в полночь, по древнему преданию, крестился Он в Иордане, в полночь был предан Иудою, в полночь воскрес из мертвых, в полночь приидет судить живых и мертвых... Поистине, то будет страшная полночь для всего мира, для всей вселенной. Наш великий молитвенник и заступник авва Сергий в полночь воспевал акафист Божией Матери и удостоился от Нее великой милости. Царица Небесная явилась ему в келлии с апостолом Петром и Иоанном Богословом, с любовью благословила его и обещала всегда покрывать Своим амофором святую обитель и молящихся в ней. Вот почему с древних веков для всех верующих время полуночи было временем особенно знаменательным, временем, которое должно освящаться молитвой. Мы до того стали немощны духом, что очень редко встречаем полночь молитвой, даже на Рождество Христово или Пасху. Забывая, что дни и часы, и минуты жизни нашей в руках Божьих, мы спешим встречать и Новый год не с молитвой усердной в полночь, а со звоном бокалов, с возглашением здравиц, с пожеланием друг другу счастья, а какого счастья — сами не знаем! Забываем, что и счастье наше — в руках Божиих, и оно не на земле, а на небесах, в вечности! Одно для всех несомненно: все мы подошли ближе к смерти и вечности. В последней молитве на сон грядущим Святая Церковь заповедует нам: указуя на свой одр смиренно, как бы вопрошать Господа: «Владыко Человеколюбче, неужели мне одр сей гроб будет?» В последний день года, переживая полночный час, каждый внимательный к себе христианин со страхом помышляет: «Господи! Не будет ли этот, наступающий ныне год последним годом моей грешной жизни на этой земле? Не будет ли концом моего странствования в этом мире? Ведь нет ничего неизвестнее того, когда мы умрём, как нет ничего достовернее того, что мы — непременно умрём!». Хотя конечно мы не умрём... Нередко бывает, что человек с вечера ложится в постель почти здоровым, а утром находят его умершим... И если за один день, за одну ночь мы не можем поручиться, что все останемся живы и здоровы, то можно ли думать о том, что будет в продолжение целого года? Припомните, скольких братий наших, вместе с нами встречавших минувший год, нет больше с нами. Где они теперь? Что стало с ними? Увы! Многих из них тела уже покоятся в недрах нашей матери-земли, а души их где?! ... С тревогою и за них и за себя — что-то с нами будет? — повторяет эти вопросы наше сердце, и только вера, святая вселенская и апостьольская вера проливает отраду в тревожное сердце. Только она одна указывает нам на истинное счастье и путь к нему и через Святую Церковь дает благодатную помощь для достижения его. Святая Церковь напоминает нам, особенно сейчас, накануне Нового года, что мы — гости на земле; что живем здесь очень краткое время, чтобы приготовить себя свободной волей нашей к вечности; что здешняя жизнь есть только школа, в которой мы должны научиться жить жизнью вечною. Время сокращается и надо спешить: на целый год все мы постарели, на целый год стали ближе к смерти, к вратам вечности... Готовы ли мы сдать грядущий беспощадный экзамен за целую жизнь? Научились ли мы дышать любовью, какою дышат на небе и ангелы Божии и святые Божии? Приучили ли себя славословить Бога подобно ангелам Божиим, находить высшее блаженство в благоговейном созерцании совершенств Божиих? Чисто ли наше сердце от страстей, чтобы созерцать славу Божию? По крайней мере — начали ли мы это приготовление, эту великую науку из наук, это искусство из искусств — жить по Божией воле, чтобы и умереть во славу Божию? Вот о чем мы должны постоянно помнить и усердно молиться Превечному Царю веков, да поможет Он нам с Нового года положить начало новой доброй жизни. Аминь.