ГРЕГОРИ ПЕК - АКТЕР, КОТОРОГО НЕ ПРИХОДИЛОСЬ ГРИМИРОВАТЬ ПОД БЛАГОРОДНОГО, ОН ПРОСТО БЫЛ ТАКИМ...
12 июня 2003 года в своём доме в Лос-Анджелесе тихо, во сне ушёл Грегори Пек. Рядом была Вероник, его жена, с которой он прожил почти полвека и которая держала его за руку до последней минуты. Ему было 87...

Его помнят прежде всего по роли адвоката Аттикуса Финча из «Убить пересмешника» — человека, который в эпоху расовых предрассудков берётся защищать невиновного и идёт до конца, зная, что проиграет. Американский институт киноискусства однажды назвал Аттикуса величайшим киногероем столетия. И вот что поразительно: те, кто работал и дружил с Пеком, в один голос говорили, что играть благородство ему почти не приходилось. Он просто был таким.

Доказательств тому осталось много, и они не из тех, что попадают на афиши.
Начинал он без гроша. В Калифорнийском университете в Беркли будущий красавец-премьер расплачивался за обеды тем, что мыл посуду и работал на кухне студенческого общежития. Эту простоту он пронёс через всю славу. Когда его спрашивали, кем он хотел бы остаться в памяти, Пек, не задумываясь, отвечал: хорошим мужем и отцом — и только потом, нехотя, вспоминал о кино.
Прославившись, он не забыл родной городок. Молодой звездой Пек стал одним из основателей театра La Jolla Playhouse и сам зазывал в провинцию больших актёров, чтобы у земляков был настоящий театр. Позже, уже признанным мэтром, он годами объезжал региональные сцены по всей стране — за собственный счёт. О своей благотворительности говорил скупо и смущённо: «Я не благодетель. Просто занимаюсь тем, во что верю».

Была в нём и негромкая щедрость к коллегам. На «Римских каникулах» его партнёршей оказалась почти неизвестная Одри Хепбёрн. Контракт позволял Пеку оставить своё имя на афише в одиночестве, но он настоял, чтобы Одри указали наравне с ним: он почувствовал, что рождается звезда, и не захотел стоять у неё на пути. Их дружба продлилась до самой её смерти.
Со съёмок «Убить пересмешника» тянется ещё одна трогательная нить. Писательница Харпер Ли списала Аттикуса со своего отца, провинциального юриста, и, увидев однажды, как Пек идёт через двор, расплакалась — так он напомнил ей родителя. После съёмок она подарила актёру золотые карманные часы отца. Пек хранил их и надел в тот вечер, когда поднимался на сцену за «Оскаром». А с маленькой Мэри Бэдхэм, сыгравшей его дочь Скаут, он до конца жизни обращался друг к другу не иначе как Аттикус и Скаут.

Он умел стоять на своём и тогда, когда это было опасно. В конце 1940-х Комиссия Конгресса по расследованию антиамериканской деятельности устроила в Голливуде настоящую охоту на ведьм: людей вносили в «чёрные списки» и лишали работы за одни лишь левые взгляды или за отказ доносить на коллег. Пек ещё в 1947 году открыто, в письменной форме, выступил против этой травли — в момент, когда многие из страха предпочитали молчать. Он был активен в борьбе за гражданские права, против ядерного оружия, против войны во Вьетнаме, при этом неизменно поддерживая сына, который принимал в ней участие. За свои убеждения он в своё время угодил в «список врагов» президента Никсона и носил это "звание", кажется, без тени сожаления.
С 1967 по 1970 год он возглавлял Американскую киноакадемию, ту самую, что вручает „Оскар“. И когда весной 1968-го застрелили Мартина Лютера Кинга, именно Пек настоял на перенесение даты церемонии награждения, чтобы она не пришлась на канун похорон: уважение к памяти человека оказалось для него важнее графика трансляции.

И ещё одна деталь, в которой он весь. После смерти Авы Гарднер Пек без громких слов забрал к себе её домработницу и собаку. Тех, кто на него работал, он знал по именам и помнил. К поклонникам был терпелив и внимателен — раздавал автографы, фотографировался, давал каждому почувствовать, что его рады видеть.

Говорили, что он «второй Гэри Купер». Но это неправда. Он был первым и единственным Грегори Пеком — человеком, в котором экранный герой и живой человек почти не отличались друг от друга.