Трудно сказать, когда впервые был употреблён дефис. Но, конечно, это произошло уже после того, как на письме стали показывать границы слов пробелом (раздельным написанием).

Единитный, единительный, знак единительства — так име­новали дефис в старинных букварях и орфографических пособиях XVIII — XIX веков. Было у него и ещё одно простое название — чёрточка (оно обращает внимание на графиче­ский облик).

Постепенно стали появляться первые рекомендации об употреблении этого знака. Например, академик Я. Грот в XIX веке предлагал употреблять чёрточку в следующих слу­чаях:

«между двумя существительными, соединёнными в
одно название: царь-птица, баба-яга, генерал-майор»;

«вообще между словами, составляющими вместе одно
понятие, но которое не принято писать слитно: что-то, ка­
кой-то, из-за»;

«между двумя наречиями, составляющими по смыслу
одно: мало-мальски, давным-давно, просто-напросто».

 

И некоторые рекомендации Грота остались в силе и в современном русском языке.

Приблизительно в середине XIX века в русском языке появился термин дефис. Это слово заимствовано из не­мецкого языка в качестве типографского термина. В не­мецком языке слово Divis обозначает «тире», «соедини­тельный знак, знак деления», а образовано оно от латин­ского divisio — разделение. Долгое время слово дефис употреблялось лишь в специальной литературе по типо­графскому делу и только в начале 30-х годов XX века ста­ло использоваться в науке о языке как синоним термину чёрточка. Постепенно предпочтение отдавалось заимство­ванному слову дефис, которое обозначает теперь специ­фический орфографический знак —  короткую соединитель­ную чёрточку.

 

Дефис многозначен в русской орфографии. Он исполь­зуется и для переноса слова с одной строки на другую (пре-под-нес-ти), и для присоединения частей слов при сокра­щённом написании: о-в (остров), об-во (общество), д-р (док­тор), б-ка (библиотека).

А известно ли вам, что в русском языке есть особый ор­фографический знак — висячий дефис? Употребляется он в том случае, когда одно за другим идут сложные слова, имеющие одинаковую вторую часть, которая приводится только в последнем слове, а в предыдущих опускается, и вместо неё ставится дефис, но не простой, а «висячий». Особенность его в том, что он употребляется и в словах, которые пишутся слитно.

 

Например, существительные паровоз, электровоз, теп­ловоз имеют общую часть. В речи цепочка этих сущест­вительных может употребляться с сокращением общей части — вот тогда на письме на помощь приходит ви­сячий дефис: ремонт паро- и электровозов; продажа ра­дио- и телеаппаратуры; тепло-, газо- и водоснабжение и т. д.

 

Дефис употребляется и в простых по составу словах, но основное его местожительство — сложное слово. Да это и понятно: довольно часто именно сложные слова образуют­ся из словосочетаний, дефис же помогает показать, что превращение ещё не закончено. Но это не всё. Дефисноенаписание сложных слов имеет одно важное преимущество перед слитным. Вспомните о словах-гигантах, состоящих из 25 и более букв. Читать такие слова трудно, особенно те из них, которые написаны слитно (сплошным, непрерыва­ющимся потоком идут подряд 25, 30, 40 и более букв!). Сло­ва в 20 - 30 и даже 40 букв не такое уж необычное явление в научном тексте по химии, например: циклопентадиено-циклогептатриен (30) или метилциклопентадиенилтрикар-бонилмарганец (40) и т. д.

 

Получается, дефис выполняет 2 задачи, причём проти­воположные: соединяет части слова (вспомните, это знак единитный) и в то же время зрительно разделяет слово на 2 части, что помогает его «узнавать» и понимать при чте­нии. Это во многом облегчает понимание сложных слов, только что появившихся на свет. Мгновенное узнавание зна­комых частей слова помогает быстрее сообразить, каково значение впервые увиденного слова.

Вообще языку свойственно стремление к слитному на­писанию. Это касается и иноязычных слов, написание ко­торых может со временем изменяться, подстраиваясь под законы русского письма.

В связи с этим вспоминается орфографическая история слова дзюдо, в 1960-е годы пришедшего к нам из японско­го языка. Это название спортивной борьбы появилось од­новременно в 2 написаниях — дефисном и раздельном, о чём свидетельствуют разные словари. Орфографические словари «Слитно или раздельно?» последних лет рекомен­дуют слитное написание этого слова, уже полностью усво­енного русским языком.

 

До сих пор мы говорили об узаконенных случаях упо­требления дефиса. Но вам, видимо, приходилось встречать­ся и с «неправильным» написанием слов. Речь идёт, конеч­но, не об ученических тетрадях с орфографическими ошиб­ками, а о художественных произведениях, где писатели иногда намеренно отступают от привычного и используют авторское написание слова.

 

Прежде всего дефис может появиться в именах-прозви­щах типа гоголевского Неуважай-Корыто. Так, в повести В. Тендрякова «Весенние перевертыши» Василия Василь­евича Васильева в шутку называют Вася-в-кубе, а героя рассказа Б. Гурьева зовут Талантливый-но-Рассеянный. Имя-характеристика персонажа повести О. Куваева «Терри­тория» — Алик-в-Очках. Дефис во всех этих случаях пока­зывает, что словосочетания (Алик в очках; талантливый, но рассеянный) употребляются не в их прямом значении, а как самостоятельное собственное имя, прозвище.

 

Разделение слова на слоги с помощью дефиса тоже до­вольно часто используется писателями. Вот, например, от­рывок из стихотворения Е. Евтушенко:

 

В граде Харькове — град.

Крупен град, как виноград.

Он танцует у оград,

Пританцо-вы-вает_т

Автор разбивает вторую половину слова на слоги, для того чтобы обозначить песенность стиха, чётче передать его плясовой ритм. Но слоговое членение слова может, на­против, передать и очень чёткий, упругий, маршевый ритм:

Раз,

два! Все

в ряд! Впе­рёд, От­ряд!

В. Маяковский

Дефис, разъединяя в слове буквы и слоги, всё-таки со­храняет свою роль знака единитного: он показывает на слитность, непрерывность произношения слова, его от­дельных звуков. Эта соединительная роль дефиса хорошо проявилась в отрывке из повести В. Катаева «Белеет парус одинокий»: «Он непрерывно голосил на букву а, но так как при этом не переставал бежать, то вместо плавного „а-а-а-а-а" — получалось икающее и прыгающее „а! а! а! а! а!"».

Дефис используют и для того, чтобы выделить самые важные, ключевые слова в тексте, привлечь к ним внима­ние читателя. Показателен в этом отношении отрывок из произведения Ю. Домбровского:

«...Работу библиотеки определяют не тем, сколько она собрала изданий XV или XVI века, а как обслуживает своих читателей... Как об-слу-жи-ва-ет! А вы за сенсацией погнались: за с-е-н-с-а-ц-и-е-й!».

Говоря о дефисе, нельзя не вспомнить и о другом зна­ке, очень похожем на него, —тире. Путаница в употребле­нии этих знаков способна исказить смысл речи. Почему это происходит?

Если дефис называют единитным знаком, то тире — знак «мыслеотделительный», как его именовали раньше. Назы­вали его и чертой (заметьте: не чёрточкой!). Достоверно известно, что в конце XVIII века впервые этот знак употре­бил русский писатель Н. Карамзин.

Учёные называли тире молчанкой («...ибо этот знак на­чатую речь прерывает либо совсем, либо на малое время», A. Барсов), знаком отчаяния («...если не знает пишущий, какой знак поставить, ставит тире», А. Пешковский). Сам же
термин тире был заимствован в XIX веке из французского
языка, где слово tiret (чёрточка) является производным от
tirer (тянуть).

Впервые термин зафиксирован в словаре B. Даля, там же дано его значение: «одинъ изъ знаковъ пре-пинанья на письмЪ, черта (—), будто бы писатель призаду­мался тутъ или требуетъ загадки, дополненья, пропуска».

Итак, дефис (знак орфографический) — это короткая со­единительная чёрточка, употребляющаяся внутри слова: Представление было задумано как концерт-загадка. Тире (знак пунктуационный) -длинная черта, разделяющая от­дельные части предложения, при чтении которого на мес­те тире обычно отмечается особая пауза: Этот концерт — загадка для зрителя.

 

http://mybiblioteka.su/4-95934.html