Он родился в глухой провинциальной деревне в многодетной семье, где образование считалось бесполезной и непозволительной блажью. У него было 4 братьев и одна сестра. Как проходил стандартный день в его семье? Трудились в поле, на огороде, в колхозе. О чём они мечтали. Встать пораньше, сделать все дела в поле, на огороде и колхозе – так, чтобы осталось время на то, чтобы выпить. О чём мечтал он? Работать учителем. В городе. 

 

Он ходил в школу, он учился на одни пятёрки, он читал дома по вечерам книги, взятые из сельской библиотеки. Над ним смеялись, его не понимали, его ругали. Когда он закончил школу и сказал, что поедет в город (речь идёт не о Москве) поступать в институт, мать поставила ультиматум: «Если ты это сделаешь, ты мне больше не сын! И так вся деревня смеётся!», на что он возразил: «Ты всегда для меня будешь матерью, и, получив образование, я приеду к тебе, чтобы мы вместе с тобой порадовались!». Мать рыдала, братья плевались, но он поехал. Никто не верил в него, но он был упорным. 

 

Он был лучшим в группе. Он закончил институт с одними пятёрками, у него даже четвёрки ни одной не было. Сразу по окончанию института он устроился работать в школу. Он стал лучшим учителем, молодым, перспективным, преуспевающим. Его фотография красовалась на стенде «Ими гордится школа», потом – на стенде «Ими гордится район». У него были все шансы стать завучем вместо того, кто собирается на пенсию, но… началась война. 

 

Наш герой заявил, что пойдёт на фронт добровольцем. Как же кричал директор! Он говорил, что пушечного мяса и так хватает, а хороший учитель на вес золота, что война войной, а детей всё равно кто-то должен учить! Его не гнали – наоборот, его не хотели брать, уж слишком ценен он был в образовании, но он пошел. Он обещал вернуться. Никто не верил в него, но он был упорным.

 

Итак, война. Ну, тут я не скажу, что у него были какие-то особые достижения – солдат и солдат… но и там случай интересный произошел. Был у них в роте солдат нерадивый, недалёкий, безответственный, глуповатый. Во время боевых действий ранение смертельное получил, причём сам же по глупости и подставился, они бежали все, его, по идее, оставить надо бы, но герой нашего романа взял да решил на себе его тащить, что, естественно, существенно замедляло его собственное передвижение. Ему говорили: «Валентин, брось! Ты что, не видишь, что ли, что он уже умирает?! Ты дотащишь труп… если дотащишь!». Но тот был уверен, что он сможет и сам спастись, и жизнь глупыша сохранить. Никто не верил в него, но он был упорным.

 

Всё имеет свойство когда-то заканчиваться, война – тоже. Он вернулся в свою родную школу. Директором. Прежний директор умер. Он был знаменитым директором. Молодой, с боевыми наградами, образцово-показательный директор. Женился на учительнице, в которую влюблён был ещё до войны. Кстати, коллеги говорили ему, что у него нет ни малейших шансов, но… Никто не верил в него, но он был упорным.

 

Встреча друзей-фронтовиков. Кого же там он видит? А того дурачка, которого чудом спас! А дурачок-то тот увидел спасителя и чуть ли ни ноги целовать кинулся. А дурачок-то тот политиком заделался. И стал к себе звать в заместители. Догадайтесь, что говорили все нашему герою? Говорили, мол, не суйся, опасное это дело – политика, а у тебя и опыта-то нет, к тому же, с таким начальником-дураком работать – это себя под расстрел подвести. Даже жена его не поддержала. Ну, вы поняли: Никто не верил в него, но он был упорным.

 

Год прошел. За год многое произошло. Дочка первая у него родилась. Он занял место своего начальника, которого благополучно сняли. Ну, переместили на нижестоящую должность – за тупость. Потом ещё выше должность занял. Потом – ещё. Мать всей деревне хвасталась, какой у неё замечательный сын. Двух братьев и сестру он заставил пойти учиться, после чего обещал устроить на хорошие должности в городе, двое так и остались в деревне. Обзавёлся благодарностями от правительства. 

 

Много достижений и успехов было у этого замечательного человека, но каждое из них сопровождалось отказом от старых привычных шаблонов и совершением нового рискованного действия. И каждый раз Никто не верил в него, но он был упорным.