"Мне прислали из Питера двух породистых таксов щенков,
необыкновенно умных..."


[512x742]


[показать]

Какая хорошая новость: в Мелихове открыли памятник чеховским таксам.

Великий писатель был большим поклонником этой породы. Между прочим, он и Каштанку описал как метиса таксы, и страшно ругал художника, который изобразидл собаку "совершеннейшим бульдогом".


Чехову подарил такс его старинный приятель издатель и писатель Николай Лейкин.

"Вчера, наконец прибыли таксы, добрейший Николай Александрович. Едучи со станции, они сильно озябли, проголодались и истомились, и радость их по прибытии была необычайна. Они бегали по всем комнатам, ласкались, лаяли на прислугу.

Их покормили, и после этого они стали чувствовать себя совсем как дома. Ночью они выгребли из цветочных ящиков землю с посеянными семенами и разнесли из передней калоши по всем комнатам, а утром когда я прогуливал их по саду, привели в ужас наших собак-дворян, которые отродясь не видали таких уродов.

Самка симпатичнее кобеля. У кобеля не только задние ноги, но и морда, и зад подгуляли. Но у обоих глаза добрые и признательные. Чем и как часто кормили Вы их? Как приучить их отдавать долг природе не в комнатах? И т.д. Таксы очень понравились и составляют злобу дня. Большое Вам спасибо",

- писал А.П.Чехов Лейкину.

Антон Павлович сразу же назвал их Бром и Хина - кто не знает, в те времена так назывались лекарства от всех болезней. У его брата Михаила жила такса по кличке Йод. Дочку Хины и Брома звали Селитрой.

Чехов был полностью под каблуком у своих такс и разрешал им делать, все что душе угодно. Они разрывали грядки с рассадой, вскапывали клумбы , растаскивали по всему дому калоши.

И тем не менее, он не расставался с ними даже во время путешествий и страшно переживал, когда ему приходилось покидать Мелихово.
Таксы , конечно, существа удивительные.

Уж можете нам с Антоном Павловичем поверить.