«Усолье – прочный свод, под которым я могу укрыться от грозы»…

Эти люди жили 175 лет назад в Усольской вотчине, и мы о них вряд ли бы узнали, если бы не сохранился дневник Ольги Ивановны Орловой-Давыдовой, который она вела, живя в «Усолье» в 1845 году.
Урожденная княжна, матушка которой была подругой русской императрицы Александры Федоровны, брат – известным в России Фельдмаршалом, Ольга Ивановна счастлива была только в деревне, со своими крестьянами (так она сама много раз признавалась).

Графиня Ольга Ивановна Орлова-Давыдова. Рис. князя В.И.Барятинского

Ее дневник изобилует рассказами о крестьянских детях, их родителях, о девушках-учительницах; о больницах и бане для рожениц, которые они с мужем открыли для крестьян.
Читаешь дневник, и перед тобой встают живые люди, с именами и фамилиями, со своими характерами.

«После службы приходят старшины Ягодкин, Пыренин, Рахманов. Разговариваю с этими стариками, в сердце у меня большая к ним симпатия, они тоже, кажется, смотрят на меня с теплотой», - пишет Ольга Ивановна, стараниями которой несколькими годами ранее были открыты школы для крестьянских детей пока что в жилых домах у Ягодкина, Дашковой, Бесчастновой, Панкиной.

Ольга делится впечатлениями от посещения первых двух:
«Радость девочек и родителей от моего прихода. Методика преподавания заметно улучшилась. Меня очаровали их знания, скромный и порядочный вид».
«Я наслаждалась серьезным и глубоким разговором с Дашковой. Совсем забыла, что разговариваю с крестьянкой; настолько ее речь возвышена, и мысли хорошо изложены».

Художник В.Маковский. Сельская школа.

«В школе Бесчастновой вызвалась сама учить девочку, бедняжка не смогла понять то, что ей говорили девочки. Ей так понравилось, как я ей рассказала про Рождество и Крещение, что она плача бросилась ко мне на шею со словами: «Если бы твои золотые уста говорили, я бы всё поняла».

Про школу Анны Панкиной Ольга пишет: «Они с братом любезно принимают нас. Она совсем комильфо, даже как светская дама. Застала там 11 девочек вокруг стола. Аннушка и ее сестра учили их читать. Царил такой порядок, такая регулярность в учении, всё шло с таким необыкновенным энтузиазмом, что я удивилась. После чтения малышки взялись за вязание и стали рассказывать катехизис и Священную историю. Когда мы вышли, нас остановила группа женщин, благодарят нас».

В деревне Тайдаково была открыта школа для мальчиков, но Ольга была огорчена.
«Пока я проводила экзамен, передо мной встала старая чувашка с самым выразительным лицом, казалось, она своим взглядом хочет меня насквозь просверлить. На мой вопрос, зачем она пришла, она ответила на плохом русском языке, что ее сын в школе, и она ждет время переменки, чтобы идти с ним попрошайничать. Мне стало плохо от ее невозмутимости. В целом, дети оборваны, грязны и выглядят голодными. Я бы хотела, чтобы в школе их кормили кашей. После экзамена была раздача сахара и пряников. Все были в восторге».
Ольга Ивановна побывала в Тайдаково еще раз на Рождество: «Крестьяне ждали нас на улице, около 200 человек. Рождественские рассказы прозвучали в исполнении бедных маленьких чувашей, среди которых были совсем оборванные. Подарки вызвали полный восторг, когда мы уезжали, нас сопровождали благословения. Тогдашняя старуха встала напротив меня и улыбнулась».
«Вечером записала имена тех бедняков, которых я поручаю г-ну Бруммеру (управляющему)».

Художник Богданов-Бельский. 

Ольга посещает больницу в Усолье, доктор немец почти не говорит по-русски, ее это удручает, но больница ухожена и опрятна. Доктор так стесняется, что Ольге стало его жалко. Позже он немного освоится и подарит ей вальс, сочиненный им «о прелестях Усолья».

«В больнице крестьянин, сидящий рядом с больным мальчиком, меня тронул своей нежностью: «Коли выздоровеет, он единственное умиление, свет в окошке»».
«Хожу по больницам, детская переполнена, матери занимают слишком много места. (Значит, детей кладут вместе с матерями!) Пришла в больницу взрослых во время дневного сна. Женщины все собрались в дальней комнате, не самой привлекательной, но поскольку они казались очень довольными лечением, я не стала делать каких-либо замечаний».

«Длинный разговор с крестьянином из Жигулей, он запросто говорил и делился со мной своими заботами. Он говорил с воодушевлением о Бруммере (управляющем): «От Бога человек». Да благословит его Бог самыми лучшими благословениями».
Приглашены к старику Терехину в гости. «Вся семья собралась и принимает меня с радостью. Какое счастье видеть их такими едиными, и всех такими активными. Они радуются родильной бане, говорят, что это будет счастьем для многих женщин».

Когда Орловы-Давыдовы уезжали из Усолья, пробыв там восемь месяцев, все крестьяне пришли прощаться. «Некоторые лица особенно трогают меня. Старик Терехин подошел и говорит мне почти беззвучно: «Письмецо пришлите, чтоб я знал, как доехали»».
В 1847 году, спустя два года, Ольга Ивановна записывает в дневнике:
«Приятные новости из Усолья. Там по мне скучают и просят, чтобы я приехала. Приятно, когда по вам скучает один человек, но в тысячу раз приятнее, когда скучает народ, такой простой и настоящий. Это служит поддержкой. Усолье представлялось мне то прочным сводом, под которым я могу укрыться от грозы и бури, то большими и сильными крыльями, которые держат и несут меня. Чувство, которое я испытываю к этому месту, ни с чем не сравнимо, и не случайно впервые я поехала туда, когда оторвалась от того, что, как мне казалось, содержало весь мир».
Перевод дневника с французского Мишель Дебренн.

2.


****

Серия сообщений "***УСОЛЬЕ Поволжское":
Часть 1 - Из история Усольской вотчины
Часть 2 - Усадебный комплекс в Усолье при графе В.Г.Орлове
...
Часть 5 - Про Усолье. О пейзажах Жигулей
Часть 6 - «Усолье - это Англия на русской почве!»
Часть 7 - «Усолье – прочный свод, под которым я могу укрыться от грозы»…
Часть 8 - Поволжское "Усолье" в 1869 году. Цены
Часть 9 - Штат служащих при доме в Усолье. 1869 год