«Воздействие радиации - вопрос фундаментальный»

Президент Курчатовского института Михаил Ковальчук рассказал «Известиям»

об исследовании воздействия космического излучения на человека и технику

 

 

Воплощению мечты человечества об освоении ближнего и дальнего космоса, о колонизации Луны и планет, о полетах к звездам мешает одно неприятное обстоятельство — космическое излучение. За время длительного полета в кораблях, построенных по доступным сегодня технологиям, люди неизбежно подвергнутся столь сильному воздействию космической радиации, что живыми им вряд ли удастся вернуться на Землю. Ученые ведущих стран мира сейчас работают не только над совершенствованием космических кораблей, но и над вопросом защиты человека от губительного излучения.

Михаил Ковальчук, президент Национального исследовательского центра «Курчатовский институт», где воздействие излучения на организмы изучают с середины прошлого века, рассказал «Известиям» (именно в День Российской науки), как вывести исследования на новый уровень, разработав программу национального масштаба.

 

— Михаил Валентинович, российские научные организации начинают проект по изучению воздействия радиации на человека. Программа исследований приурочена к межпланетным экспедициям, намеченным на 2030-е годы. Курчатовский институт в этом плане обладает уникальными компетенциями. Будут ли здесь задействованы опыт и возможности НИЦ?

В последние годы мы вывели на новый уровень нашу медико-биологическую исследовательскую инфраструктуру. Её возможности были еще расширены после включения в состав НИЦ «Курчатовский институт» в 2017 году одного из крупнейших российских биологических центров - «ГосНИИгенетика». Поэтому сегодня в НИЦ есть всё необходимое для изучения влияния излучения на живой организм с точки зрения и экспериментальной базы, и колоссального опыта. Ведь мы занимаемся этим с момента запуска в институте первого в Евразии реактора Ф-1 в 1946 году.  

 

— Эти исследования у вас проводятся в контексте предстоящих полетов на Луну и Марс?

— Они носят фундаментальный характер. Как я уже говорил, у нас в стране давно начаты масштабные исследования в данном направлении. Технологическая база Курчатовского института позволяет изучать воздействие излучения и частиц всех видов на живые организмы. Мы можем определить, как они влияют на стволовые клетки, иммунную систему, структуру белка. Также возможно изучать влияние излучений на органы и когнитивные функции человека, чем раньше у нас в стране никто не занимался. Эти исследования начаты давно, безотносительно перспектив полета на Марс. Сейчас активный всплеск в развитии ядерной медицины - в частности, хорошие перспективы у адронной терапии, когда больных лечат пучком протонов или нейтронов. В этом случае более локализовано воздействие излучения на определенный орган, идет адресное облучение, то есть в целом пациент получает меньшие дозы. Но всё равно получает, и важно понимать, влияет ли это на когнитивные функции человека, и если да, то как именно. Может быть, у него после комплекса терапии меняются когнитивные возможности и, например, нельзя водить машину или пилотировать самолет.

 

— А может быть, человек, наоборот, начнет в уме мгновенно считать после этого?

— Возможно. Это надо изучать. Сегодня вы можете исследовать влияние более подробно и разносторонне. В нашей лаборатории стволовых клеток мы можем изучать воздействие излучения на клетки. В иммунологической лаборатории - на иммунную систему, в белковой лаборатории - на атомарную структуру биообъектов. 

Например, есть пациенты, которые прошли лучевую терапию. С помощью МРТ (магнитно-резонансной томографии), ПЭТ (позитронно-эмиссионной томографии) мы можем изучать их когнитивные функции после такого воздействия. Вторая сторона - это исследования на разных животных, приматах в частности. 

Сейчас активный всплеск в развитии ядерной медицины - в частности, хорошие перспективы у адронной терапии, когда больных лечат пучком протонов или нейтронов

Как я уже говорил, исторически эта тематика развивалась в нашей стране практически во всех крупных ядерно-физических институтах, значительная часть которых входит в Курчатовский институт и сегодня перешла на качественно другой уровень. Наша страна обладает диверсифицированной базой источников излучения и широкими медико-биологическими методами исследований, а это основа для проведения масштабных исследований влияния облучения на живое.

 

— Если не ошибаюсь, в эту программу могут быть включены десятка два институтов.

— Думаю, да.

 

— Вы будете головным исполнителем?

— Я сейчас говорю только о сути. Организация работы — это второй вопрос. Совершенно очевидно, что нам надо исключать внутреннюю конкуренцию и работать консолидированно. Есть Объединенный институт ядерных исследований в Дубне со своей излучательной базой и развитой радиационной медициной, российский научный центр радиологии имени академика А.М. Гранова под Санкт-Петербургом, центр в Обнинске, еще целый ряд институтов. Я считаю, что мы можем получить исключительный синергетический эффект, не противопоставляя, а объединяя  возможности научных организаций. Внутренняя конкуренция тут будет только тормозом.

Мы начали широко обсуждать тему детального изучения воздействия радиации, особенно малых доз облучения, на живой организм несколько лет назад. И не просто обсуждать, но и создавать в Курчатовском институте в этой связи новые биологические лаборатории, например, для изучения радиационного воздействия на стволовые клетки. Очень важно, что сегодня это стало темой общего серьезного разговора. Сейчас эта тематика обсуждается в рамках подготовки к полетам в дальний космос, но задача значительно шире. Потому что одно дело, когда у вас несколько космонавтов летят,  - это, безусловно, очень важный, но частный вопрос. А ядерная медицина сегодня охватывает всё большее и большее количество пациентов, ядерно-медицинские методы широко распространяются, это уже носит важный социальный характер. Мы именно в этом ключе вопрос и ставим.

Очень хорошо, что возникла тема космоса, она важная и совершенно конкретная, но закономерен вопрос: почему не идет речь о персонале атомных станций, экипажах подводных лодок, атомных надводных кораблей? О ядерной медицине я уже сказал. Вот такой многоплановый комплекс задач.  

(...)

По материалам: Дмитрий Людмирский, "Известия"

 Опубликовано:  8 февраля 2018