Портреты Фёдора Ивановича Шаляпина в русской живописи.
В 1902 году писатель Леонид Андреев в статье о Шаляпине обратился к художникам-«властителям формы» с призывом запечатлеть образ гениального певца и его творения, создать ему «прекрасную долговечную статую». Слова писателя нашли отклик у современников Фёдора Ивановича, особенно у его друзей-художников. Ими сохранён в веках облик артиста и его сценические образы. Шаляпин общался cо многими мастерами русского искусства своего времени, и все они испытывали влияние шаляпинского творчества. Каждое выступление знаменитого баса являлось событием, рождало новые творческие замыслы у живописцев, скульпторов, графиков.
В работах художников Шаляпин предстает в самых разных образах и состояниях. На одних портретах он сумрачен, на других – озарён вдохновением или изображён в какой-нибудь роли, например, Бориса Годунова.
Шаляпина рисовали и писали часто. Валентин Серов и Александр Головин, Леонид Пастернак и Николай Богданов- Бельский, Константин Коровин и Борис Кустодиев, Илья Репин и Исаак Бродский создали обширную галерею шаляпинских портретов.
«Портрет Ф.И.Шаляпина»
1905
Холст, уголь, мел 235 x 133
Государственная Третьяковская галерея
Москва
Валентин Серов написал портрет Шаляпина углём на холсте. Певец изображен как артист – в концертном костюме, с актерской выправкой. В то время он был на вершине славы, хотя современники порой ощущали в его облике «меланхолический оттенок», «страдания» человека, уставшего от бесконечной «игры в амплуа».
Леонид Осипович Пастернак. Портрет Шаляпина 30.12.1913
Борис Григорьев, Портрет Ф.И. Шаляпина, 1918 г
Николай Богданов-Бельский. Портрет Шаляпина.
Репин И.Е. Портрет Федора Шаляпина 1882
Прекрасным выражением понимания и восприятия художником Шаляпина явился "Портрет в светлом костюме", созданный в 1911г. во Франции в курортном городке Више, где друзья тогда отдыхали.
Константину Коровину особенно удался этот портрет, где Шаляпин показан как бы продолжающим беседу в расслабленной позе. Летнее утро, настроение, должно быть, и у певца, и у портретирующего его художника превосходное, Шаляпин полон сил, уверен в себе, как человек, который многого достиг, но у которого впереди ещё долгая и успешная жизнь. Написав портрет, Коровин продал его коллекционеру Терещенко, чем огорчил Шаляпина. Пресса сразу объявила, что певец намерен привлечь Коровина к третейскому суду, так как портрет продан без его разрешения. Сам Шаляпин отвечал, что к Коровину дружеских отношений не утратил, но что ему действительно жаль, что портрет, который так удался, к нему не попал. Но ни о каком третейском суде он не помышляет.
Портрет Ф.И.Шаляпина. 1911
Шаляпин позировал для портрета на открытой террасе освещенной солнечными лучами, проникающими сквозь густую зеленую листву. Статный молодой, мужественный, он сидит у стола в невысоком кресле одетый в светлый костюм, белую рубашку со стоячим воротником, повязанным сиреневым шелковым бантом, на лице артиста счастливая улыбка. Он наслаждается бодрящей свежестью свежего погожего дня, струящимся светом и теплом солнца. Его большая, удивительно легкая и ладная фигура купается в золотом сиянии. Весь его облик, дышащий радостью бытия, неотделим от яркого солнечного дна. Ощущение праздничности подчеркнуто убранством стола, украшенного букетом роз, живописно сервированной вазой с фруктами, хрустальным графином, высокой бутылкой с золотистым ликером и бокалом, в котором, как рубин сверкает вино.
Головин Александр Яковлевич
Портрет артиста Ф.И.Шаляпина в роли Олоферна
1908
Холст, темпера, пастель
163,5 х 212
Шаляпин изображен в гриме и костюме библейского царя Олоферна в опере А.Н.Серова "Юдифь". Сюжет заимствован из Ветхого Завета (Книга Юдифи, 13, 4–10): отважная израильтянка Юдифь, проникает в стан врагов и, соблазнив царя Олоферна, отрубает ему голову. Но не сам сюжет, очень популярный в мировой живописи, занимает Головина. Все внимание художника сосредоточено на создании образа великого певца в форме своеобразного театрализованного портрета. Мастер стремится передать артистическое перевоплощение Шаляпина в ужасного и грозного библейского царя. Головин обращается к языку ассирийских рельефов, пытаясь придать образу монументальность. Орнаментальными плоскими формами, характерными для стиля модерн, и охристыми красками он добивается в портрете эффекта древнего изображения, подобного фреске. Особенно выразителен величавый жест героя. Известно, что принимавший активное участие в первой постановке оперы сын композитора, художник В.А.Серов посоветовал Шаляпину взять в руку чашу.
Головин Александр Яковлевич.
Портрет Федора Ивановича Шаляпина в роли Бориса Годунова в одноименной опере М.П.Мусоргского. 1912
Холст, гуашь, темпера, клеевая краска, золото, серебрянная фольга. 211 x 139 см
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
Художник, известный как крупнейший мастер театрально-декорационного искусства, создал целый ряд своеобразных театральных портретов. Несколько раз он писал Федора Ивановича Шаляпина (1873–1938) – в ролях Мефистофеля, Демона, Фарлафа, Олоферна.
Портрет в роли Бориса Годунова исполнен в период постановки В.Э. Мейерхольдом одноименной оперы М.П. Мусоргского в Мариинском театре (1912). Шаляпин предстает на фоне тяжелого занавеса в образе величественного и властного царя Бориса. Артист позировал сразу же после спектакля в гриме и костюме – коронационном царском наряде, который был выполнен по эскизам автора портрета. Виртуозно переданы блеск драгоценных камней, мерцание тяжелой золотой парчи, для чего художник приклеивал к живописной поверхности кусочки блестящей фольги.
По свидетельству П.И. Нерадовского, портрет Шаляпина в роли Бориса Годунова был заказан Головину специально для Русского музея товарищем управляющего музеем графом Д.И. Толстым.
Борис Кустодиев запечатлел мощную фигуру артиста в шапке и меховой шубе нараспашку, возвышающегося над праздничным гуляньем, с мопсом возле ног. Сам Шаляпин до смерти не расставался с этим портретом и ценил его выше других – «за широту, размах и русский дух». Подлинник кустодиевского «Портрета Ф.И. Шаляпина» находится в Париже.
Борис Михайлович Кустодиев
Портрет Ф.И.Шаляпина [1922]
Холст, масло. 99x80 см. Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
Известно, что художник боготворил певца. И Шаляпин называл Кустодиева "бессмертным".
Вот слова, сказанные певцом в его книге "Маска и душа" о художнике:
"Всем известна его удивительно яркая Россия, звенящая бубенцами и масленой. Его балаганы, его купцы Сусловы, его купчихи Пискулины, его сдобные красавицы, его ухари и молодцы – вообще все его типические русские фигуры... сообщают зрителю необыкновенное чувство радости. Только неимоверная любовь к России могла одарить художника такой веселой меткостью рисунка и такой аппетитной сочностью краски".
Шаляпин – волжанин. В юности судьба привела его однажды с семьей в Астрахань, на родину Кустодиева. Но не эти внешние признаки роднят великих русских творцов.
Их сближает удивительная одаренность, мощь таланта и в то же время поражающая тонкость понимания русского уклада жизни во всех его проявлениях.
Шаляпин отлично чувствовал глубину проникновенности кустодиевского таланта и широту его обобщенных образов.
"Много я знал в жизни интересных, талантливых и хороших людей, – вспоминал Федор Иванович. – Но если я когда-либо видел в человеке действительно высокий дух, так это в Кустодиеве... Нельзя без волнения думать о величии нравственной силы, которая жили в этом человеке и которую иначе нельзя назвать, как героической и доблестной”.