В белом платье — ее счастливая примета, заручившись поддержкой царского любимца князя Лобанова-Ростовского, посреди толпы военных ждала Полин выхода императора. Под барабанную дробь появился Николай Павлович. Поймав тяжелый царственный взгляд, не помня себя, Полин выступила вперед и протянула руку со своим прошением. «Что вам угодно?» — услышала она его вопрос. Он обращался к ней! «Государь, я не говорю по-русски, хочу получить милостивое разрешение следовать в ссылку за государственным преступником Анненковым». Вокруг повисла зловещая тишина — слишком хорошо знали приближенные, как не любит государь напоминаний о декабрьском восстании.

 

Он ответил: «Это не ваша родина, сударыня. Может быть, вы будете очень несчастны». Император ей не отказывал, он думал о ее судьбе! Взвесив каждое слово, она сказала: «Я знаю, государь, но я готова на все, и я — мать». Николай Павлович не мигая смотрел на Полин, время для нее остановилось, казалось, еще минута — и сознание покинет ее. Неожиданно он поднял руку в приветствии и прошел дальше. «Успокойтесь же, все хорошо, вас услышали», — шелестели вокруг нее голоса.

 

 Ей неофициально написал брат государя, великий князь Михаил Павлович, о том, что коменданту в Нерчинске дано задание спросить Анненкова, желает ли он жениться на Полин Гебль. Если он согласится, то ее просьба будет удовлетворена. По ее возвращении из Вязьмы Анна Ивановна решила, что государь теперь рассердится на нее. Несколько месяцев она не разговаривала с Полин. Тяжело заболела Сашенька, Полин долго ее выхаживала и ждала, ждала. Только через полгода ее вызвали к московскому генерал-губернатору и объявили о милости государя. «Я поеду в Сибирь, мне разрешили», — она хлопала в ладоши и вопила на всю канцелярию. На дорогу Николай Павлович передал ей три тысячи рублей. Документы и деньги она с торжеством продемонстрировала Анне Ивановне. Ее родные злословили: как только француженка получит эти деньги, она тут же сбежит во Францию.

 

 

История взаимоотношений Ивана Анненкова с матерью и то, как своенравная барыня приняла строптивую парижанку, отражена в картине «Звезда пленительного счастья». На фото: актрисы Татьяна Панкова и Эва Шикульска

 

 

В дороге ее застало письмо матери из Франции. Ничего не зная о переменах в судьбе Полин, она писала, что мадемуазель Ленорман сразу сообщила ей, что речь идет о ее дочери, которая сейчас очень далеко и судьба ее очень странная. На ее долю выпадет много испытаний и переживаний, ее ждет опасность, которой она избежит. Но после всего пережитого, когда ее мужу будет 50—60 лет, он вернет то, что потерял, хотя и не все.

 

В сороковые годы, когда они уже жили на поселении в Тобольске, вечером в дом к Анненковым постучался столичный генерал, приехавший с инспекцией. Все уже спали. Он спросил госпожу Анненкову: «Сударыня, я должен передать вам слова его императорского величества. Государь мне сказал: «Кланяйтесь от моего имени той француженке, которая не усомнилась в моем сердце».

 

 

Давно нет в Москве Неглинной канавы. В советское время снесли дом Анны Ивановны, до начала двухтысячных здесь был пустырь с летним кафе. Совсем недавно на этом месте возвели деловой центр (в 2002 г. — это «Берлинский дом»). Москва меняется, но почти два века живет память о вечной любви кавалергарда и девы юной, француженки Полин Гебль.

 

http://7days.ru/

***