23 июня. День и вечерние сумерки.
В начале «нулевых» в нашем московском научном ГосНИИ заработки оставались тоже почти «нулевыми». Чтобы «поддержать штаны», я был вынужден подрабатывать менеджером в одной небольшой частной фармацевтической фирме, где платили весьма неплохо.
Сырьё и полуфабрикаты для наших лекарств мы получали из Латвии. С нами тесно сотрудничал маленький кооператив, расположенный в городке Nна северо-западе республики, среди заповедных левов и болот. Между нашими коллективами сложились тесные дружеские отношения. Я периодически приезжал этот городок в командировку решать текущие вопросы по поставкам. В кооперативе работали, в основном, этнические русские, поляки, и совсем немного латышей. В большинстве – молодые женщины, очень хорошенькие, острые на язычок и вообще замечательные. Кооператив располагался на окраине городка, среди красивой девственной природы, богатой флорой и фауной, как на суше, так и в водах Даугавы и впадающих в неё мелких речушек и ручейков.
Меня там, молодого и энергичного москвича, принимали там очень хорошо... Мне иногда приходилось участвовать в их дружеских посиделках по случаю чьей-то «днюшки» или типа того. Мы пили, шутили, смеялись, девчонкам нравилось со мной кокетничать - домой я возвращался в приподнятом настроении. Но амурных подвигов я там не допускал. Я был достаточно строг и осторожен, считал, что какие - то мои романы могут негативно повлиять на наши текущие деловые отношения. Хотя видел, что при деловых заездах, похоже, моя вежливая строгость напротив, настраивала женщин кооператива на всё более игривый лад и флирт. Красивая полячка Сильвия, мастер участка по переработке фитосырья, как-то сказала мне в конце мая:
-Андрей, в июне у нас Государственный национальный праздник, вся республика пьёт и гуляет три дня официально! Праздник Лиго. Начинается он 23 июня, это самая короткая ночь года. Постарайся приехать, найди повод, ты точно не пожалеешь! Этому празднику не одна тысяча лет. Хочешь, Густав ( председатель кооператива) тебя вызовет электронной почтой к 23 июня, якобы для срочной экспертизы новых образцов каких- ни будь полуфабрикатов? Он придумает, зачем ты будешь здесь нужен. - Я, конечно, согласился.
И вот, вечером 21 июня, мой шеф подошёл ко мне с распечаткой содержимого электронного письма, где председатель латышских деловых партнёров, Густав Л., просил срочно командировать меня для экспертизы новых образцов сырья из редких болотных растений, растущих только в том районе Латвии. Я ответил шефу, что готов ехать, получил командировочные, и отправился в билетную кассу.
Двадцать третьего июня, утром, я прибыл в городок N, Едва поставив на пол уютного крохотного номера гостиницы чемодан, сразу позвонил домой Густаву и доложился. Густав, широкоплечий гигант лет сорока, с весёлым юморным характером и характерным латышским акцентом, председатель кооператива, предложил мне пока погулять по городу, посмотреть, как празднуют Лиго горожане. А потом, часам к пяти вечера, подойти к зданию управления кооперативом, добавив, что его сотрудники там собираются гулять частным отдельным порядком.
Я так и сделал. Побродив по городу, полюбовавшись праздничным убранством улиц и площадей, где играла музыка, пели и плясали и взрослые и дети, я к пяти вечера подошёл к месту сбора коллег из дружественного коллектива. Меня там встретили очень тепло и радушно. Парни были одеты в лёгкие спортивные брюки и светлые тенниски, девушки- в нарядные короткие платья. Головы многих были украшены большими венками из дубовых и кленовых листьев. Ко мне сразу подошла Сильвия, надела мне на голову такой же дубовый венок и предложила стать моим гидом, чтобы я уловил суть этого национального древнего праздника, особенно его вечернюю обрядовую часть. Мы пошли куда-то в сторону от города низины.. Сильвия, взяв меня под руку, пояснила, что мы идём на поляны, среди ельника и дубрав, за которым открывается берег Даугавы. На полянах нас уже как бы ждёт традиционное угощение: шашлыки, пиво, домашнее вино, и латвийский сыр с тмином. И вообще там собрался местный окрестный народ, в основном – молодёжь. Добавила, что угощение они приготовили вскладчину, вместе с жителями деревни, что находилась неподалёку от рабочих корпусов кооператива.
Действительно, на одной из полян, возле дубовой рощицы нас уже ждали накрытые столы и подвыпившие селяне различного возраста, от малых детей до стариков. Но основу собравшихся всё же составляла молодёжь. Возгласы на русском и латышском языках перемежались с весёлым смехом и национальными песнями, пивными возлияниями, поглощением жареного мяса и сыра с вкравпленным в него зелёными крапинками душистого тмина. Настроение у меня было великолепное. Сильвия рассказывала мне подробности о порядке празднования всех трёх дней Лиго, что этот языческий праздник здесь встречают не одну тысячу лет, и он посвящён матушке – природе, любви и веселью.. Конечно, я запоминал далеко не всё, так как всё время вертел головой по сторонам, смотрел на пирующих и веселился вместе со всеми
В районе восьми вечера народ стал понемногу подниматься из- за столов и направляться вниз, в сторону Даугавы. Мы тоже поднялись и пошли со всеми. Державшая меня под руку Сильвия показала мне на огоньки костров, которые уже стали зажигаться то здесь, то там. Подойдя, мы увидели разгар веселья у костров. Вокруг них водили с песнями хороводы весёлая хмельная молодёжь, через некоторые костры прыгали пары, взявшись за руки. Кто-то просто танцевал, и даже ходил на руках. Кто-то катал по поляне горящие пламенем тележные колёса Наши с кооператива быстро влились в веселящуюся массу. Но я не решился прыгать; мы с Сильвией просто стояли и смотрели на всё это огненное буйство.
(продолжение следует)