[270x399]

Lust, Caution (Вожделение)

Некоторое время назад не знала я, что бы взять такое из романтических фильмов в компанию на один диск с парой других, которые у меня уже были, и один незнакомый продавец, который в целом мне предлагал черти что пальцем в небо, по непонятной причине - не иначе как по некому божественному провидению, извлёк для меня откуда-то китайский фильм (впрочем, по производству полуиктайский, как выяснилось, и как выяснилось, знаменитого в каких-то кругах режиссера Энга Ли) под названием "Вожделение". Только ленивый не знает ещё, как я люблю китайцев (хотя продавец об этом даже не догадывался до извлечения сего фильма), ну а Тони Люн Чу Вэй в главной роли подписал приговор.

Однако, продавец вместе со столом уже давно успел исчезнуть с "книжки" (я возвращала один из двух купленных тогда фильмов, и по счастливой случайности, он дал мне визитку другого стола, с которым я не мечтала уже иметь дело, поскольку бывшая там идиллия из двух парных прехорошеньких продавцов - один беленький, другой черненький - успела за время моего отсутствия рассыпаться: беленький ушел торговать в другое место, а черненький ожирел телом и душой - скурвился в общем и отказался менять мне взятые в пошлую бытность диски), а я только что добралась наконец до просмотра этого фильма (и несомненно оставлю его себе на DVD).

И несмотря на красочные описания предыстории, слов о фильме у меня мало, зато эмоций хоть отбавляй. Буду, как обычно, импрессионировать.

Посмотрев документалку, я узнала, что Тони Люн не только нравится мне лично с неясной душевной целью, но и считается таким знаменитым режиссером одним из лучших, если не самым лучшим китайским актером настоящего времени, однако обычно он играет хороших парней или романтические роли (это почти цитаты из документалки). Вам он может быть наиболее всего знаком по фильму "Герой" (он играет возвышенного героя по имени Сломанный Меч), а также, кое-кому, возможно, по фильмам Вонга Кар Вая ("Любовное настроение", "2046", "Прах времен" и др.). Этот последний, как заметно, особо обожает его снимать, и, видимо, недаром, потому что в его непростом многогранном кино кто-то же должен играть непростых персонажей. И данный фильм, откровенно говоря, напоминает мне чем-то того же Вонга Кар Вая. По крайней мере, любовная линия оставляет такое же сильное и исключительно утробное ощущение, как "Прах времен", хотя в "Прахе времен" люди только парятся нутряным вожделением, как и положено во время несколько далее отстоящее от нынешней калиюжной запущенности, а здесь они всё-таки занимаются любовью, и так неслабо, но сцены самого напряжения между героями, их взгляды и прочее, по тонкости не уступают, да и строго постельные сцены пронимают будь здоров - не какая-то там отмазка в дань эре сексуальной распущенности, смысел в них есть, так сказать, и чувства глубокие, не ода лишь похоть, отнюдь, как можно было бы подумать по названию. Это наводит меня на мысль, что таково свойство китайского восприятия любви вообще, что само по себе для меня очень и очень интересно, но в основном лишь тем, почему меня это так сильно цепляет...

Возвращаясь к фильму, Тони Люн в данном случае играет очень влиятельного человека, который не может позволить себе никакой слабости, чтобы просто-напросто выжить на своём видном посту в то смутное время войны и народных волнений. В начале герой производит впечатление этакого закаменелого казенного аппаратчика (если бы не его в высшей степени чувственные черты, но на это пожалуй кроме меня мало кто обратит внимание). Далее однако становится ясно, что он человек и сильный, и чувствительный, что с одной стороны, помогает ему проявляться на своем посту, а с другой, губит его. Поскольку чувствительность всегда палка о двух концах - как говорит героиня: "он способен проникнуть в самое сердце и заполняет собой все мое существо, но поскольку я честно играю свою роль и открыта ему, то я тоже могу проникать в его сердце" (перевод приблизительный с субтитров, в слух по-русски в этой сцене, когда ее прорывает, несут какую-то чушь). Сила помогает ему подавлять свою чувсвительность, но он не может отказаться от нее, она так нужна ему в работе, а насовсем чувства в чулан не запрешь. Их отношения и взгляды весьма трогательны, очень тонки, и быстро становятся довольно откровенными, но все происходит на таком расстоянии, что когда происходит взрыв страсти, это производит поистине сильное впечатление.

Однако, эта страсть, безусловно несет на себе нездоровый отпечаток конфликта между их общественными обязательствами и личным пристрастием, одинаково сильными и доводящими их до полного обнажения нервов, а их отношения до интенсивности на грани безумия. Ни "нечто демоническое", как сказано в документалке, ни "нечеловеческое", как напрашивалось мне, не кажутся правильными словами, потому что это как раз очень по-человечески: борьба между разумом и чувствами, только доведённая до крайности, и в этом фильме особенно интересно то, что невозможно определить однозначного победителя в этой борьбе. В этом, пожалуй, особая прелесть фильма, по крайней мере для меня. Ведь они не должны бы бороться, и все же каждый из нас постоянно попадает в эту ловушку, хотя и не с такими плачевными результатами. Наверное потому, что обычно побеждает либо одно, либо другое, и история становится банальной - либо задавлены чувства, либо все летит в тартарары (или изредка в рай), но не так как здесь, где обе линии одинаково сильны и обе берут своё в конечном итоге.

Героиня должна привести его к погибели, она - агент сопротивления, но она не может остаться равнодушной к своей жертве (хотя по раскладке ролей кто чья жертва сказать не так-то просто). Ее первая любовь (вдохновенный революционер, сыгранный красавчиком поп-звездой Ли-Хом Ваном) чересчур сдержан и даже не пользуется счастливой возможностью, когда кому-то из компании нужно лишить героиню девственности, чтобы она не прокололась в роли миссис Мак-Тай, которой грозит вот-вот стать любовницей намеченной сопротивлением жертвы. Сама-то героиня со всей очевидностью ввязалась в это сопротивление отнюдь не по политическим убеждениям, а из-за любви к нему, но кроме пылких взглядов, относящихся то ли к ней, то ли к их общему делу, она от него ничего так и не получает, и в то же время к проникновенному чиновнику очень трудно остаться равнодушной. Поэтому, когда дело срывается, а через 3 года возобновляется, глядя на героиню, так запросто и не скажешь, ради чего именно она это делает, но точно одно - опять-таки не из-за политических убеждений.

После же того, как наконец они становятся любовниками, дело запутывается совсем - кажется, она и ненавидит, и любит его одновременно. Но смотрит на свою первую любовь с надеждой вплоть до последней черты, однако тот наконец предпринимает некую робкую попытку объясниться, лишь когда уже слишком поздно, и душою она по уши погрязла в своей "жертве", пожертвовала всем ради дела своего любимого, даже своей душой, и вот душа уже пропала, и теперь она лишь может горько возразить "Где ж ты был раньше?". Она доводит, впрочем, своё дело до конца, но "жертва" к тому времени настолько проросла в ней корнями (ах, чего стоит сцена, его лицо, когда она поет песенку, увы без русского перевода, припев в которой "мы с тобой сплелись, как иголка и нитка, нас теперь ничему не разнять"), и несмотря на жесткие слова и поведение на грани жестокости, в глазах его такое трепетное тепло по отношению к ней, что в последний миг она его предупреждает. Он спасается, а она - нет, он подписывает приговор, как и должен, и даже не видится с ней на прощание (пожалуй, это выше его сил). И, как мне видится, особенно по последней сцене в ее бывшей спальне в ее доме, когда он отсылает жену дальше играть в маджонг, как больно должно ему быть - возможно, это была его последняя надежда найти близкое существо, ибо по свойству службы он не доверяет никому, но доверять ей вынуждает его не рок и, по-моему, не страсть, а, по-моему, душа - бывает нечто в людях, как в том же Тони Люне и иже с ним для меня, что вызывает доверие буквально на телесном уровне ещё до того, как ты узнаешь человека, а может случиться, что на словах и не узнаешь, но когда бессловесно сплетаешься в такой невероятный узел, как они в самые сокровенные моменты интимной близости (за постановку постельных сцен даю три "Оскара" сразу), не может быть и речи ни о каких наносных вещах вроде административных статусов, политических интриг, семейных положений и прочего, вот это - моменты истины, которые, несмотря на присутствие всего поименованного, и за счет конфликта с оным не на жизнь, а на смерть, но которые всегда найдет способ востребовать душа, если только от нее совсем не отрекся, и составляют глубиный драматизм этой истории, по моему мнению.

[500x281]

И ещё - фильм снят по мотивам рассказа китайской писательницы, которую они считают выдающейся и для которой, как считает режиссер, эта история особенно близка. М-да, мне бы стать такой писательницей. А может быть и стану.

И - не вполне связная мысль - пожалуй, мой "Гвоздь" - не такое уж парадоксальное произведение на этом фоне. Конечно, в первую голову его не напечатают, но когда кали-юга зайдет еще дальше, а у моего имени появится какой-либо вес, на фоне подобных произведений, особой революции оно не составит, а значит - шансы есть.