Французский поэт и баснописец. Родился в Шато-Тьерри 8 июля 1621 г. В 1647 г. отправляется в Париж с целью посвятить себя литературной деятельности. Его покровителями становятся Фуке и герцогиня Бульонская. В число друзей Лафонтена входят Буало, мадам де Севинье, Расин и Мольер. Самым значительным произведением являются"Басни". В 1683 г. Лафонтен был избран во Французскую Академию. Умер в Париже 14 апреля 1695 г.
ЛЯГУШКА, ПОЖЕЛАВШАЯ СТАТЬ ТАКОЙ ЖЕ
БОЛЬШОЙ, КАК БЫК
Лягушка увидела Быка,
Который показался ей прекрасного размера.
Она, не будучи и такой большой, как яйцо,
Завидуя, растягивается, надувается и надрывается, чтобы сравнится животным в размере и говорит:
"Взгляните, сестрица; Хватит? Скажите же; у меня получилось,
- Нет. - Ну а так? - Вовсе нет. - Готово? - Вам еще далеко."
Тщедушный зверек
Надулся так, что лопнул.
Мир полон людей, которые не более умны:
Каждый буржуй хочет строить, как большой вельможа;
У каждого князька - послы,
Каждый маркиз хочет иметь пажей.
|
Иоганн Рамберг. «Очки». Лафонтен рассказывает историю о том, как некий юноша пробрался в женский монастырь под видом своей сестры. Ему довольно долго удавалось скрывать свой пол от аббатисы, радуя сестер своими ласками. Когда же итогом развлечений стала беременность одной из монахинь, аббатиса учинила смотр своих подопечных в голом виде.
Шарль Эйзен. «Очки». Находчивому юноше удалось посредством системы шнурков как-то «запрятать» свой детородный орган. Однако обилие обнаженной женской плоти сделало свое дело, шнурок порвался и… орган ударил аббатисе в лоб, сбив ее очки! История на этом не кончается, но, т.к. картины, описывающей дальнейшие события, нет, вам придется прочитать басню самостоятельно.
Отрывок
Однажды к молодым монашенкам пришлец,
Как волк в овчарню, под шумок пробрался.
Еще брады не стриг – пятнадцать-то годков. Колеттою назвался.
Похоже, времени он даром не терял.
Сестру Агнессу так уестествлял,
Что вскорости ей ряса сделалась мала,
Раздалась талия, а там уж к лету
И разрешилася от бремени она.
Лицом дитя – в сестру Колетту.
Аббатство словно подожгли, такой переполох поднялся!
И перетолкам счету нет, им лишь ленивый не предался.
«Занeсть нам споры ветер мог во время оно,
А нынче, вишь, и столбик шампиньона
Возрос, каких здесь прежде не бывало,
Дождем ведь почву напитало», –
Судить-рядить промеж себя взялись девицы.
Отбилися от рук подвижницы-сестрицы:
Ни дать ни взять батальная картина,
Хоть страшным гневом пышет приорина:
«Так осквернили Божий дом! Что скажут выше!?
И кто отец? Как он проник? Как вышел?
Решетки, башенки, запоры.
Несет привратница недремные дозоры».
Агнессу тотчас под замок: грозит ей наказанье.
«Призвать к ответу!» Но кого? Назначено дознанье.