Да, в брежневском застое дерьма хватало.
То же вечное «нельзя», «не положено», «не велено» и «не пущать», но не злобное, не с кулаками и дубинками, а привычное и унылое согласно старому пыльному уставу.
Недоверие к «чуркам», которых тогда почти не было, нелюбовь к евреям со школы, презрение шпаны к фофочкам и зубрилам, коих вечно цепляли и лупили за то что «больно умные» и выбиваются из шеренги.
Двор на двор, район на район, фрунзенские на усачевских, хамовники на всех остальных.
Но, в основном, без зла, по-деловому.
Всеобщей повальной и бессмысленной злобы, беспричинного озверения не было.
Даже в массовых драках с дрекольем между гопниками и панками.
Больше для порядка, ну, заведено так.
А потом пиво вместе.
Все было как-то спрятано, завуалировано, исподтишка, слышишь одно, видишь другое, а в действительности происходит третье.
Дать или истребовать взятку было целым искусством.
Боялись и дающие и берущие, но без мзды — никуда, поэтому давали, но только «тихо, тихо, никому ни-ни!»
Все строилось на парадоксе, на абсурде: в магазинах пусто — холодильники забиты, книг нет, а все читают, на прилавках резиновые боты — люди ходят в польской обуви.
Вот так, потихоньку, из рук в руки, через знакомых знакомых, по стеночке, в тени, не бросаясь в глаза, такой же серый и блеклый, как и все вокруг.
Застой был вялый, сонный, серый, похмельный, ленивый и безразличный.
Несомненно, он был отвратителен, гадок, покрывал жизнь тиной, ряской, не давал двигаться, как мокрая липкая глина по колено.
Но это было отделение для тихих с глазами вовнутрь и оживленными беседами там же, внутри.
Все с утра до вечера шаркали тапочками вдоль коридоров мимо палат, прижимаясь к стенам, чтобы никого не задеть и их не толкнули.
Идиллия для тех, кто понимает.
Сейчас — отделение для галлюцинаторных буйных с выраженным бредом преследования.
Поражает, с какой скоростью люди сходят с ума.
И до какой степени безумия доходят, вроде бы только вчера еще спокойные, приятные и разумные люди.
До пены на губах, до судорог вдруг начинают ненавидеть тех, кого никогда не видели, не слышали, не знали.
А заодно и вообще всех.
И тебя, вчерашнего лучшего друга или близкого соседа, принимаются клясть и проклинать за то, что думаешь не так, как велено, не так, как думают они.
Распни его! Распни!
Ненависть, страх, паранойя и безнадежное, безропотное, безрадостное безразличие, — квинтэссенция сегодняшнего государства и его подданных.
Этакое вселенское «Да и хер с ним!»

[600x610]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Буйство меланхоликов

LI 5.09.15