(с) Дмитрий Горчев

Нет, понятно, конечно, что окончательно и навсегда счастливыми мы станем только если снимем штаны и вернёмся наконец в долину между Тигром и Евфратом, из которой с таким позором были выставлены покойные ныне прародители рода человеческого. Но, к несчастью, это место уже занято американскими морскими пехотинцами в касках и бронежилетах, которым, видимо тоже стало обидно, что в таком хорошем месте расположился этот неприятный Саддам Хусейн.

Но я, впрочем, не об этом, а о том, принесли ли эти компьютеры хоть немного счастья в наш по умолчанию суровый и безрадостный мир?

Ну вот, например. Сейчас ведь продажей железнодорожных билетов занимается компьютерная сеть, ничуть не менее чудовищная, чем тот скайнет, который угробил человечество в кинофильме терминатор-три. И что? Очереди в железнодорожных кассах стали короче? Можно сходить на вокзал в период летних отпусков и поинтересоваться.

Или вот компьютеры занимаются ныне подсчетом наших телефонных разговоров. Дело это, безусловно, полезное. Но кто-нибудь хоть раз обрадовался, достав из почтового ящика телефонный счет?

Какие-то компьютеры считают макроэкономические показатели, валовой национальный продукт и начисляют проценты по срочным вкладам, а денег как не было, так и нет. Безусловно, все эти компьютеры выполняют очень важные и полезные задачи, но все эти задачи придуманы неизвестными нам людьми и радости от их решения лично нам ровно никакой.

Ну ладно, Господь с ними, с этими большими и серьёзными компьютерами и глобальными сетями. Вернёмся опять к нашему родному ящику, который жужжит под столом. Этот ящик, когда мы только что принесли его домой, обещал нам всё и сразу: что мы станем умнее, талантливее и богаче. Хотим рисовать – пожалуйста, даже если мы в школе не умели правильно нарисовать даже палку-палку-огуречик. "Как вы хотите рисовать? - спрашивает компьютер, – Как Матисс или как Пикассо? А Пикассо какой - розовый или голубой? Выбирайте". На пианино мы, допустим, умеем играть одним пальцем "во саду ли в огороде", а в компьютере давим на что попало и получается даже лучше, чем у Баха с Моцартом в четыре руки. Кинофильм хотим снять в жанре неореализма – на здоровье, вот нам неореализм. Или ещё мультфильм можно сделать не хуже, чем масяня.

Только нам ведь, на самом деле, что нужно – нам нужно чтобы мы нарисовали, сыграли, спели, а нам аплодисменты. О! - кричат, О! Как здорово! Но никто не аплодирует, потому что всех тоже такой компьютер есть.

Или сели мы за компьютер, нажали на педаль и запросто обогнали Шумахера. Даже сразу обоих Шумахеров, не считая всякой мелочи, типа Барикеллы с Физикеллой. А вот мы спасли человечество, выиграли битву при Ватерлоо, убили Гитлера, добыли Святого Грааля, разгромили Мордор и выиграли триста миллионов долларов. А где почёт? Где девушки? Где та огромная бутылка шампанского, чтобы поливать из неё друг друга, как эти Шумахеры?
Врёт этот ящик - всё в нём ненастоящее. Призраки, электроны и пиксели, которые не пощупаешь, не понюхаешь и к сердцу не прижмёшь.

Нет, никто, опять же, не спорит, что в качестве пишущей машинки компьютер гораздо удобнее собственно пишущей машинки. И книги в нём верстать удобнее и бухгалтерские отчёты составлять проще, чем с деревянными счётами. Прогресс действительно неизбежен.

Но сколько же триллионов человеко-часов, вдохновений и озарений вложено в изготовление всех этих кнопочек, иконок, пиктограмм, интерфейсов и периферийных устройств. В стучание по клавиатуре и щёлканье мышами. Пустить бы всё это на хорошее дело, и в Антарктиде давно бы уже цвели яблоневые сады. Но сады – это дело невыгодное и малоприбыльное, а яблок нам и так продадут в любом киоске. А так – вроде бы даже и есть огромная польза – люди заняты, получают зарплату, кормят своих детей, покупают себе те же самые периферийные устройства, которые придумывают и изготавливают другие занятые люди. Главное – все при деле. Как говорил наш прапорщик: "праздный солдат уже есть нарушитель воинской дисциплины". А мы не нарушаем.

Пальцы наши натружены мышиными кнопками, в глазах у нас вечное отражение монитора и заняты мы необычайно важными делами, без которых во всём мире воцарились бы мрак и холод. За что честь нам огромная и хвала.

Про счастье, правда, так ничего и не выяснили, да и ладно.