В 1845 году Николай Некрасов надумал выпускать юмористический журнал. Федор Достоевский писал брату Михаилу: «…Название его "Зубоскал"; дело в том, чтобы острить и смеяться над всем, не щадить никого, цепляться за театр, за журналы, за общество, за литературу, за происшествия на улицах, за выставку, за газетные известия, за иностранные известия, словом, за все, все это в одном духе и в одном направлении…»

Объявление о выходе «Зубоскала» было напечатано в ноябрьском номере журнала «Отечественные записки» за 1845 год. Однако проекту не суждено было осуществиться – цензура запретила издание журнала, даже не дождавшись выхода первого номера.

Однако Некрасов с идеей не расстался и приступил к подготовке альманаха «Первое апреля». Он был поступил в продажу 180 лет назад, 1 апреля 1846 года. «Разве вам не ведомо... что у честных людей искони еще ведется обыкновение обманывать и надувать друг друга в первое апреля? – говорилось в предисловии. – Уж знать такой месяц надувательный в году пришелся, и пенять не на кого. Кроме этого, сами видите вы, что вся просвещенная Европа пользуется таким обыкновением, и почему же нам не следовать ее примеру? Впрочем, кажется, и за нами дело не стало; посмотрите-ка вы в 1-е Апреля…»

На выпуск альманаха откликнулся самый известный критик того времени – Виссарион Белинский. «Забавный фарс лучше скучной трагедии, веселая шутка лучше серьезной, но пустой книги: это неоспоримая истина, – писал он в «Отечественных записках». – Крепкий сон – хорошее дело, но зевота – одно из самых дурных положений человека, особенно зевота от драмы или важной книги. Смех – тоже одно из лучших благ жизни… особенно смех от умной шутки, забавной книги. Кто любит смеяться таким смехом, для того «Первое апреля» будет прекрасным поводом удовлетворить этой веселой и счастливой склонности. Вся эта книжка – не больше, как болтовня, но болтовня живая и веселая, местами даже лукавая и злая…»

К слову, в России при всей строгости цензуры, в разное время выходила тьма-тьмущая юмористических и сатирических журналов. Самым известными были «Сатирикон» (первый номер вышел 1-го апреля 1908 года), а позже – «Новый Сатирикон».

Кроме них, издавались «Скорпион», «Всякая всячина», «Зритель», «Адская почти», «Стрекоза», «Пулемет»…

Разумеется, на их страницах отмечался День смеха, но нельзя сказать, что авторы изданий проявляли большую смекалку.

1-е апреля увековечил в одноименном стихотворении Алексей Апухтин:

Денек веселый! с давних пор

Обычай есть патриархальный

У нас: и лгать, и всякий вздор

Сегодня всем пороть нахально…

Сегодня всякий, правда, лжет,

Зато не нужно лицемерить…

Сегодня можно говорить

Всю правду, метко в друга целя…

Как известно, у Антона Чехова было отменное чувство юмора, он непременно разыгрывал других в День смеха. Но – не всегда. В письме к своему коллеге и другу Николаю Лейкину 1-го апреля 1893 года Чехов сообщал: «…Снег выпал чуть ли не в аршин. Зима форменная. Отвратительная погода наводит уныние, парализует всякую охоту двигаться и работать. Кажется, будь пьяницей, до отчаянности напился бы. Но, увы! Больше трех рюмок не лезет в глотку».

В эмиграции Надежда Тэффи опубликовала рассказ «Первое апреля». В нем муж, напустив на себя притворную печаль, рассказал жене, что он прогорел и стал банкротом. Супруга устроила шумный скандал, объявила, что намерена от него уйти, и стала собирать вещи.

Незадачливый супруг, поняв, что зашел слишком далеко, признался, что это была первоапрельская шутка и на самом деле его карман набит деньгами. Жена ловко вышла из положения и с улыбкой сообщила, что ее гнев был наигранным, и она по-прежнему обожает своего благоверного.

Где – правда, а где – ложь, читателям предстояло определить самим…  

Праздник юмора пережил феодализм, перемахнул в самодержавие, а оттуда резво скакнул в социализм. Он не то чтобы процветал, но его чтили.

В «Золотом теленке» Илья Ильф и Евгений Петров писали: «…Что же касается сослуживцев, то это были люди серьезные и шутили только раз в году – первого апреля. Да и в этот день веселых забав и радостных мистификаций они оперировали только одной печальной шуткой: печатали на машинке фальшивый приказ об увольнении Кукушкинда и клали ему на стол. И каждый раз в течение семи лет старик хватался за сердце, что очень всех потешало...»

Как известно, советские вожди были не чужды юмора. Особенно товарищ Сталин. В праздник 1-го апреля он устраивал еще одно торжество – снижение цен на продукты, одежду, обувь и прочие вещи.

К этому дню готовились заранее – откладывали деньги, разбивали копилки – гипсовых котов и хрюшек. И с самого утра устремлялись в магазины, увешанные объявлениями, от которых сердце наполнялось ликованием. Наверное, тогда цены стали называть смешными.

Люди приходили домой радостные, отягощенные покупками. Вечером собирали гостей, садились за стол. Включали новенькие радиоприемники, патефоны – танцевали и привычно затягивали «О Сталине мудром, родном и великом прекрасную песню слагает народ…»

Потом цены перестали снижать и только повышали. Но вспоминать прошлое все равно приятно. У автора этих строк где-то на даче, в сарае, заваленные барахлом дремлют калоши с красным кантом, которые дедушка купил 1-го апреля…

Шли годы, и всякий раз в этот день народ придумывал веселые розыгрыши. Впрочем, не всегда они удавались – ведь далеко не у всех есть чувство юмора. Часто использовали старинную, изъеденную молью шутку: «У вас вся спина белая».

Отдавали дань традиции журналисты. К примеру, писали, что в столичный зоопарк привезли живого мамонтенка, которого нашли на Чукотке, отогрели, накормили и доставили в столицу.

Кто-то выдумал, что никакого поэта Блока не было, а стихи, подписанные этой фамилией, сочиняли другие. Этой «байке» поверили многие, и даже известные литературоведы ненадолго потеряли покой.

Имела успех еще одна «утка»: якобы, по сообщению агентства Associated Press, звезда футбола аргентинец Диего Марадона перешел в московский «Спартак». Наивные болельщики красно-белых этому сообщению сильно обрадовались и, когда пришло «опровержение», очень огорчились.

Помнится, 1-го апреля мелькнула заметка о том, что налажен выпуск безалкогольной водки. На вкус она такая же, как обычная и последствия ее употребления все те же – потеря концентрации внимания, утреннее похмелье и головная боль. Но зато – не содержит алкоголя.

Глупость, конечно, но на то и День дурака, чтобы люди друг друга дурачили. Так было много лет назад, так и сейчас. На дворе весна, душа просит праздника. Хочется свежести, новизны и – улыбок. Ведь мы так устали от холодной зимы… 

Из недр скрипящего шкафа достаю исцарапанную пластинку, и старик-проигрыватель, довольный, что о нем, наконец, вспомнили, выводит голосом Валерия Ободзинского: «Еще деревья спят под снежной тяжестью, еще кружатся белые метели, а мне все кажется, а мне все кажется, что ты вдруг скажешь – первое апреля».

 Валерий Бурт

 Специально для Столетия