Моя семья никогда не была «тонкой прослойкой элиты», но мама – дочь работницы боровского леспромхоза – всегда заботилась о том, чтобы иметь хороший вкус. Например, когда училась в Гнесинском институте на Поварской улице (в те времена улица Воровского) старалась как можно чаще обедать в ресторане «Прага» на Старом Арбате. Под вывеской «Прага» тогда были собраны три заведения общепита: большой ресторан (тот же, что сегодня), отдельный ресторан поменьше (слева от центрального входа, там сейчас разместился какой-то банк) и стоячий кафетерий на Новом Арбате. В малом ресторане, отстояв очередь, мог вкусно и сравнительно недорого поесть любой человек (в большой ходили только небожители). Там подавали яйцо пашот, ростбиф и – о-ла-ла! – жюльен, который, по мнению Мироновой, женщины и мужчины старше сорока не могут решиться попробовать до сих пор. Мама регулярно бывала в малом ресторане и даже успела в 80-х сводить меня туда пару раз, чтобы показать образцовое, на её взгляд, качество блюд и сервировки. Я честно признался, что у неё получается готовить вкуснее.

/www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2018/01/praga_menu-300x150.jpg" target="_blank">https://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2018/01/praga_menu-300x150.jpg 300w, https://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2018/01/praga_menu-768x384.jpg 768w" style="border: 0px none; width: auto; max-width: 100%; height: auto; margin: 0px; padding: 0px;" width="600" />

В интернете на сайтах антикваров можно найти предложение о продаже меню из ресторана «Прага» 1967 года. В нём перечислены и ростбиф и жюльен, который по советской привычке написан через «у»

Ещё были кафетерии в театрах и кинотеатре «Октябрь» и «Художественный» (во время длинных иностранных фильмов там устраивали антракты), и рестораны ЦДЛ и Дома кино. А ещё с папой мы ходили в «Жигули» и ели там варёных раков…

К тому же у многих советских людей была возможность доставать продукты, которые сегодня могут показаться совершенно нереальными для того времени. Например, существовала система спецпайков – продуктовых наборов, которые продавались или выдавались на работе через спецраспределители. В основном они состояли из импортных продуктов и предназначались для отдельных категорий советских граждан: чиновников, партийных деятелей, военных и учёных. Но простые смертные тоже могли получить к ним доступ.

Например, моя бабушка жила около НИИ сельского хозяйства и, выйдя на пенсию, устроилась работать туда то ли вахтёром, то ли сторожем выходного дня. Ей, как сотруднику института, стали полагаться такие наборы или «заказы», как мы их называли. Правда, в самой простой комплектации, но даже туда входили итальянские спагетти со смешным поваром на этикетке, оливковое масло, крекеры, ягодные джемы, овощные соусы, паштеты, консервированная ветчина, консервированные сосиски… Так что мне в детстве привычно было слышать от бабушки вопрос: «Тебе картошку на оливковом или постном масле жарить?» Спагетти мы уже тогда посыпали после варки тёртым сыром. Сосиски, кстати, в советское время всегда готовили именно с макаронами, а не с пюре, как пишет Миронова. К пюре подавались котлеты.

/www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2018/01/chef_maltagliati_antica-156x200.png" target="_blank">https://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2018/01/chef_maltagliati_antica-156x200.png 156w, https://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2018/01/chef_maltagliati_antica.png 570w" style="border: 0px none; width: auto; max-width: 100%; height: auto; margin: 0px; padding: 0px;" width="467" />

Вид повара на этикетках макарон «Мальтальяти» до сих пор вызывает во мне чувство детской ностальгии.

Отдельного внимания заслуживают советские консервы: их было мало, но они были разнообразные и вкусные. Кроме прибалтийских шпрот встречалась консервированная севрюга, крабовое мясо, кальмары, печень трески, горбуша и разная другая рыба. Существовало множество мясных консервов, особенно, в кругах близких офицерам и военному руководству. Тушёнки, каши с мясом, голубцы, фаршированные перцы… Всё это было очень съедобно. В нашей семье никто не курил, поэтому отец выменивал импортные сигареты, полученные по талонам, на такие консервы у знакомых военных.

Ещё были продуктовые электрички и поезда в Москву: мы закупались всегда в Смоленском гастрономе (угол Садового кольца и Старого Арбата) или в магазине на проспекте Калинина, напротив Дома книги. Отстояв огромную очередь, там практически всегда можно было купить ветчину, несколько видов сервелата, буженину, бастурму, сыры, копчёную рыбу (в том числе осетрину). Но меня больше всего радовали шоколадные медальки в золотой фольге и шоколадные зайцы с Дедами Морозами. Об этой системе распределения складывали анекдоты: «Длинное, зелёное, пахнет колбасой? – Электричка из Москвы», «Американский президент спрашивает у Брежнева: Как вы снабжаете продовольствием такую большую страну? Очень просто: всё свозим в Москву, оттуда сами растаскивают».

Всё время существования СССР в нём процветал теневой рынок перепродажи продуктов, где за большие деньги можно было купить всё, что угодно. Например, импортный алкоголь. Помню, в баре у родителей время от времени стоял вермут «Чинзано», ликёры «Бейлис» и «Егермейстер». Пару ложек «Бейлиса» мама подливала мне в чашку, когда готовила дома горячий шоколад из молока и плиток горького шоколада. Кажется, она научилась этому в каком-то ресторане в Прибалтике.

Ещё одним каналом получения экзотических блюд была охота. Мой отец не был охотником, но многие его знакомые этим увлекались. В нашей семье не любили дичь, но всё же мясо кабана, лося, медведя, глухаря, утки, вяленое, копчёное, тушёное я попробовал ещё в детстве.

Регулярно мы покупали рыбу: помню бассейны в рыбных магазинах, обложенные плиткой, куда время от времени запускали живых карпов. Очереди за креветками и кальмарами. Креветок потом варили в больших кастрюлях, а кальмаров чистили, резали кольцами и тушили с луком или фаршировали рисом с овощами, а потом запекали в духовке.

Мы жили в Пскове – это край озёр. Поэтому у знакомых рыбаков практически круглый год можно было купить щук, лещей или окуней. Из них варили уху или делали рыбные котлеты.

Вообще, надо заметить, что, хотя нормальной еды в те годы не хватало и её постоянно приходилось доставать, никто из нашего окружения как-то не заморачивался про «качество жизни» и «уровень потребления».

В одну неделю наша семья могла есть чёрную икру, а на другой – варить рыбный суп с перловкой из снетков или бычков в томате. В иные дни в 90-х и вовсе на горячее ели гречневую кашу с жареным луком. Но никто не думал из-за этого, что постная неделя была чем-то хуже скоромной.

Пара шагов до финиша

Мне осталось откликнуться на два последних утверждения обидной статьи: про здоровое питание и кулинарные таланты новых поваров.

Анастасия Миронова заканчивает свой текст заявлением, что хозяйки старшего поколения «не знают и не хотят знать о нормах здорового питания».

Упрёк этот очень сомнительный: во-первых, современная культура правильного питания – недавнее изобретение и странно требовать от наших матерей, чтобы они были гастрономическими провидцами и инноваторами.

Насколько быстро всё поменялось в нормах рациона видно на примере популярной среди левых активистов поговорке: в Америке в начале XX века бедные ели бобы, чтобы богатые ели мясо. А в конце XX века богатые перешли на бобы, в то время как бедным без вариантов осталось мясо.

Правда, в СССР научная диета была развита хорошо и граждане в обязательном порядке знакомились с нею в пансионатах и профилакториях. У нас в семье на столе под эгидой борьбы за правильное питание появлялась иногда морская капуста, или ёжики приготовленные на пару, но как-то нашими с папой стараниями не приживались.

Во-вторых, культура здорового питания – настолько недавнее изобретение, что ей пренебрегают даже современные и молодые. Миронова пишет одобрительно про кафе на модных улицах, которые противостоят советской тяге к нажористости. А вот, что рассказала месяц назад Анастасия Татулова – хозяйка сети кафе для современных родителей «АндерСон»:

«Я когда года 4 назад придумала пельмени в АндерСон в меню поставить – внутри случился скандал и раскол, что сейчас время ЗОЖ, что тренд идёт прочь от пельменей, ну и тд. И что нужно без глютена, без сахара и без муки. Мы, кстати, это все такое прекрасное регулярно ставим, оно регулярно на последних строчках продаж. Мы терпим, списываем и потом снимаем. Нам опять пишут: поставьте без глютена, сахара и муки…. Круговорот. Хочется начать писать в ответ, как в “Формуле любви”: “а вы точно придёте? А то мы вас всю ночь на сеновале прождали, с пенками малиновыми и десертами без сахара муки дрожжей и с травой))), а вы в это время хомячили медовик))))” Ну и знаете что у нас в топе продаж? Пока мы беглютеновое вводим/выводим. Ага, пельмени и сырники».

Просто вселенский парадокс какой-то.

Модный журналист рассказывает нам про войну, которую современные мамы вынуждены вести с советской роднёй ради здоровья детей:

«Они сами наели себе болезни и рискуют испортить здоровье внукам. Все сайты для молодых мам заполнены жалобами на не желающих меняться бабушек. Многие женщины не могут надолго оставить детей со своей матерью или свекровью».

А успешный ресторатор утверждает, что эти самые молодые мамы, когда приходят к ним в заведения на модных улицах и могут проголосовать рублём за безглютеновый десерт, хомячат радостно медовик с пельменями.

Вероятно, дело тут не только в мамах и их старорежимных привычках (которых, как мы выяснили, по сути и нет), а в чём-то другом.

Отдельно умиляет убеждение критикессы, что «молодые и неопытные готовят вкуснее зрелых».

 Допущение, что неопытный может сделать хоть что-то лучше опытного, противоречит всей европейской истории и культуре, которые держатся на опыте и преемственности. Но не буду увлекаться общими рассуждениями.

Признание, что хипстерская стряпня значительно хуже старых проверенных рецептов и бывает прямо-таки опасна для здоровья мы можем найти у Леонида Бершидского. В 2016 году он навестил несколько модных вискикурен в Бруклине :

«В двух случаях из трех продукт был отвратительной сивухой, от которой симптомы отравления проявляются сразу и начинает дергаться глаз. В третьем случае было вкусно, но все равно не на те деньги, которых ребята хотят».

Там же журналисту предложили попробовать шоколад ручного производства, «вкусом больше похожий на фанеру, чем на Lindt».

Оказывается, наши родители могут поучить самогоноварению даже американских хипстеров, которые не страдали под коммунистическим гнётом.

Спасибо советским мамам за наше счастливое детство

Подведу итог своему рассказу.

В СССР было правда плохо с продуктами: хорошей еды никогда не хватало, её всё время приходилось где-то изыскивать и откуда-нибудь доставать.

Желающим с этим поспорить, советую посмотреть инсценировку рассказа Михаила Жванецкого 70-х годов «Склад», где обыватель попадает в мифический распределительный пункт, в котором всё есть. Важно даже не то, какие простые вещи вызывают восторг и алчность героя, важна реакция публики в зале, для которой эта ситуация и породившая её нищета кажется понятной и привычной.

https://www.youtube.com/watch?v=Wm5mt-0UW88&fe...behttps://youtu.be/Wm5mt-0UW88

То, что в таких условиях кто-то, например, моя мама, смог обеспечить свою семью нормальной и разнообразной едой – заслуживает лишь гордости, благодарности и похвалы.

Разумеется, на такое хватало далеко не всех. Помню, в начале 2000-х я снимал угол в питерской коммуналке. В комнату по соседству из промышленного города приехала жить поближе к дочке пролетарская бабушка. Бабушка эта была очень дружелюбной, охотно угощала соседей своей стряпнёй и гордилась тем, что поставила на ноги пятерых детей. Ничего из того, что она готовила, есть было решительно невозможно: у бабушки напрочь отсутствовал вкус и понимание, как продукты могут сочетаться между собой. Возможно, это было проклятие её трудового прошлого или последствия необходимости довольствоваться убогим ассортиментом магазинов промышленного моногорода, где она прожила всю жизнь. Если и так, люди, вроде неё, не составляли в СССР подавляющего большинства: мой опыт общих застолий в питерских коммуналках это подтверждает.

Перечитывая этот невозможно большой для русского интернета текст, я думаю, что заставило меня его написать? Пожалуй, не только чувство обиды за собственную семью. Мне кажется важным попробовать донести до современных читателей мысль, что в Советском Союзе были счастливые люди, но люди счастливые не благодаря советской власти, а вопреки ей. Перефразируя классика, можно сказать, что все советские семьи были несчастны одинаково, но каждая счастливая советская семья была счастлива по-своему.

Мне кажется, понять это – политически важно. Среди многих моих друзей и современных авторов, которые считают себя защитниками свободы, прогресса и достатка, я замечаю отношение, словно позитивная история в России начинается лишь здесь и сейчас. И то не может никак нормально начаться последние восемнадцать лет из-за особенностей российской политики. Так вот, это не так. За десятки лет до возникновения «Жан-Жака» и моды на кардамон среди московских журналисток в этой стране жили люди, которые разнообразно и интересно питались, слушали хорошую музыку, читали сложные книги, при первой возможности смотрели хорошее кино и хорошо заботились о своих детях. Это стоило им в разы больших усилий, чем нынешним инноваторам, а иногда было просто небезопасно. Давайте не будем теперь про них забывать, а лучше постараемся сохранить свои исторические связи с ними.

[1] См. например: Клинова М.А. Уровень жизни городского населения РСФСР (1946–1991 гг.) в отечественной историографии; Литвинов В.А. Правда о вкусной и здоровой пище: показатели потребления в России за 100 лет; Кириленко С.А. Культурная унификация в сфере питания как отражение функционализации телесного опыта; Глущенко И.В. Общепит. Микоян и советская кухня.

[2] Рыбному дню исполнилось 70 лет

[3] «Продмаг» – «Продуктовый магазин» в советском новоязе

[4] Десятка – основа общины при православном храме, орган самоуправления, с которым настоятель советуется при решении основных вопросов приходской жизни.

[5] Про невельских хасидов – http://chagal-vitebsk.com/node/224

[6] Например на сайте «Едим дома»