Впоследствии два раза в неделю при дворе происходили маскарады.



Елизавета Петровна чрезвычайно любила балы и другие развлечения.

Развлечения. 

 
Эта экстремальная забава стала популярной при дворе во времена Анны Иоанновны. Первые горки организовывали зимой: строили большой деревянный скат и заливали его водой – по такой горке катались на санях. Первую летнюю катальную гору построили при Елизавете Петровне. С нее скатывались на тележке с колесиками по деревянному настилу. А самой большой любительницей катания стала Екатерина Вторая. Именно во время ее правления архитектором Антонио Ринальди была построена самая длинная катальная горка в 532метра. Она состояла из нескольких волн и напоминала аттракцион, который мы сейчас называем американскими горками.





Позднее, уже при Елизавете Петровне, была построена огромная катальная горка в Царском селе. Скатывались по ней в специальных колясках на колесиках, поставленных на рельсы, поэтому кататься можно было не только зимой, но и летом. Именно эта царская забава позднее стала прототипом для американских горок, которые во всем мире называют «русскими».



Катальная горка в Царском селе


Для удобства катающихся горка начиналась не с обычной лестницы, а с балюстрады второго этажа специального павильона. Строительство всего этого развлекательного комплекса продолжалось 12 лет (начиная с разработки проекта) и было завершено в 1757 году. Проектом здания занимался сам Растрелли, а техническую часть аттракциона рассчитывал знаменитый русский инженер А.К.Нартов. Кстати, это сооружение для того времени были уникальным – спуск происходил с высоты около 20 метров, а общая длина горки составляла 270 метров. Обратно тележки затаскивались специальными катальными машинами, приводимыми в движение лошадьми.



Колясочка. Катались на таких тележках вдвоем – дама сидела, а кавалер стоял сзади.


Екатерина II была горячей поклонницей этого развлечения. В первый же год своего правления она начала строительство второго подобного увеселительного комплекса в Ораниенбауме. Здесь протяженность всего сооружения составила уже 532 метра. Архитектором здания стал Антонио Ринальди. Именно этот изящный павильон, известный теперь как «Катальная горка», и прекрасная аллея остались нам на память о царских забавах.



Павильон Катальная горка в Ораниенбауме

Балы в России. как все начиналось?

До Петра 1 танцы в России не прижились, к ним относились с насмешкой, как к чему- то непристойному и некрасивому. Про танцы на какое то время просто забыли...

и вернулись в придворную жизнь уже при Петре I, назывались они тогда ассамблеи, что в переводе с того же французского означает "собрание".



По мнению ряда исследователей 19 в., одной из причин введения Петром I светских праздников была его уверенность в том, что “ничто более обращения с женщинами не может благоприятнее действовать на развитие нравственных способностей русского народа”. Другая же причина заключалась в стремлении Петра Алексеевича сблизить все сословия общества, для чего и устраивались праздники.


“Эко чучела!” рисунок С. С. Соломко, начало 1910-е годы 

Первая ассамблея состоялась в 1718 году у генерал-адмирала Апраксина, вторая, через день, — у тайного советника Толстого. Ассамблеи повторялись всю зиму по три раза в неделю.



На первых ассамблеях танцы воспринимались собравшимися как повинность, после исполнения которой участники стремились как можно меньше общаться между собой и по окончании фигур расходились в разные стороны. Петр Алексеевич не только указами, но и личным примером стремился заставить дворян принять новый способ общения. Делал это царь с присущими ему упорством и энергией, он посещал почти каждую ассамблею, иногда сам распоряжался танцами, выделывая, по словам камер-юнкера в свите герцога Голштинского Берхгольца, такие “каприоли”, которые составили бы честь лучшим европейским балетмейстерам того времени. 


К. B. Лебедев. Ассамблея при дворе Петра I

На петровских ассамблеях заведенного порядка и регламента не было, на них специально приглашали молодых офицеров, которых десятками по специальной разнарядке присылали из стоявших в петербургском гарнизоне гвардейских полков. Полковые командиры напутствовали корнетов и поручиков приказами танцами не манкировать и приглашать тех дам, что "простаивают", а не тех, кого хочется. Потому что это не развлечение, а работа такая!

 После смерти Петра I ассамблеи официально прекратили свое существование, но продолжались различные увеселения в петровском духе и постепенно происходил переход от малоформальных "собраний"- ассамблей к более формальным "танцам"- балам.
Во второй половине 18 века балы стали в России обычным явлением и приобрели определенный обязательный регламент. 



А. Н. Бенуа Выход императрицы Екатерины II 1912

Начиная с петровской эпохи во всех государственных высших и средних учебных заведениях, высших школах, иностранных пансионах танец стал обязательным предметом. Его изучали в царском лицее и в скромных ремесленных и коммерческих училищах. В России не только прекрасно знали все новейшие и старинные бальные танцы, но умели исполнять их в благородной манере.



У Елизаветы Петровны прямо ненасытная какая-то жажда удовольствий была, причем самых разнообразных, какие только существуют. Сексуальные, театральные развлечения, охота, маскарады, балы. Ценила острое словечко, сама была весьма остроумна, специально никакого этикета не придерживалась, а когда была зла, то ругалась, как немецкий конюх, а иной раз и русского мужика могла за пояс заткнуть крепким словцом. 

Новая императрица продолжила традицию своего отца устраивать ассамблеи; только они уже мало походили на прежние. Теперь каноном стали французские образцы и французская манера поведения: как войти, как приветствовать друг друга, как выглядеть, чтобы не только глазам, но и носу было приятно от аромата духов, которыми впервые стали пользоваться русские модницы, и конечно, как танцевать. 



В зимнее время в аристократических домах поочередно давались балы-маскарады. Собирались в шесть часов вечера. Танцевали, играли в карты часов до десяти, затем ужинали: императрица, сидя за столом с некоторыми придворными, остальные приглашенные — стоя. Затем вновь танцы до поздней ночи. Причем никаких церемоний на этих балах не было. Кто хотел, мог удалиться — хозяева не провожали никого, даже государыню. Когда же она входила в гостиную, сидящим запрещено было вставать. А императрица чаще всего появлялась неожиданно среди бала, что отнюдь не нарушало общей атмосферы.




Нередко балы устраивались и в самом дворце. В огромной зале, украшенной великолепными зеркалами и освещенной множеством люстр, по одну сторону выстраивались женщины в роскошных платьях и сверкающих украшениях, по другую — мужчины в изысканных костюмах, украшенных орденскими лентами. Обменявшись глубокими поклонами, они начинали медленный танец под звуки музыки, исполняемой французскими знаменитостями: зрелище было впечатляющее…



 Балетмейстером при дворе состоял француз Ланде, утверждавший, что нигде так выразительно и благопристойно не танцуют менуэт, как в Петербурге.



Когда двенадцать бьют часы в полночный час,
Мы будто оживаем.
Настроен клавесин. Под менуэт сейчас
Давайте помечтаем.

Я вижу снова в блеске зал,
Улыбки дам, как яркий свет.
Оркестр пленительно играл
Красивый модный менуэт.
Я, словно роза, так свежа,
На вас камзол огнём горит,
Шептали вы мне, чуть дыша:
«Танцуем – раз, два, три».

(Л. Марченко)



 

Старинный народный французский грациозный танец, названный так вследствие своих мелких шажков на низких полупальцах, па меню (pas menus). Произошёл от медленного народного хороводного танца провинции Пуату. С XVII века широко распространился по всей Европе.




Первоначально менуэт исполнялся одной парой. Движения менуэта были построены в основном на поклонах и реверансах, что создавало не столько впечатления танца, сколько «приглашения к танцу» или прелюдии. На протяжении XVII и XVIII века, с развитием эпохи Барокко, а затем - галантного стиля, менуэт постепенно развивался, ускорялся его темп, усложнялись движения и па, в итоге поздний бальный менуэт приобрёл яркие черты жеманности и изысканности. Он стал исполняться уже не одной, а несколькими парами.





По мнению иностранцев, менуэт нигде не танцевали с большей выразительностью и приличием, как в России. Менуэт становился постепенно "белым танцем". Отказ кавалера танцевать с пригласившей его дамой означал для мужчины окончание танцев на данный вечер. Если же приглашенная дама была занята разговором, то кавалер должен был терпеливо ждать ее в центре зала.




В моду при дворе Елизаветы стал входить французский язык, распространялось и влияние французской моды. Основным занятием придворных дам стало стремление перещеголять друг друга своими нарядами. Долгие часы светские красавицы проводили перед зеркалом в обществе горничных, парикмахеров и портных. Платья поражали своим блеском и роскошью, а переодевались иногда по два или три раза на дню.




 В среде столичного дворянства повальной стала погоня за модой. Самое лучшее, самое дорогое и непременно из Парижа — такова была тенденция при дворе этой представительницы Дома Романовых. Елизавета сама считалась почти законодательницей моды, чувство прекрасного у нее было удивительно развито: одевалась она исключительно элегантно, любила красивые головные уборы и украшения, тщательно следила за своей внешностью, часами просиживала за туалетным столиком



Сколько платьев было у императрицы Елизаветы Петровны?

О гардеробе императрицы ходят легенды! Екатерина II писала, что во время пожара 1 ноября 1753 в Летнем дворце "Елизавета Петровна потеряла всё, что привезли в Москву из её огромного гардероба". И было там... четыре тысячи платьев. Замечу, помимо этих, сгоревших, в Москве находились и другие её платья - в Кремле хранилось 1452. К тому времени Елизавета была на престоле двенадцать лет, вот и накопилось... И ведь это только в Москве, основной гардероб был в Санкт-Петербурге!


Императрица Елизавета Петровна, неизв. художник, 1750-е. Из коллкции Государственного Эрмитажа 

Что касается цифры, которая нередко звучит, когда речь заходит о её нарядах, мол, после смерти императрицы осталось пятнадцать тысяч платьев, то источник в данном случае - историк Василий Осипович Ключевский, который писал: "Елизавета жила и царствовала в золочёной нищете; она оставила после себя в гардеробе с лишком 15 тысяч платьев, два сундука шелковых чулок, кучу неоплаченных счетов и недостроенный громадный Зимний дворец."

А вот исследователь Светлана Амелёхина приводит не такие устрашающие цифры. В "старой казённой" (т.е. кладовой) после кончины Елизаветы Петровны было 584 платья, в "казённых гардероба" - 3162. Мягко говоря - немало, но хоть не пятнадцать тысяч...

Известно также и то, что гардеробмейстер Елизаветы Петровны должен был первым увидеть привезённые из-за рубежа модные новинки. Но одно дело - знать это, а другое - прочитать записку самой императрицы. "Уведомилась я, что корабль французский пришёл с разными уборами дамскими... вели с купцами сюда прислать немедленно. А товары, которые я в Царском Селе отобрала и теперь их требую, ничего сюда не присланы. И ежели оные проданы, отобрать у всех, кроме посланницы саксонской, а именно у щеголих, и прислать все ко мне немедленно. Прикажи купцу оные сыскать и никому в угодность не утаивать, а ежели он утаит, то несчастлив будет, а на ком увижу, тот равную часть с ним примут".



Императрица Елизавета Петровна. Портрет работы И. Вишнякова, 1743


Елизавета славилась тем, что никогда не надевала один и тот же наряд дважды.
 Императрица не позволяла приходить в «ношеных» нарядах и своим придворным дамам, тем более запрещено было выглядеть нарядней императрицы. 
Взойдя на престол, Елизавета продолжила политический курс «европеизации» российского общества. При дворе отныне стало пышно, вельможи были одеты с иголочки в европейские наряды, дамы по несколько раз в день меняли наряды, занимая этим все свободное время.  

Богатство костюма стало мерилом значимости человека в обществе. 


Елизавета Петровна - младшая дочь Петра I.
Императрица слыла красавицей, современники отмечали в ней живость ума и легкость общения, восторгались ее стройностью и маленьким личиком. 

В личном обслуживании царицы находился целый «полк» портных, ювелиров, сапожников и меховщиков. За время ее царствования накопилось огромное количество платьев, туфель и различных драгоценностей.

Елизавета с детства любила дорогие платья, расшитые золотом и серебром. Взойдя на престол, порой могла переодеваться до 7 раз в день. Кстати, для того, чтобы дамы не смели появляться на бал дважды в одном наряде, заставляла придворных ставить на платья чернильные печати.
Императрица Елизавета Петровна, дочь Петра I и Екатерины I, превратила моду и западные манеры практически в диктатуру, ничуть не уступая в этом своему отцу, который собственноручно срезал бороды боярам. Но, если в петровское время предпочтение отдавалось немецким костюмам, то Елизавета Петровна своими указами окончательно ввела моду на французское платье и барочный стиль.




Дамская мода к началу 40-х годов изменилась и юбка стала непомерно широкой. Это проявление господствовавшего в ту пору стиля РОКОКО. Ширина фижм соответствовала придворному званию. Императрица лично следила, чтобы никто из придворных дам не надел фижмы шире положенного. Носить такие широкие юбки было крайне неудобно. В них невозможно было сесть в карету, а во дворцах пришлось специально расширять дверные проёмы. В них было невозможно даже сесть, поэтому дамы просто ложились на пол чтобы отдохнуть, а особая фрейлина, стоя у двери, охраняла их покой. Корсеты делали из разных материалов – металла, ивовых прутьев. Самые дорогие корсеты изготавливали из китового уса.
ㅤПридумали даже специальные рычажки, которые регулировали ширину юбки. Если дамы узнавали, что на балу будет присутствовать сама императрица, они могли рычажком опустить фижмы и убавить ширину юбки.

О пышности и вычурности нарядов императрицы можно судить по ее портретам, написанным живописцами XVIII века.







Известно, что Елизавета не появлялась в одном и том же костюме дважды, предпочитая менять наряды даже по несколько раз в день.



Страстная любительница барокко, императрица привнесла стремление к роскоши и величию даже в мелочах.







Основным силуэтом женского костюма второй половины XVIII в., за исключением последнего его десятилетия, был приталенный силуэт, сильно расширяющийся к бедрам и низу. Его создавали плотно облегающий по линии плеч, груди и талии лиф с глубоким декольте и широкая каркасная юбка — панье, позднее фижмы. Самые огромные панье или кринолины простирались на пару метров в каждую сторону.



Главными деталями женской одежды в XVIII веке были корсаж с глубоким вырезом, пышные юбки, распашное платье. Обычно носили одновременно два платья: нижнее, глухое, и верхнее, распашное — гродетур. В качестве материалов использовались бархат, дорогой и тяжелый шелк, парча, а также тончайшее полотно и кружева. Одежда, как правило, блестела золотом и драгоценностями, часто вместо пуговиц использовались камни.



Женщины эпохи рококо напоминали фарфоровые статуэтки. В моду вернулись корсеты металлические, деревянные либо из китового уса. Под юбку надевались «панье» или «корзина». Панье из плотной, проклеенной ткани, укрепленной на горизонтальных обручах из китового уса или металлические. Панье обычно пристегивалось на пуговицах к жесткому корсету.

Панье́ (фр. panier - "корзина") - каркас из ивовых или металлических прутьев, надевался как отдельный элемент под платье, но поверх нижней (исподней) юбки.
Панье появилось уже в XIV веке, однако наиболее причудливые формы создавались в эпоху Рококо в XVIII веке. Именно тогда, к примеру, создавались овальные конструкции, формировавшие силуэт со значительно увеличенной юбкой по бокам. Ширина таких юбок заставляла увеличивать размеры каретных дверей.


Модным в эпоху рококо был «контуш» — платье «со складками Ватто» — широкое, длинное, неотрезное в талии. Носили его без пояса, надевая поверх нижней юбки на каркасе. На спине, под обшивкой ворота, закладывались крупные складки. Контуш мог быть распашным и скрепляться на груди лентами или цельным, без разреза.




Неизвестный художник конца XVIII века. Портрет императрицы Елизаветы Петровны

Со дня своего восшествия на престол она, пожалуй, не надела более двух раз одно и то же платье. Ведь долгое время после смерти родителей цесаревна вынуждена была стеснять себя в нарядах. Она и сейчас иногда торговалась с продавцом, боясь переплатить, и спорить с ней о цене было почти бесполезно. Было ли это проявлением скупости, или она всегда помнила о том времени, когда на себе ощутила, что значат деньги в жизни человека?


Страсть к нарядам и уходу за своей внешностью не покидала дочь Петра до последних дней жизни. После ее смерти в гардеробах осталось несколько тысяч платьев, два сундука, наполненных шелковыми чулками, тысячами пар туфель и более чем сотней кусков английской или французской материи.

В гардеробе Елизаветы было немало и мужских костюмов. Будучи по характеру живой и веселой, она любила производить впечатление на окружающих и, зная, что ей очень идет мужской костюм, наряжалась на маскарадах, устраиваемых при дворе два раза в неделю, то французским мушкетером, то казацким гетманом, то голландским матросом. Полагая, что мужской наряд не украсит ее соперниц по красоте, императрица стала даже устраивать по вторникам костюмированные балы для избранных лиц, на которые дамы должны были являться во фраках французского покроя, а мужчины в юбках. Соперничества Елизавета Петровна не терпела и строго следила, чтобы никто не смел носить платья и делать прически нового фасона до тех пор, пока сама их не меняла.

В целом, по отношению к подданным Елизавета была строга и порой даже жестока. Известен случай, когда на балу императрица дала несколько пощечин статс-даме за то, что та осмелилась надеть платье, похожее на императорское.
Лучшие ткани императрице доставляли из Франции. После того, как она выбирала все, что ей было по нраву, остатки разрешалось продавать придворным дамам. За ослушание одна из торговок была арестована.

Следование моде Елизавета рассматривала, как форму послушания. Известен случай, когда императрице сделали неудачную прическу, окрасив часть волос. Смыть краску не удалось, и пришлось отрезать «испорченные» пряди. Чтобы «компенсировать» потерю роскошной шевелюры, Елизавета приказала всем женщинам побриться наголо и носить исключительно черные неаккуратные парики.

С годами нетерпимость к чужой красоте в Елизавете развивалась все сильнее. Она могла затребовать ножницы прямо во время бала и срезать украшение, которое показалось ей слишком броским, или с нескрываемой злобой отрезать пряди волос фрейлинам, чьи прически ей не понравились. 
Проницательные современники отмечали, что внешне доброжелательная и милая, Елизавета по свей сути была чрезвычайно мелочной, капризной и скверно воспитанной особой. 



Окружающим её придворным и слугам она изрядно потрепала нервы за время своего 20-летнего правления.

Так она однажды повелела всем придворным дамам остричься наголо и носить «чёрные взлохмаченные парики», пока волосы не вырастут вновь. Дамам, которые не принадлежали ко двору, свои волосы разрешили оставить, однако также велели носить чёрный парик. Объяснялся взбалмошный указ очень просто: после очередного роскошного праздника на волосах Елизаветы осталась пудра, которую никак не могли смыть. Придворный цирюльник предложил выкрасить волосы в чёрный цвет, чтобы удалить пудру, однако и эта мера не помогла. Тогда императрица сбрила все волосы и надела чёрный парик, а чтобы не было так обидно оставаться без своих волос, повелела подвергнуть экзекуции и всех придворных дам.

Однажды княгиня Лопухина, известная своей удивительной красотой и возбуждавшая тем самым ревность императрицы, вздумала пренебречь этой особенностью характера российской повелительницы и явилась на бал с розой в волосах, когда государыня имела в своей прическе такую же розу. Не выказав сначала никаких признаков недовольства, тщеславная Елизавета в разгар бала заставила неразумно поступившую красавицу стать на колени, велела подать ножницы и, срезав преступную розу вместе с прядью волос, закатила бедняжке пощечину.

Впрочем, дамам пришлось вытерпеть не только это. Знаком особенного расположения служила честь почесать на сон грядущий императрице пятки. Этой милости были удостоены немногие, среди них: Мавра Шувалова, ближайшая подруга императрицы, жена канцлера Михаила Воронцовa, вдова адмирала Ивана Головина Мария Богдановна и ещё несколько знатных особ.

Елизавета I испытывала слабость к табакеркам

Одна из табакерок, подаренных Елизавете Петровне.

Желая удивить русскую императрицу и зная её слабость к часам, несессерам и табакеркам, ей привозили самые удивительные вещицы, сделанные лучшими мастерами. Но особую страсть Елизавета Петровна питала к табакеркам. Её указом был даже открыт первый фарфоровый завод, который занимался выпуском табакерок. «Чихательными коробочками» с наслаждением пользовалась и сама императрица, и раздаривала их иностранным послам. Сегодня елизаветинские табакерки можно увидеть в Эрмитаже.

Табакерка


Карета. Подарена императрице Елизавете Петровне прусским королем Фридрихом II


«Веселая царица»



 
Когда Елизавета стала императрицей,  она превзошла двор Анны в изобретательности забав и роскоши, но школа, которую она прошла, очень пригодилась ей в последующие годы.



Валерий Якоби. 1872.  Шуты при дворе императрицы Анны Иоанновны 

Новые веяния проявляли себя в парадных гостиных: модные экзотические птицы - попугаи - сидели в больших бронзовых клетках на окнах и гортанно кричали, привлекая внимание к своей персоне. Скромные певчие лесные птицы находили себе место в уютных спальных-будуарах, которых во дворце было множество.

Несмотря на привычку к бережливости, которую Елизавета приобрела, будучи цесаревной, из-за скромных средств, находившихся в ее распоряжении, она уже имела многочисленный штат дворцовых служащих: камергеры, секретари, чиновники по важным и неважным делам, музыканты, песенники и множество лакеев. 

Среди обитателей дворца были и девушки из самых знатных семей, называвшиеся немецким словом «фрейлина». У Елизаветы их было девять. Состоя при особе императрицы, они жили все вместе в здании, примыкающем ко дворцу, участвовали в дворцовых мероприятиях, выполняли порой некоторые поручения своей государыни. Она же, со своей стороны, относилась к ним по-матерински и зачастую сама заботилась об их будущем замужестве. 

Ближний круг Елизаветы очень напоминал двор ее царственной кузины, Анны Иоанновны, – те же простонародные приживалки, сказительницы, сплетницы и даже те же чесальщицы августейших пяток. Не доставало, правда, шутов, упраздненных за ненадобностью еще Анной Леопольдовной.

Елизавета позволяла себе быть свободной и делать то, что ей нравилось - например, она любила петь и была приятной певицей, в тесном кругу проявляла себя: разворачивалась вся тонкость и изящество женского кокетства, все очарование и нежность ее гибкого голоса. После прогулки по царскосельскому саду, императрица с самыми близкими и приятными ей людьми, как правило, в числе не более 16 лиц, обычно садилась за ужин в павильоне «Эрмитаж». Приглашенные входили в изысканно меблированный зал, на стенах которого была живопись Дж. Валериани, сюжетами были любовные сцены и роскошный пир богов па Олимпе, но в самом зале не было и намека на ужин.

Любила Елизавета народные песни и хороводы и часто сама принимала в них участие. Ее называли “русской барыней на французских каблуках”. И, в самом деле, в сфере моды она придерживалась исключительно французской ориентации.  



Русская душой, эта монархиня-барыня отнюдь не жаловала крестьянские костюмы


АЛЕКСЕЙ АНТРОПОВ. Портрет императрицы Елизаветы Петровны. 1751


Портретные изображения императрицы, выполненные в разных материалах и техниках, дают представление о ней как о красивейшей женщине на русском престоле в XVIII веке.

.......Портретисты 18-го века безбожно льстили своим моделям, а уж когда речь шла об изображениях императрицы - тем более. Вообще, Елизавета Петровна слыла красавицей, но два недостатка у неё все же имелось. Современники вспоминали о рыжих волосах (впрочем, их легко скрывал парик). А вот сама императрица была недовольна своим курносым носом -
и потому запрещала изображать себя в профиль.

Любимым художников Елизаветы Петровны был француз Луи Каравак, работавший при российском дворе. Коронационный портрет его кисти был признан официальным портретом императрицы - его копировали множество раз.

Луи Каравак. Портрет императрицы Елизаветы Петровны. 1750-е


Балы, обеды, маскарады, театральные представления, фейерверки сменялись один за другим. Для устройства развлечений и роскошных пиршеств государыня не жалела ни средств, ни времени. При дворе быстро стал развиваться утонченный вкус в сочетании с небывалой для того времени роскошью. 

Елизавета Петровна часами просиживала с карандашом в руке, продумывая мероприятия, а также составляя списки приглашенных. Именно она ввела моду на то, чтобы подавать среди ночного веселья не только прохладительные напитки и мороженое, но и горячие супы, чтобы помочь кавалерам и дамам подкрепиться.

В том, что касается организации мероприятий, она контролировала буквально все, особое внимание уделяя легким сладким дамским винам и ликерам. Обычно на балы приглашенные приходили к шести часам вечера, потом танцевали, играли в карты. 

Новая императрица пожелала иметь изысканный стол.

Едва императрица переступала порог, к ней приближались два придворных и испрашивали приказания насчет начала. Императрица благосклонно кивала головой - знак, что можно подавать; расступался пол и снизу поднимался роскошно сервированный стол. Ели легкие, вкусные блюда, пили тонкие вина, вели веселые и изящные разговоры.                


Главным поваром стал при ней немец по фамилии Фукс, изучивший до тонкости французскую кухню. Императрица достойно оценила его великолепные кулинарные способности, выделила небывалое по тем временам жалованье, возведя тем самым в ранг сановного придворного — обычно главные повара относились к разряду челяди. 
За большую любовь к пирам царица Елизавета даже назначила главному повару оклад в 800 рублей, что в то время было огромной суммой.

Елизавета любила поесть, причем хорошо и вкусно, предпочитала мясные и овощные блюда, рыбы не ела. На Масленицу она съедала по две дюжины блинов, чем приводила в смущение своего утонченного кулинара. Зато в постные дни питалась исключительно вареньем с простым хлебом и квасом. Не прочь царица была пропустить стаканчик венгерского вина или выпить легкого пива — особого пристрастия к алкоголю дочь Петра и Екатерины не имела.

Самые роскошные пиршества устраивались во вновь отстроенном Царском Селе, ставшем летней резиденцией царей Романовых. Во дворце была сделана особая подъемная машина, которая поднимала гостей, сидевших на удобных диванах, на второй этаж, где стоял стол с разными кушаньями. Изысканные яства, вина и фрукты подавались на стол без помощи прислуги. Эти столы так и называли — «волшебными».



Вычурная сервировка
В еде при дворе шиковали еще больше, чем в выпивке. Даже для простолюдинов готовились огромные горы еды. Рассказывают о жареных быках с золочеными рогами, фаршированных разнообразной мелкой дичью – блюда выкладывались на огромных пирамидах в несколько ярусов.
Дворцовые угощения оформлялись намного более изобретательно. Столы ставились в форме букв, змей, драконов. Украшались в определенный цветовой гамме. Многоярусные столы назывались «банкетная гора». Они украшались искусственными цветами, деревьями, перьями птиц, настольными фонтанами. Из кушаний выкладывались целые картины и скульптурные композиции. Посуда была самая разнообразная, в том числе в виде животных, овощей, фруктов и цветов. Количество блюд тоже было впечатляющим. По большим праздникам подавалось до полутора тысяч блюд. А сам обед длился 4-7 часов




В смежных комнатах гостям подавали чай, кофе и разные прохладительные напитки; в зале гремела музыка и происходили танцы; аллеи были наполнены изящными кавалерами и дамами в праздничных платьях <...>. Все это заставляло меня думать, что я нахожусь в стране фей и в моих мыслях, в течение целого вечера, был „Сон в летнюю ночь" Шекспира» (Письма леди Рондо. СПб., 1874. С. 68). 



Иногда балы походили на сельский праздник: столы, скамейки украшались цветами, которые, казалось, росли прямо из поверхности; в некоторых устраивали любопытные иллюминации; иногда в залах били различные фонтаны с подсветкой. Роскошь и великолепие развлечений были разнообразны

Все торжества и праздники сопровождались музыкой, которую Елизавета очень любила. Часто устраивались вокальные и инструментальные концерты и в просторных домах знати — по образцу итальянских или немецких домов. На них бывала иногда и сама государыня. На концертах разрешалось присутствовать горожанам и купцам, вход запрещался лишь пьяным посетителям или распутным женщинам. Нередко императрица посещала и карточные вечера, организуемые в вельможных домах, чтобы поиграть в карты с приятным партнером. Ее живость, веселость, ослепляющая улыбка на румяном нежном лице притягивала взгляды многих мужчин. Но предпочтение она отдавала Алексею Разумовскому, которого заметила еще в хоре своей царствующей кузины.


.......«Красота и богатство убранства невольно поразили нас (…) Потом появились свыше 400 дам. Все красавицы и в дорогих костюмах, усыпанных бриллиантами. Внезапно все шторы разом опустились, и дневной свет заменился блеском 1,2 тысяч свечей, отражавшихся со всех сторон в многочисленных зеркалах. 
Загремел оркестр из 80 музыкантов. 
Вдруг двери настежь распахнулись, и вышла императрица, окруженная своими царедворцами», — описывали иностранные дипломаты один из приемов у российской императрицы Елизаветы Петровны.



Луи Каравак. Портрет императрицы Елизаветы Петровны


Балы, которые давались императрицей, восхищали богатством и затейливостью. В богато оформленном зале «… деревья, расставленные шпалерами, образовывали с каждой стороны аллею, между тем как среди залы оставалось довольно пространства для танцев. Эти боковые аллеи доставляли гостям возможность часто отдыхать, потому что укрывали садившихся от взоров государыни. Красота, благоухание и тепло в этой своего рода роще — тогда как из окон были видны только лед и снег — казались чем-то волшебным и наполняли мою душу приятными мечтами

После этого они пошли в большой и богато убранный зал. В центре стоял стол на 400 человек. «Были кушанья всех возможных стран Европы, и прислуживали немецкие и итальянские официанты», — вспоминали они.
На столах стояли огромные серебряные вазы, пирамиды из кондитерских изделий. Посреди стола — фонтаны из вина, цветной воды и шампанского. 


И.А. Соколов № 37. Фонтан, из которого пускалось красное вино. Рундук с жареным быком. 1743-1744 По рисунку Э.Гриммеля. 41,5 х 25,4Фонтан для вина времен Елизаветы Петровны


Фонтан из вина
Выпить на Руси всегда любили, а уж тем более при дворе. Сухой закон был только во времена правления Анны Иоанновны, которая не терпела пьяных. Зато Елизавета Петровна гуляла на полную катушку. Именно при ней на дворцовых приёмах устраивались большие фонтаны, которые били белым и красным вином. Для простолюдинов устраивались фонтаны попроще. Водку, дешевое вино и квас лили прямо из бочек в деревянные бассейны. На один бассейн использовалось не меньше 50 бочек водки. Традицию винных фонтанов поддерживала и Екатерина Вторая.

Перед дворцом находится очень большая площадь, на которой может поместиться до 30 тысяч человек. Народ стоит вокруг, сдерживаемый в своем прожорливом нетерпении. На площади, направо и налево от помоста, бьют фонтаны, имеющие форму ваз, из них льет вино и квас.
Порой на столах было до 80 разных блюд.
Некоторые из них носили вычурные и даже несколько странные названия: «лосиные губы», «бычьи глаза в соусе поутру проснувшись». Для этих обедов «денно и нощно везли фрукты из Астрахани», раков — из Украины, устриц из Кронштадта, из Страсбурга каждый день высылали свежие паштеты.
Убранство столов было настоящим произведением искусства. Каждому сервизу соответствовал определенный набор для напитков. На белых льняных скатертях стояли красивые композиции из цветов и фруктов. Столы пышно украшались вне зависимости от того, обедала ли императрица в узком кругу или же с гостями. Обычно на столе было от 17 до 30 приборов.












Приближенные к императрице рассказывали, что она очень любила французскую кухню, однако жаловала и русские блюда. Считалось, что к жирным блюдам — щам, гречневой каше, кулебяке и буженине — дочь Петра Первого приучил Разумовский. При дворе ходили слухи, что на Масленицу она за один присест могла съесть «по две дюжины блинов».

В обычные дни в резиденции Елизаветы Петровны находились около тысячи человек, во время приемов — до 5 тысяч.
Единственное, что государыня на дух не переносила, — это яблоки. Она не только не ела их сама, но и запрещала это делать своим приближенным. Императрица сразу чувствовала, кто ел их недавно, и очень сердилась на него.

Обычное меню для застолья.
Суп черепаховый, пирожки, стерлядь по императорски, седло дикой козы с гарниром, цыплята с трюфелем, пунш Виктория, на жаркое утки и пулярды, салат с огурцами, спаржа с соусом, персики, мороженое, дэссерт.
Скромненько, никаких суши и пиццы. Как жили ?

Такая любовь к вкусной пище не могла не сказаться на ее фигуре: она пополнела. Впрочем, тогда это не считалось чем-то страшным: гораздо важнее была не талия, а красивый цвет лица.



Елизавета Петровна - императрица-щеголиха.


Маскарад
 


Все императрицы очень любили маскарады. Еще при Анне Иоанновне придворные тратили огромные деньги и влезали в долги, чтобы не ударить в грязь лицом на костюмированной вечеринке во дворце. А Елизавета Петровна вообще была без ума от переодеваний и строго регламентировала и дресс-код, и протокол своих маскарадов. Гостям высылалось приглашение, где часто указывалось, какой костюм и маску им нужно надеть. Гости без масок к танцам и угощению не допускались, а  могли только наблюдать за весельем. Нельзя было надевать «пилигримские», «арлекинские» и «непристойные деревенские» костюмы. Нельзя было приносить с собой оружие и приводить детей.

Зато периодически устраивались «метаморфозы» – балы наоборот, где мужчинам предписывалось одеваться в женские платья с фижмами, пышными юбками и декольте, а женщинам – в мужскую одежду, и ходить с обтянутыми ногами и в узких камзолах. Конечно, это нравилось далеко не всем, но за неявку на маскарад без уважительной причины можно было угодить в полицию.. 

Правда, что нет ничего безобразнее и в то же время забавнее, как множество мужчин столь нескладно наряженных, и ничего более жалкого, как фигуры женщин, одетых мужчинами; вполне хороша была только сама императрица, к которой мужское платье отлично шло.

Фейерверк
Непременной заключительной частью всех празднеств были фейерверки и иллюминации, проводившиеся в темное время суток Это было подлинное искусство, почти театральное действие: искусные пиротехники и инженеры из белых и цветных огней создавали огромное количество движущихся фигур, аллегорий, групп. Эти картины сопровождались музыкой, салютом, иллюминацией и представляли собою сказочное зрелище; особенно эффектны были представления на Большом пруду.



Любовь к фейервекам и другим огненным развлечениям свойственна всем монархам. Использовать их для празднования военных побед и новогодних торжеств начал Петр I. А следующие за ним правительницы, да и некоторые особенно состоятельные их придворные, устраивали целые гигантские огненные шоу. Нынешние фейерверки не идут ни в какое сравнение с теми, что загорались в дни коронаций или свадеб монарших особ. Описание огненных забав могло занимать несколько страниц и издавалось отдельными брошюрами. Кроме разнообразных огненных колес, фонтанов и салютов, мастера-пиротехники устраивали целые картины, представляющие богинь и богов, сцены охоты, движущиеся горящие кареты, животных. Были популярны также символы власти и самодержавия.
Фейерверки чаще всего устраивались на воде или на льду из соображений пожарной безопасности.
 


Императрица Елизавета Петровна в Царском Селе проводила летнее время в соответствии с устоявшейся традицией: приемы, банкеты, праздники проходили по утвержденной программе.

Балы, обеды, маскарады, концерты, фейерверки и иллюминации шли непрерывной чередой, превращая жизнь императрицы в вечный праздник. Среди государственных указов, подписанных императрицей Елизаветой, встречаются и такие: "Отныне и впредь и будущую зиму при дворе ее императорского величества каждую продолжавшуюся неделю по нижеписанным дням быть, а именно: по воскресеньям — куртагам, по понедельникам — интермедиям, по вторникам — придворным маскарадам, по четвергам — комедиям французским...».

Маскарады проводились по сценарию, созданному хозяйкой дворца, о чем свидетельствуют записи, сделанные в камер-фурьерских журналах тех лет: «...быть дамам в платье кавалерском, кавалерам в дамском, у кого какой имеется: в самарах, кафтанах или шлафорах дамских, а обер-гофмейстерине госпоже Голицыной объявлено, чтоб ей быть в маскарадном мужском платье: в домино, в парике и в шляпе».
Елизавета очень любила театр и увлекалась им с юности. В 1730-е годы при дворе цесаревны ставились спектакли, в которых актерами выступали придворные и певчие.

В ее царствование в резиденции сложилось обширное дворцовое хозяйство, обслуживавшее императорский ансамбль. В обычные дни в резиденции находилось около тысячи человек, во время приемов - до 5000.

Впрочем, иноземные наблюдатели, а в особенности французы, отмечая все эти новшества русского двора, жаловались на то, что изобилие роскоши не покрывает недостаток вкуса. 


С тем же рвением, что она пировала на балах, Елизавета молилась. 

Женщина религиозная и набожная, она почитала православные святыни и проводила много времени в храмах, стоя на коленях. К тому же она очень строго соблюдала посты. В это время царица ела только хлеб, варенье и пила квас. Нередко прямо после приема, затянувшегося до утра, она ехала в церковь, где молилась по несколько часов. 

Это, впрочем, не мешало устраивать шумные балы, длившиеся иногда по несколько дней.
Каждое торжество завершалось фейерверками и музыкой. 


И. Штенглин. № 45. Фейерверк и иллюминация, бывшие при Анненгофском дворце. 1744 Меццо-тинто. 46 х 42

https://my.mail.ru/community/ludigenii/46A609104B7C649E.html