Это цитата сообщения Оксана_Лютова Оригинальное сообщение
А.В. Можаев ДВОРЦЫ КРЕМЛЯ. УТРАЧЕННОЕ ВЕЛИКОЛЕПИЕ. (часть 3)
В начале 19 века на этом месте была сооружена новая пристройка к собору, от древнего здания остались лишь засыпанные подвалы (большая палата была обнаружена в конце 19 века, малая — в 2001 году) и отдельные фрагменты кладки 15-17 века в составе пристройки. В 1999-2001 годах памятник был впервые исследован и реставрирован специалистами ЦНРПМ.
В ансамбль Казённого двора 16 века также входили двухэтажные палаты, по всей вероятности, служившие соборной ризницей. Они примыкали к юго-западному углу Благовещенского собора, части их стен сохранились в объёме южной паперти храма. Очевидно, что это была довольно масштабная постройка с крашенными под кирпич стенами и белокаменными импостами сводов.
Поскольку в Казне хранились и драгоценные царские наряды, в 1663 году здесь были сооружены отдельные портная и скорнячная палаты. Под 1673 годом упоминается перестройка «конюшенной палаты у Казенного двора», с обустройством »вислого каменья» у семи окон. Вероятно, эти постройки стояли вдоль южной границы двора, на месте нынешнего проезда, и позже вошли в состав комплекса Приказов.
Сами Приказы не являются частью Государева двора, но являются государевой постройкой и потому также внесены в этот раздел публикации.
ГОСУДАРЕВЫ ПРИКАЗЫ
В. Сложение комплекса каменных Приказов было начато в 1564-65 годах постройкой роскошных палат Посольского приказа. Если верить рисункам инженера Пальмквиста (1674), это было здание ярко выраженной ренессансной архитектуры, с аркадой, богатой декорацией фасада, мощным антаблементом в верхнем ярусе и венчающей балюстрадой. В 1591 году Посольский приказ, размещавшийся за алтарями Архангельского собора, стал частью двухэтажного, П-образного в плане комплекса Приказов (“избы диячьи каменыя”, на рисунке Пальмквиста — слева). Параллельные стороны этого каре были расположены вдоль Москвы-реки и выходили к собору торцами, в восточном крыле находилась проездная арка к Спасской улице.
На протяжении 17 века комплекс незначительно перестраивался (например, известно, что в 1637 г. Т.Шарутин составлял смету на строительство Разборной палаты Сибирского приказа). Однако капитальная перестройка началась в 1675 году. При Алексее Михайловиче были выстроены 28 нижних палат, остальное строительство продолжалось до 1680 года. В результате реконструкции приказы были развёрнуты фасадами на Ивановскую площадь, вытянувшись длинной линией по бровке холма. Образовалась череда составленных вместе двухэтажных объёмов, более-менее близких по габаритам, но разнящихся деталями. С площади в Приказы вели семь каменных крылец. Вероятно, в 17 веке корпуса приказов были крыты отдельными каменными бочкообразными кровлями, аналогичными завершениям несохранившегося Кадашевского хамовного двора (есть свидетельство о поставке каменной лещади при ремонте 1716 года). В 1681-83 гг. над подклетом в центральной части комплекса возвели церкви Александра Невского и Черниговских чудотворцев. Объединенные общей продольной стеной храмы были отражением многоглавия Алексеевской и Благовещенской церквей Чудова монастыря, украшавшего противоположную сторону площади. Под ними находилась двойная арка проезда к Подолу (Верхние Тайницкие ворота).
В 1684 г. тщанием князя Василия Голицына Посольский приказ был надстроен третьим этажом и украшен внутри стенной росписью. В 1695 году расширены палаты Сибирского приказа. Достройка комплекса продолжалась и после пожара 1702 года, когда под руководством зодчего Григория Устинова (работавшего в ту пору на строительстве Монетного двора, Земского приказа и Цейхгауза) корпуса Посольского и Малороссийского приказов были украшены барочной резьбой. Сначала капитально перестроенный Посольский приказ обзавёлся резным крыльцом и фронтоном, который завершался скульптурными изображениями орла с «титлом государевым з гербами», по сторонам орла пушки, а над ним - крест и «глобоз какой пристойно»; столб большой палаты был украшен четырьмя маскаронами (персонами), а вскоре резными наличниками были оформлены окна соседнего Малороссийского приказа.
До 1719 года подле Приказов, ближе к колокольне Ивана Великого стояла ещё одна небольшая отдельная «палатка крепостных дел», где площадные подъячие оформляли сделки. Все остальные постройки комплекса полностью снесены в 1769 году для несостоявшегося строительства Баженовского дворца.
Г. И в заключение второй серии ещё один вымерший подвид кремлёвского палатного строения, далёкие от дворца, но вероятно, построенные тщанием Государя Стрелецкие караульни. На акварелях Алексеева в разных ракурсах изображены приворотни у Спасских и Никольских ворот, возможно, подобные им могли быть и у прочих въездов. Особенно интересна Спасская караульня, обнесённая аркадой на кубышчатых столбах, аналогичных столбам Царской башни. Маловероятно, что это неоготическая стилизация; скорее всего, караульня построена в 1680-х одновременно с Царской башней по единому архитектурному замыслу. На фотографиях, сделанных до сноса караульни в 1920-х она имеет пять одинаковых арок на простых круглых столбах — если верить Алексееву, то это следствие перестройки 19 века.
Караульня Никольских ворот поминается каменной уже в 1702 году. На Алексеевской акварели присутствуют колонны с белокаменными резными капителями и венчающий кокошник, аналогичный завершению Спасской караульни.
У Троицких ворот вместо караульни в 17 веке стояла палата дворцового Судного приказа, примыкавшая к северному крылу Потешного дворца.
Избранная литература:
1. Памятники архитектуры Москвы, 1 том. М., 1983.
2. Забелин И.Е. Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях. Кн. 1: Государев двор, или дворец. М., 1990.
3. Забелин И.Е. История города Москвы. М., 1990.
4. Бартеньев С.П. Московский кремль в старину и теперь. Книга 1. М., 1916.
5. Словарь архитекторов и мастеров строительного дела Москвы XV – середины XVIII века. Под ред. И.А.Бондаренко и И.Л.Бусевой-Давыдовой, М., 2007.
6. Фальковский Н.И. Москва в истории техники, М., 1950.
7. Евдокимов Г.С. К истории построек Казенного двора в Московском кремле. В кн. «Царский храм. Благовещенский собор Московского Кремля в истории русской культуры», М., 2008.
8. Баталов А.Л. О датировке белокаменной резьбы на южной паперти и крыльце Благовещенского собора. Там же.
9. Евдокимов Г.С., Калугина И.В., Мосунов Ю.П., Рузаева И.И., Яковлев Д.Е. «Погреб на Казённом дворе 1485 г. в Московском кремле». В кн. «Древнерусское и поствизантийское искусство», М., 2005.
Дворцы Кремля — 3
Заключительная часть краеведческого повествования о древних памятниках каменной гражданской архитектуры Кремля. Ранее были рассмотрены парадные, жилые и хозяйственные постройки Государева двора, а также Приказы. Теперь — то, что осталось за его пределами: Патриарший дворец, боярские палаты, а также келейные корпуса кремлёвских монастырей и подворий.
Д. Комплекс дворца Патриарха.
Д1. В 1450 году московский митрополит Иона выстроил на своём дворе подле Успенского собора жилые палаты — первый каменный дом Москвы. Каким был этот памятник — пока неизвестно, но согласно версии Георгия Евдокимова, эта постройка могла находиться к западу от Успенского собора (фрагменты кладки 2-й половины 15 века обнаружены шурфами под церковью Екатерины). Она перестраивалась после пожара 1473 г. (тогда же появились кирпичные ворота Митрополичьего двора), а в конце 15 века жилые палаты были выстроены и севернее собора. Недавние исследования доказали, что эта постройка (вероятно, известные по летописи «три кельи на подклетах» 1493 года) сохранялась в основе корпуса Синодальной библиотеки, снесённого в 1960 году. До настоящего времени уцелели лишь фрагменты кладки из плинфообразного кирпича в месте примыкания Дипломатической пристройки КДС к Патриаршим палатам.
К середине 17 века бывший Митрополичий — а с 1589 года Патриарший — двор включал в себя вытянутый корпус, стоящий вдоль западной границы Государева двора (Крестовая и Столовая палаты с сенями меж них) и соединявшийся переходом с Ризположенской церковью, а также упомянутые выше кельи на подклетах и церковь Трёх святителей Московских (конец 16 века, стояла ровно напротив северных дверей Ризположения). Под церковью находилась арка въезда на внутренний двор усадьбы. На юго-восточном углу Патриаршего двора, против северных дверей Успенского собора, с 1566 года находилась церковь Соловецких чудотворцев. Под ней также находился проезд на второй, парадный двор, и вероятно, это и были Святые ворота Патриаршего двора, сведения о росписи которых относятся к 1643 году. В это время комплекс ремонтировался под наблюдением Антипы Константинова, была разобрана часть ветхих строений, а на дворе поставлены две каменных кельи, кузница и подклеты под деревянные хоромы для патриарха.
Однако уже в середине 17 века границы владения Патриарха смещаются к востоку, занимая территорию бывшей Годуновской усадьбы. Постройки старого Патриаршего двора с церковью Ризположения отходят к расширенной женской половине двора Государя и вскоре становятся подклетом, на котором возводят деревянные, а затем (1674) каменные комнаты для царевен (о них подробнее в первой части публикации, А9). Церковь Соловецких чудотворцев разбирается и в 1655-м году патриарх Никон переезжает в выстроенные на её месте, существующие доныне палаты с надвратной церковью. На протяжении 17 века происходит дальнейшее обустройство комплекса, объединившее старые Цареборисовы палаты и новый Никоновский корпус в единый ансамбль с двумя храмами и двумя внутренними дворами, обнесёнными двухъярусными арочными галереями, небольшая часть которых сохраняется на северном фасаде церкви Двенадцати апостолов. Со стороны Соборной площади также имелась одноярусная галерея с балочным перекрытием, дверь на которую сохраняется на южном фасаде церкви.
Главный вход во дворец по-прежнему находился у старой Трёхсвятительской церкви, к которой в 1650-е была добавлена паперть с открытой парадной лестницей, выходящей к западным вратам Успенского собора. Основу нового дворца составляет двухэтажный объём, включающий огромный бесстолпный зал, известный под названием Мироваренной палаты (её свод и продольные стены перекладывались в 1790-х). С востока к нему примыкает трёхэтажное крыло, фасад которого украшен аркатурой, перекликающейся с декором Успенского собора и образующий его кулису при взгляде с Соборной площади. В этом крыле располагались восточные сени, столовая и казенные палаты, а также пятиглавая церковь Двенадцати апостолов и небольшая домовая церковь в третьем этаже палат во имя апостола Филиппа (устроена в 1680-м, до этого Филипповской именовалась основная Двенадцатиапостольская церковь). Жилые комнаты находились во дворе и в т.н. Петровской палатке — надстройке, стоящей на крыше дворца с 1691 года (сохранилась её восточная половина в три окошка). На кровле дворца, у церкви, в 1675 году был обустроен верховой сад патриарха.
Дворец неоднократно перестраивался в 18-20 веках, в последние годы специалистами ЦНРПМ ведётся реставрация и исследование памятника. В ходе работ удалось уточнить периодизацию его частей, восстановить интерьер одностолпной Хлебенной палаты (располагается под Мироваренной, до недавнего времени была разбита перегородками общественного туалета). Также был раскрыт и восстановлен сложный узел из лестниц, чуланов и ретирад, образовавшийся в середине 17 века в месте примыкания более старого крыла на северной стороне Никоновского корпуса.
Д2. К северу от Патриаршего дворца, на углу Троицкой и Никольской улиц, располагался Конюшенный двор Патриарха, выстроенный в 1680-х . Он включал три жилых двухэтажных палаты, конюшни, 10 чуланов на столбах и кладовую казённую палату, всё каменное. В 1696 году велась перестройка и строительство новых палат с «конюшенными старыми житьями вровень». Конюшенный двор разобран в 1722 году, сейчас на его месте юго-восточная оконечность сквера на Сенатской площади.
Е. Дворцы высшей знати.
Е1. Усадьба Бориса Годунова. Находилась севернее Патриаршего двора, на месте нынешнего сквера у Дворца съездов. Каменная застройка, изображённая на плане 1600-х («Кремленаград»), появилась, видимо, на рубеже 1580-90-х гг, когда Годунов получил чин ближнего великого боярина. Главный дом состоял из высокой, вероятно четырёхярусной башни, стоящей по линии улицы, и двухэтажных палат, соединённых с нею проездной аркой. Отличительной особенностью сооружения, судя по рисунку, является вынесение входа в нижний этаж, на Никольскую улицу. На крыше палат различимы какие-то витиеватые надстройки — бочки чердаков либо богато украшенные дымники. В описях 17 века на Борисовом дворе упоминаются Золотая, большая, средняя, малая, задняя Борисовы палаты, сени, нижние сени, житница и поварня.
Палаты делили усадьбу на передний и задний дворы, передний двор был обнесён каменной стеною с воротами на Соборную площадь (примерно на месте нынешнего проезда под церковью Двенадцати апостолов). Кроме палат здесь были и другие постройки, среди которых обращают на себя внимание изображенные на приведённом выше рисунке палаты с деревянным пандусом в западной части усадьбы. Вероятно, именно их фрагменты, датируемые рубежом 16-17 столетий, обнаружены недавно в составе ризалита северного фасада Патриаршего дворца.
Впоследствии постройки Борисова двора отошли к Патриаршему двору и в середине 17 века были объединены с ним в единый комплекс, есть также сведения о строительных работах в бывших цареборисовских палатах в 1693 году. Перестроенные здания присутствуют на планах 18 века в составе периметальной застройки двора, к тому времени именовавшегося Синодальным. Постройки Годуновской усадьбы окончательно снесены к 1806 году, в земле могут сохраняться подвалы зданий (возможно, как раз нижний уровень «башни» был открыт провалом 1882 года — «прекрасно сложенный из белого камня погреб с щелевидными окнами вверху»).
Е2. Палаты Милославского (Потешный дворец). Построены в 1651 году для царского тестя, боярина Ильи Дмитриевича Милославского. Один из крупнейших дворцов древней Москвы, роскошью споривший с Государевыми Теремами. Впрочем, после смерти Милославского в 1669 году дворец предсказуемо перешел в казну и стал частью женской половины Государева двора. Здание имеет четыре этажа на подвале, сверху его венчают трёхглавая домовая церковь Похвалы Богородицы со звонницей, лестничная башня и обращённая в сторону города летняя каменная светёлка. Апсиды церкви вынесены из плоскости фасада и висят на каменных кронштейнах (дабы не размещать алтарь над жилыми комнатами). К западу от церкви находилось двухуровневое гульбище, на терассах которого располагался висячий сад.
Ввиду тесноты участка, примыкающего к стене Кремля, дворец имеет очень необычную и сложную планировку. Палаты стоят поперёк участка, разделяя его на южный парадный и северный хозяйственный дворы. Дворы соединены проездом под палатами, по сторонам которого тянутся камеры входов в подвалы, сюда же открываются двери внутристенных лестниц. Вокруг расположенного выше сложного лестничного узла группируются комнаты парадных этажей. С юга к палатам примыкает ризалит, включавший в себя верхний марш Красного крыльца и парадные сени, с севера находилось ещё одно высокое каменное крыльцо, связывавшее все этажи палат с задним двором.
Фасады верхних этажей дворца украшены исключительно богатой каменной резьбой с зоо- и антропоморфными мотивами. Необычные формы здания, а также наличие конструктивных приёмов, имеющих аналоги лишь в европейской практике, позволяют предположить участие иноземных мастеров или влияние «собственных впечатлений дипломата Милославского от архитектуры Голландии» (мнение Т.Д.Троскиной). Уличный и дворовый фасады двух нижних этажей, не имевшие обзора с дальних точек, были решены подчёркнуто скромнее и даже выкрашены более практичной и менее яркой краской.
Сохранилась лишь центральная часть дворца, изначально с юга (вдоль улицы) и севера (вдоль стены) к нему примыкали длинные служебные корпуса — двух-трёхэтажные, поэтапно строившиеся палаты, частично зафиксированные обмерами середины 18 века. В частности, по обмерам фасадов северного крыла можно предположить, что в его центре и в торце присутствуют объёмы времени Милославского, выделенные рустованными лопатками. Также известно о достройке «трёх полат каменных где быть поварням… таковы ж каковы прежние поварни» в 1681 году. Поварни, мыльни и кладовые занимали северный корпус, в нижнем этаже южного размещались конюшни. Вдоль южной границы двора, торцом к кремлёвской стене, стоял каретник. Служебные корпуса капитально перестраивались в 18 веке, северный снесён в 1806 году, южный и каретный окончательно добиты, вероятно, в 1971-м.
Дворы имели собственные въезды, расположенные на продольной оси усадьбы. Хозяйственные ворота смотрели на Троицкий крестец, парадные южные — к площадке меж Конюшенными и Гербовыми воротами Государева двора. Они были богато изукрашены белокаменной резьбой и имели название Львиных ворот. Ныне их скульптура частично сохраняется в собрании заповедника »Коломенское».
После того как в 1669 году дворец отошёл в казну, он был соединён двумя широкими крытыми каменными переходами в уровне второго этажа с противолежащим корпусом Дворцового приказа. Южный переход был не самостоятельным объёмом, а частью большой Г-образной комнаты в торце Потешного флигеля. Северный был разделён пополам продольной стеною на сам переход «для Государева шествия» и на ретирады Оружейной палаты. В палатах Милославского был устроен домовый театр, по которому дворец и получил своё второе название. В 18-19 веке здание неоднократно перестраивалось. В 2000-х годах дворец был отреставрирован, при этом восстановлено завершение церкви, декор и уникальное многоцветие фасадов.
Работы, к сожалению, не затронули интерьеров, также выдающихся — в некоторых комнатах обнаружены фрагменты орнаментальных росписей 17 века, а также белокаменный кесонированный потолок, единственным аналогом которого являются плоские своды папертей храма Покрова на Рву.
Е3. Прочие жилые палаты. Помимо вышеназванных ансамблей, на территории Кремля в допетровское время располагалось множество богатых дворов с каменными палатами. Целый ряд боярских и княжеских усадеб, располагавшихся по сторонам Спасской улицы, обзавелся ими уже во второй половине 15 века (Великий князь ещё продолжал жить в деревянных хоромах). Забелин сообщает, что в ту пору в Кремле было выстроено четыре частных каменных дома: «1-я полата купца Тарокана, построенная в 1470 г., 2-я Дмитрия Владимировича Ховрина — в 1485, 3-я полата Вас. Фед. Образца, построенная в 1486 г.,» и четвёртый дом — двухэтажные на погребах палаты Ивана Головы, тоже 1486 года.
Старейшие из них, Тарокановы палаты, стояли у Фроловских (Спасских) ворот. На плане-реконструкции Забелина они почему-то показаны пристроенными вплотную к крепостной стене, однако более вероятно, что дом всё же стоял посередине двора, то есть на краю нынешнего сада. (Кстати: как заметил Р.Рахматуллин, таракан, по Далю — первый жилец, к добру.)
К сожалению, письменные источники немного сообщают о каменной застройке кремлёвских усадеб, археологических данных ещё меньше. Но логично предполагать, что в 16 веке палаты были нередки, а в 17-м ими должны были обзавестись практически все богатые дворы в северной и восточной части Кремля.
На приводимой акварели Ф. Алексеева видна белокаменная кладка — вероятно, угол усадьбы князя Сицкого в Константиновском переулке, соединявшего Ивановскую площадь с Подолом. Предположительно, это часть постройки 16 века, игравшей роль подпорной стены подобно годуновскому дворцу «на взрубе».
Северо-западный угол Кремля в 17 веке также имел немало каменных частных домов. На Никольской улице Кремля в 17 веке упоминается «Духовников двор» (протопоп Максим, духовник Михаила Фёдоровича) с каменным строением и погребом — на месте южного угла нынешнего Сената. На Житной улице, соединявшей Троицкие и Никольские ворота, под строительство Цейхгауза в 1702 году были разобраны каменные постройки на дворе князя Я.Н. Одоевского, что у церкви Входа в Иерусалим. Вероятно, речь идёт о богатых палатах, до Одоевского принадлежавших боярину Ф.И.Шереметеву и описанных в духовной грамоте 1645 года: «трои хоромы каменные, а на них верхние палаты, а под ними палата ж да мыльня; а у всех хором сени и крыльца да сушилы и чердак и поварня и хлебня каменные». (Здесь же в 1702 году были разобраны и городские житницы, но на их счёт нет уточнения — каменные ли.)
Приказам с 1655 года принадлежал просторный двор боярина Б.М.Лыкова на той же западной стороне Житной улицы. Нет прямых сведений о существовании каменных построек на дворе в его бытность, но известно, что для ведомства Устюжской четьи в 1671 году расширялись палаты, находившиеся здесь прежде. Также есть запись о том, что в 1682 году была перестроена палата на бывшем дворе С.Л. Стрешнева (восточная сторона улицы, угол с Троицкой). Кроме того, известно, что в 1681 пристроены две каменные палаты к старым палатам М.Т. Лихачева, место которых не определено.
Ещё одна интереснейшая постройка показана в разных ракурсах на двух рисунках из альбомов Мейерберга (начало 1660-х). У Константино-Еленинских ворот изображено высокое (видимое из Китай-города) здание с плоской кровлей и некими угловыми башенками, а также примыкающий к нему с юга более низкий объём. Он венчается деревянной светёлкой с гульбищем, либо (версия А.Тица) выносным балконом на консолях. Единственный аналог этого необычного строения — палаты Суздальского подворья на Варварке, известные лишь по рисунку 1630-х. На плане конца 16 века на этом месте изображена внушительная каменная постройка, действительно образованная двумя корпусами (но башнеобразная северная часть здесь показана под шатровой кровлей). В экспликации значится «Двор Хобро, Оружейный двор». Забелин предполагал, что первые каменные палаты на этом месте были построены в 1485 боярином Фёдором Образцом и после принадлежали его сыну Хабару Симскому (Иван Образцов-Симский Хабар, окольничий, боярин). При Годунове этот двор занимал склад оружия, взорвавшийся в 1611 году. После смуты здесь находился двор Морозовых. То есть можно предположить, что изображенная Мейербергом постройка — палаты, восходящие к 15 веку и восстановленные в царствование Михаила Фёдоровича.
Ж. Монастырские палаты и подворья.
Ж1. Наиболее выдающейся жилой постройкой кремлевских монастырей был Братский корпус Чудова монастыря, стоявший на углу Ивановской площади и Никольской улицы. Он был построен в 1680-86 годах по велению (иначе — по чертежу) Фёдора Алексеевича, на месте древней Алексеевской церкви с двухэтажными кельями и трапезной, стоявшими здесь с 1480-х гг. Новый комплекс также объединял в себе кельи, трапезную и примыкающие к ним с востока церковь митрополита Алексея и Благовещенский придел. Оба храма были перекрыты единой кровлей, венчаемой десятью главами; на противоположной стороне Ивановской площади им вторила двойная десятиглавая церковь Приказов. Общая композиция Братского корпуса с церковью и проездной аркой была близка соседнему Партиаршему дворцу, внешний декор главного фасада также перекликался с фасадом Мироваренной палаты — таким образом стоящие на разных площадях здания образовывали общий фронт застройки их северной границы.
Однако изначально силуэт Братского корпуса был более сложным: во втором этаже его центральной части находилась ещё одна, Андреевская церковь, крытая отдельной кровлей с одной главою. К сожалению, памятник не был достаточно исследован до его сноса в 1929 году, до сих пор не вполне ясна его первоначальная планировка, композиция фасадов, в особенности сильно перестроенного дворового. Парадное неоготическое крыльцо-портик со стороны Ивановской площади пристроено в 1780 году М.Ф Казаковым, оно играло роль входа в церковь для мирян.
Более скромные периметральные келейные корпуса обоих монастырей в большинстве присутствуют на планах середины 18 века и также восходили к 17 столетию (есть сведения о покрытии в 1701 году каменной лещадью кровель казённой палаты и келий Вознесенского монастыря и перестройке старых келий Чудова монастыря в 1714-м). Хотя известно, что на территории монастырей находились и более ранние каменные постройки, большей частью снесённые ещё в 19 веке при строительстве Николаевского дворца и церкви Екатерины (в частности, с 1677 года Чудову монастырю принадлежали бывшие палаты Ивана Головы, основанные в 1486 году).
Чудов и Вознесенский монастыри полностью уничтожены в 1929 году. Однако, как и в случае с многими другими исчезнувшими памятниками Кремля, есть надежда на то, что их остатки (а возможно и подвальные уровни) ещё станут предметом археологического изучения. Во всяком случае, сводчатый склеп Великого князя Сергея Александровича, располагавшийся на территории Чудова монастыря, был обнаружен в 1980-е годы в почти полной сохранности.
Ж2. Помимо двух монастырей на территории Кремля находился целый ряд богатых подворий, начавших обстраиваться каменными кельями с середины 15 века. Каменная палата на Симоновом подворье у Никольских ворот была выстроена одновременно с церковью Введения в 1458 году, таким образом это вторая каменная гражданская постройка в городе. Сейчас на месте подворья Сенатская площадь и центральная часть восточного крыла Арсенала.
Троице-Сергиевское подворье располагалось у одноименных ворот Кремля, возможно, с 14 века. Обстраивалось каменными храмами начиная с 1460 года, но о его жилых и служебных постройках известно немного. Летописи сообщают о строительстве новых каменных келий к приезду митрополита Филарета в 1619 году; наверняка к концу 17 столетия большинство построек подворья были каменными. По описи 1763 года на огороженном каменной оградой дворе размещались каменные Настоятельские и Братские кельи и конюшня. Подворье полностью снесено в 1807-08 гг.
Кирилловское подворье располагалось налево от Спасских ворот. Забелин полагал, что каменные палаты появились на нём не позже 1571 года (Грозный жалует 200 рублей на строенье) и что подворью могли принадлежать перестроенные Тарокановы палаты. По документам 1730-х гг. на подворье кроме храма числились два келейных корпуса, два каменных сушила и двое надвратных палат (ворота на улицу и на задний конюшенный двор). Все постройки снесены в 1776 году.
Крутицкое подворье находилось чуть дальше, в конце левой стороны Спасской улицы. Среди его построек, окружавших прямоугольный двор, выделялись трёхэтажные митрополичьи палаты (основаны, вероятно, в начале 17 в.) о 12-ти жилых комнатах. При их разборке в том же 1776 году под ними была найдена расписная засыпанная палата, вероятно бывшая подклетом примыкавшей к зданию Благовещенской церкви.
Новодевичье подворье стояло на противоположной стороне Спасской улицы, у Чудова монастыря, по мнению Забелина, его палаты были выстроены не позже 1620-х гг.
Автор благодарит Дмитрия Яковлева и Ирину Калугину за консультации,
а также Андрея Павличенкова — за вдохновение.
Избранная библиография:
1. Забелин И.Е. История города Москвы. М., 1990.
2. Евдокимов Г.С. О местонахождении на территории Московского Кремля Митрополичьего (Патриаршего) двора в 15-17 веках. В сборнике статей в честь А.И.Комеча «София». М., 2006.
3. Памятники архитектуры Москвы, 1 том. М., 1983.
4. Словарь архитекторов и мастеров строительного дела Москвы XV – середины XVIII века. Под ред. И.А.Бондаренко и И.Л.Бусевой-Давыдовой, М., 2007.
5. Ильенко И. В., Морозов О. Б. Исследования и эскизный проект реставрации Потешного дворца. В кн.: Реставрация и исследования памятников культуры. Вып. 2. М., 1982.
6. Борисенкова А.А. «Львиные ворота» из собрания Государственного музея-заповедника «Коломенское»: реконструкция первоначального облика и вопросы происхождения памятника. В кн.: Архитектурное наследство. Вып. 46. М., 2006.
7. Потапов А.А. Очерки древней русской гражданской архитектуры. В кн.: Древности: Труды Московского археологического общества. Т. 19. Т. 20., М., 1901-03.
8.Тиц А.А. Русское каменное жилое зодчество 17 века. М., 1966.
9. Белоусова Т.М. Тайны подземной Москвы, М., 1997.