Итак, вот как это описывает Константин Михайлов:

"Дон Хуан и Орёл - Чёрный Ворон и русский солдат"

"После ланкарических разъяснений, многие слушатели сами достигают понимания того, что "Орёл", упоминаемый в сочинениях К. Кастанеды - это и есть Иегова. Он вскрывает и анализирует человеческие души -"раскладывая их, как скорняк раскладывает шкурки".
О шкурках и скорняке говорит Кастанеда, а я бы сказал, что это больше похоже на вскрытие устричной раковины искателем жемчуга. То, что Иегова ищет в человеческих душах аллегорически именуется "солью" ("соль земли") или "горчичным зерном"
("Имей вы веру с горчичное зерно")или даже напрямую сопоставляется с жемчужиной ("жемчужина веры").

Т.е. речь идёт о феномене истинной веры в бога-творца, о вере не просто телесно-умственной,
психологичной(каковая довольно-таки распространена в популяции человеков), но о вере духовной, когда сама человеческая душа безоговорочно принимает факт своей созданности Богом и чает возвращения ко Творцу.

Истинная вера отличается от обычной религиозности не количественно, а качественно -и отличие сие состоит в том, что душа может унести такую веру за грань телесной смерти, захватить её с собой в своё посмертие, в своё вознесение к Орлу-Иегове.
В то время, как те души, вера которых была лишь психическим феноменом - "прилетают" к Иегове "пустыми" в метафизическом смысле.

Судьба этих "пустых" душ проста - не обнаружив в них "жемчужины", Иегова оставляет их на произвол энтропии и они теряют структуру (уникальность), они исчезают навсегда, как снежинка, упавшая в океан.

Здесь уместно будет напомнить читателю о том, что "жемчужина истинной веры" извлекаемая Иеговой из человеческой души - это квант Слова Творения, потраченного некогда Иеговой на создание Адама.

Однако в этом направлении мы усугублять рассуждений не станем, а посмотрим на то, как относится к происходящему учитель Кастанеды - дон Хуан.

Дон Хуан учит Карлоса следующим образом, он говорит - "Проскочить мимо Орла и стать свободным - исключительная доблесть".
Вроде бы всё хорошо и правильно, но вот один момент неприятен - и кроется он в слове "проскочить". Некая хитрожопая хитроватость и непристойно-блошиное прыгучее проворство звучат в этом слове. В сущности - это интонации раба, который поучает другого раба о том, как побезопаснее смотаться из казармы и посетить бордель и кабак за пределами хозяйского поместья. Т.е. даже противопоставляя себя Орлу, люди типа дона Хуана и Кастанеды не перестают быть (в какой-то мере) божьими рабами. И это - типичный европейский подход к проблеме...
....
Да, есть другой путь. Большинство людей не могут даже помыслить о нём - но только не здесь, не в России.
Здесь этот путь знают многие, ну а поскольку его суть чрезвычайно сложно выразить, то и удалось её выразить лишь однократно и фрагментарно.

Я говорю о песне "Чёрный ворон".

Вот эта часть кода - "Чёрный Ворон, Чёрный Ворон - что ты вьёшься надо мной? Ты добычи не дождёшься. Чёрный Ворон - я не твой.

И это не посылание Чёрного Ворона на х..., как может показаться. Тут нет никакого пафоса и
героической жестикуляции. Нет мужества, нет вызова. Это лишь простая констатация того факта,что умирающий не находится в его, Ворона, метафизической юрисдикции.
И потому ему, умирающему-то - не надо "проскакивать" мимо Ворона - не надо "останавливать внутренний диалог", "прекращать индульгировать" или как-то иначе шустрить.

Он для Ворона несъедобен - при любом, практически, раскладе. Так уж получилось.

Ну а тело и психика страдают и мучаются обычно, по-человечески, здесь никакой разницы нету между этим несъедобным для Ворона солдатом и теми прочими, которые съедобны.
 

-Значит, для дона Хуана - Иегова выглядит как Орёл, а для русского солдата - как чёрный ворон?

... видимо, да. Очевидно перед доном Хуаном и подобными ему визионерами, Иегова может удерживать
некие камуфлирующие или даже украшающие покровы, демонстрировать некую, скажем так, импозантность и шикарность.
Но перед русским солдатом - нет".


_________________
и небольшой его же посткомментарий:

"Там всё ещё хуже бывает - внутри этой песни:

Калена стрела венчала
Среди битвы роковой
ВИЖУ СМЕРТЬ МОЯ ПРИХОДИТ
ЧЁРНЫЙ ВОРОН, ВЕСЬ Я ТВОЙ!"

Тут дело видимо в том, что эта песня, как и любая литература -имеет "тело" состоящее из слов и мыслей автора (певца, сказителя и т.д.)
И вот эти-то люди (автор, исполнитель, интерпретаторы) - они отражают свои собственные свойства, формируя из них "тело" литературного
произведения вокруг некого архетипического сюжета.

Т.е. сюжет (метафизическое ядро, формула) данного произведения таков:

"Есть в популяции люди, которые не принадлежат Чёрному Ворону. И хотя
Ворон может мучить их и убивать точно так же как и прочих - но он
не может их сожрать. Они могут быть его жертвами, да. Но пищей - нет".

Однако сочинитель данной песни (и-или её бесчисленные певцы) не является сам таким человеком. И, соответственно, он, первично выразив сюжет - начинает выражать и сам себя, свои свойства через этот сюжет.
Вот и получается, что Солдат сначала отрицает свою принадлежность к пищевой цепочке Ворона, а затем признаёт её, а потом может и опять отрицает (есть и такой вариант этой песни).

А в полной он приносит на порог дома руку, и по кольцу на ней девушка понимает, что стала вдовой.

Это кстати важный момент, глубоко раскрывающий природу Ворона.
Потому, что христианизированные люди зачастую уверенно трактуют Ворона,как Диавола, "черного ангела".
Однако мы видим (в любом варианте песни), что Ворон наделён свойствами Спасителя - например он может устроить личную жизнь вдовы-невесты Солдата, вовремя передав ей инфу о том, что она свободна.
И он ещё может утешить мать Солдата передав ей его слова о том что "за родину я пал" (тоже есть вариант).
Однако с этих курьерско-благотворительных актов, Ворон, действительно, имеет свой специфический профит - И тут уж ворон пирует на славу, впитывая стенания и плач.

В общем, типичная ситуация - автор песни имел Уму о сущности Ворона и Солдата, но психические настройки и качества не позволили ему выразить её "химически чисто". [показать]"