- Фемида и Аполлон собеседуют об Ахиллесе (фреска)
-
- 2 мая, 2025
Фемидой, первой пифией дельфийской,
К треножнику был призван Аполлон
В свой храм как путник появился он
И как проситель жрице поклонился.
И титанида, пережившая Войну,
Сказала внуку своему:
"По воле отдалённейших небес
Повержен будет громогласный Зевс
И только трон его осиротеет
Начнётся бой и в битве преуспеет
Потомок Зевса смертный - Ахиллес.
Ни бог, ни человек убить его не может..."
Аполлон:
Но разве старость смертного не сгложет?
Фемида:
Тебе Ахилла старость не поможет,
Ты от руки его падёшь,
И Зевса чуть переживёшь.
Аполлон:
Как может смертный бога погубить?
Чем сможет он меня убить?
Фемида:
Убит своим перуном будет Зевс,
Его Ахиллу передаст Гермес.
Ты, Аполлон, сестра твоя
и Гера с Афродитой -
Все будут этой молнией убиты.
Аполлон:
Потомство Зевса слишком велико
Пускай погибель сократит его
Что до Ахилла - так тебе скажу,
Я на людей с презрением гляжу
Мне неприятна смертная порода
И от людей держусь подальше я
И даже женщины из этого народа
Хоть и красивы - не влекут меня.
Любой из них похож на жалкий злак -
Возрос и высох...
Фемида:
Это так...
Хоть в смерть свою
никто из них не верит.
Аполлон:
Я заберу сестру в Гиперборею,
Там подождём, пока состарится Ахилл.
Ведь сколько б лет он ни прожил,
Для нас, бессмертных, - миг один провеет.
Когда ж Ахилл от старости умрёт,
Его Аид в тьме Тартара запрёт.
Я ж на Олимп покинутый вернусь,
И на престол отцовский поднимусь.
Фемида:
Услышь же ужас истины, потомок юный мой,
Взгляни на это небо что над головой!
За этим небом есть такие силы,
Им твой Олимп - лишь камень под стопой.
Гермес им служит от начала мира,
И этот бунт, что затевает он
- не против Зевса и не для Ахилла.
Ахилл о славе лишь мечтая,
Неуязвимость в битве сочетая
С оружием - сильнейшим из возможных,
Он всем земным богам конец положит.
А после явятся союзники Гермеса
И заберут в добычу это место.
Но коль Ахилла ты убьёшь,
Ты мир насущный сбережёшь,
И среди прочего - как царство для себя...
Аполлон:
Теперь, Фемида, понял я тебя.
Моё всеведенье сегодня знаньем стало!
Я бы подумал - сон то или ложь
Но знаю я, что ты не лжёшь.
Фемида:
А сны давно я видеть перестала.
Гермесов замысел, он как рисунок сложный
И если часть его стереть,
Погибнет и вся целостность, возможно.
Пелеев отпрыск должен умереть!
- Аполлон и Лето собеседуют на Делосе
-
- 12 июня, 2025
Чтец
Гипербореи спасшаяся часть - страна Латоны, тайный остров Делос.
Туда из Дельф вернулся Аполлон, там мать-богиня обратилась к сыну:
Лето:
Мой сын, зачем опять ты посещал
унылое олимпово предместье,
Бесплодный мир, что создан был из мести,
Потомков слабых мёртвому отцу?
Там бог не рад священному венцу,
Там скучен лепет человечьей лести...
Аполлон:
В свой храм как человек явился я
Туда Фемида призвала меня.
И вот теперь - уточнено
моё предчувствие предвестьем.
Теперь я знаю кто мой враг.
Лето:
Опять Фемида и её дурные вести!
А враг понятен был и так -
Твой враг - любой другой потомок Зевса
И лишь сестра твоя...
Аполлон:
Скажи мне, мать,
громовое зевесово копьё
Действительно изделие Гефеста
Или сюда привнесено оно
Из времени иного иль иного места?
И есть ли здесь ещё подобное оружье?
Ведь если есть, то мне оно и нужно.
Лето:
Ужель Фемидой во враги тебе предсказан Зевс?
Аполлон:
Неуязвимый сын Фетиды, богоподобный Ахиллес.
Не только смертные бойцы,
но даже сам Арес
Не мог задеть его мечом,
Когда был в бой за Фивы вовлечён.
Ты прежде мира этого была,
В тех старых городах, где ты жила
Скажи мне, мать, ты видела как боги умирают?
Лето:
Как умирают - нет. Но видела как гибнут.
Однажды и меня копьё подобное задело.
Но Ахиллес - иное дело.
Он не божественности силой защищён
Он был огнём особым освещён
Он не бессмертен, но неуязвим
И только тот лишь совладать сумеет с ним,
Кто место уязвимое найдёт
И смерти - путь оружием пробьёт.
Фетида знает, но она не скажет
Как к её сыну
смерти путь проляжет.
(замолкает, затем продолжает задумчиво)
Так вот что день тот означал,
Когда Амур стрелу в колчан
вернул не выстрелив мне в сердце...
Хоть Зевс ему и приказал,
он отказался, он сказал:
"Что ж ты не видишь?
Ведь она в тебя сама уж влюблена".
Аполлон (удивлённо):
Ты влюблена была в отца?
Лето:
Стрела Амура бьёт в открытые сердца,
Она не требует прицела от стрельца.
Сердца, что жадно ждут любви
И потому слабы они -
Она сама собой находит...
Сквозь уязвимость в жертву входит,
Она любую слабину разит!
Аполлон:
О, этот лук - он мне подходит!
Ахиллу смертью он грозит....
Лето:
Оружье старое - эротов лук
Он создан был чтоб убивать богов,
И соответственные стрелы
К нему приложены
Оне намёк пробоя чувствуют в броне,
И даже без особого прицела
То поражают, что не цело.
Мир нынешний давно уже забыл
Тот страшный мир, где этот лук изогнут был.
И стрелы были бы нужны и этот лук
чтоб бог погиб от Аполлона рук,
но Ахиллес не бог - достаточно стрелы.
Аполлон:
Уже я знаю как стрелу добуду
Влюблённым в деву сделаю себя!
Затем явлюсь к Амуру я
И в деву попрошу его стрелять,
Чтоб с ней меня в любови уровнять
И только он натянет тетиву
Я с тетивы в тот миг стрелу сорву!
(стремительно уходит)
Лето (с тоской):
Не будет так. Но будет как-нибудь.
Мой бедный сын...
Путь бога - скорбный путь.7 мая, 2025
На стену, которую сам он построил,
на башню, которую сам он возвёл -
бог поднимается, смотрит на спящую Трою.
Стены и крыши для взгляда богов не помеха,
Феб через них, как сквозь воду спокойную видит.
Крепко троянские дочери спят, но любая из них бы проснулась и с ложа вскочила,
с радостным криком к высокой стене побежала,
если б узнала, что бог на неё с той стены посмотрел.
Если бы взгляд задержал он подольше, то так бы и было,
Но Феб лишь мгновение каждой из дев уделяет,
Чуть улыбнуться во сне успевает девица,
Он уж глядит на другую и взор переносит на третью,
Дальше и дальше - увидит улыбку и мимо.
Так все троянские девы подряд, улыбнулись сквозь сон Аполлону
Кроме одной: Кассандра, приамова дочь,
когда Аполлон её взглядом коснулся - заплакала и заметалась.
Тотчас вернулся к ней взор Аполлона
Пристально глянул на девушку бог и она пробудилась,
очнувшись от сна закричала,
вскочила с кедрового ложа.
Не в радости, в страхе проснулась Кассандра!
С кровли отцова дворца, где она ночевала,
быстро сбегает по каменной лестнице вниз и бормочет:
"Кончилась ночь, Луна разгорелась как солнце,
умерли боги, некому лунный огонь погасить!"
Так повторяла она заливаясь слезами: "Умерли, умерли, умерли боги, мне страшно".
Тут Аполлон перед ней появился и молвил: "Я жив".
Вмиг онемела Кассандра, а бог разглядел её ближе,
Он человеческим взглядом обычным смотрел,
которым на женщину смотрит мужчина.
Он произнёс - "Ты красива, приамова дочь!
Будь человек я, то сразу в тебя бы влюбился,
Но будучи богом, я должен себя принуждать к обладанию смертной.
Так Зевс, мой отец, обошёлся с Данаей однажды и новый народ из лона её породил.
Что ж, Аполлон, говорю я себе - отныне ты любишь Кассандру!
Кассандра, свидетелем будь того, что сказал Аполлон!"