[480x360]
В ночь на 8 января 2020 года Иран нанес ракетные удары по двум военным базам США в Ираке. Операция стала ответом на убийство американцами в аэропорту Багдада (тоже в результате ракетного удара) командира иностранных операций Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Ирана генерала Касема Сулеймани. После иранского удара — уникального за последние десятилетия случая нападения на войска США — все ждали, чем ответит президент Дональд Трамп. Он ответил, выступив перед нацией. Заявление вышло расплывчатым, воинственным и примиряющим одновременно.

Подобные «удары для деэскалации», когда одна из сторон не может не ответить, но не хочет давать повода для большой войны, имели место на Ближнем Востоке и раньше. Так, США и Великобритания нанесли удар по Сирии в апреле 2018 года после того, как сирийского президента Башара Асада обвинили в использовании химического оружия в городе Дума. Против удара резко возражала Россия, дело могло дойти до большой войны, но Дональд Трамп решился на показательную «акцию возмездия», заранее оповестив о ней Москву. Десятки крылатых ракет попали в одну и ту же заброшенную химическую лабораторию на окраине Дамаска, и конфликт был исчерпан.

Масштабная война на Ближнем Востоке может пагубно сказаться на мировой (и американской) экономике. Вызванное ею повышение цен на нефть неминуемо приведет к глобальной рецессии, которая и без того, весьма вероятно, случится в 2020 году. Этому вопросу Трамп уделил несколько минут в своем обращении: он сказал, что теперь Америка независима от поставок топлива с Ближнего Востока, а потому может свободно вести там войны, не опасаясь экономических последствий. Однако в реальности американский рынок нефти все еще не отделен от мирового.

https://zen.yandex.ru/media/id/5dfba1331e8e3f00b0e...stoke-5e160f856f5f6f00ae02b9c5

===