[показать]

Художник-график

[показать]


«НАДЯ, ПУШКИН, СИРЕНКИ и ДР».

Надя Рушева, на мой взгляд, - явление чрезвычайное в изобразительном искусстве наших дней.

[показать]

Говорить о ней радостно и горько: радостно потому, что, глядя на рисунки Нади, говоря о них, невозможно не почувствовать себя на высокой волне большого праздника, не ощутить доброго волнения; а горько потому, что самой Нади уже нет с нами.

Надя умерла в семнадцать лет. Так мало пожив на этом свете, она оставила огромное художественное наследие - десять тысяч рисунков-фантазий.

[показать] [показать] [показать]

Талант щедр, и эта щедрость души, это стремление тратить свои душевные богатства без оглядки, отдать людям всего себя без остатка - несомненно, один из первых признаков, изначальное свойство истинного таланта.

Я четырежды был на выставках ученицы обычной московской школы Нади Рушевой, и с каждым новым знакомством с её рисунками они всё больше пленяли, покоряли и радовали.

[показать]

Надины рисунки - это огромный, многообразный, богатый мир образов, чувств, идей, интересов. В её рисунках и сегодняшний день, и историческое прошлое страны, и мифы эллинов, и современная Польша, и сказки, и пионерия Артека, и древний мир, и страшный Освенцим, и первые дни Октябрьской революции.

[показать]

Матери мира – за мир.

[показать]

Плач над Зоей.

Многообразие интересов художницы поражает. Ей до всего в мире было дело. Всё её касалось.

Но эта широта художнических интересов - не есть всеядность. Аппарат отбора, столь важный для художника, действовал у Нади строго и безошибочно. 

Надя любила чистые, высоко поэтические мифы эллинов. Мифологическим мотивам посвящены многие её рисунки, и среди них - самые ранние. Восьмилетней девочкой Надя рисует «Подвиги Геракла» - цикл из ста маленьких этюдов.

Уже в ранних детских рисунках ярко видится будущий художник, с его пристрастиями, с его всеобычным глазом и прекрасной гибкой линией, с его безошибочным чувством отбора и изящным лаконизмом художнического языка.

Это о первых рисунках восьмилетней Нади. А вот передо мной последняя композиция семнадцатилетней художницы. И опять тема - прекрасная эллинская сказка: «Аполлон и Дафна». 

[показать]
 С поражающей художественной находчивостью Надя уловила и отобрала наиболее сложный, наиболее драматический момент мифа. Она изображает как бы самый процесс перевоплощения Дафны. Она ещё человек, но одновременно уже почти деревце: у неё и живые человечьи руки, и ветви лавра. Исполнен рисунок изумительно скупо, точно, прозрачно. 

Линия у Нади всегда единична и окончательна.  Тушь, перо, фломастер не терпят поправок и повторных попыток, а именно тушь, перо и фломастер любила Надя, изредка подцвечивала свои рисунки пастелью или акварелью.

[показать]

Веснушки. Серёжа Есенин.

[показать]

Танец Шахерезады.

Безошибочность линии в Надиных рисунках просто поразительна. Это какой-то особый, высший дар, какая-то волшебная, чудотворная сила и свойство руки художника, всегда верно выбирающей то единственное направление, тот единственный изгиб, ту единственную толщину и плавность линии, какие необходимы в каждом конкретном случае. Уверенность, верность руки Нади непостижима.

[показать]

Офелия.



[показать]

Своеобычна композиция «Адам и Ева». На рисунке только две фигуры – Адам и Ева. Ни райских кущей, ни дерева с яблоками познания добра и зла. Из сопутствующих аксессуаров – только змей на первом плане и яблоко. Яблоко уже сорвано: оно на земле перед глазам Евы, которая, присев, жадно вытянула руку, чтобы схватить его. Этот бурный жест женщины, жаждущей схватить, познать запретное, неподражаемо выразителен. Заслонённый Евой Адам, тоже припавший к земле, как бы дублирует стремительное движение Евы.
[показать]

Непокорённая.

Малость средств, какими достигается Надей огромный результат, иной раз просто поражает. Вот рисунок, озаглавленный «Освенцим». На нём нет ни лагерных бараков, ни колючей проволоки, ни печей крематория. Только лицо – одно лицо, измождённое, измученное, настрадавшееся, с провалившимися щеками и огромными, страшно глядящими в мир глазами… Нет никаких деталей, которые говорили бы о страшных делах, какие творили фашисты в лагере смерти, но всё это явственно видится в измученном, измождённом лице с огромными глазами на рисунке Нади «Освенцим».

А ведь автору «Освенцима», «Адама и Евы», «Аполлона и Дафны» и тысяч других работ художника, сложно и глубоко выразившего сложные и глубокие идеи и образы нашего века и веков прошлых, было всего семнадцать лет.


[показать]

Надя с художником-анималистом В.Ватагиным.

Я понимаю Ираклия Андронникова, который после посещения выставки Нади Рушевой написал: «То, что это создала девочка гениальная, становится ясным с первого рисунка. Они не требуют доказательств своей первозданности».

До сих пор я говорил более или менее обстоятельно о четырёх Надиных рисунках: «Аполлон и Дафна», «Пир Калигулы», «Адам и Ева», «Освенцим», но, в сущности говоря, каждый из её рисунков заслуживает столь же и даже более обстоятельного разговора. 

[показать]

Автопортрет рисующей на полу.

Надя ненасытно глотает книги, и почти всякая из них рождает вихрь мыслей и жажду воплотить на бумаге зримо, в линиях и красках материал прочитанной книги, её героев, её идеи и образы.

Она рисует иллюстрации к К.Чуковскому и В.Шекспиру, Л.Кассилю и Ф.Рабле, А.Гайдару и Э.Гофману, С.Маршаку и Д.Бацрону, А.Грину и Ч.Диккенсу, Н.Носову и А.Дюма, П.Ершову и М.Твену, П.Бажову и Д.Родари, А.Блоку и Ф.Куперу, И.Тургеневу и Ж.Верну, Б.Полевому и М.Риду, Л.Тольстому и В.Гюго, М.Булгакову и Э.Войнич, М.Лермонтову и А.Сент-Экзюпери.

[показать]

Маленький принц с розой.

[показать]

Прощание с Лисом.

К каждому из перечисленных авторов и многим другим Надя делает десятки рисунков. К «Войне и миру» сделала около четырёхсот, к булгаковскому роману «Мастер и Маргарита» - сто семьдесят, к Пушкину – триста.

[показать]

Пушкин - это особый мир Нади, особое её пристрастие, особая любовь. С Пушкина, возможно, всё и началось. Пушкин разбудил дремавший в маленькой восьмилетней Наде Рушевой инстинкт творчества. Именно тогда, в пятьдесят девятом году, впервые побывав с родителями в Ленинграде, посетив Эрмитаж, Русский музей, последнюю квартиру поэта на Мойке 12, Надя взяла в руки перо и фломастер. Тогда именно и появились первые тридцать шесть рисунков на темы, навеянные «Сказкой о Царе Салтане».

С этой, ставшей сердцу Нади дорогой, квартиры на Мойке началось творческое в Наде; здесь и кончилось. Последний её поход был совершён сюда уже спустя десять лет.

На другой день после посещения квартиры поэта Надя внезапно умерла. За три дня до этого она побывала в городе Пушкине под Ленинградом, в лицее, в комнате, в которой шесть лет жил лицеист Пушкин.

[показать]

Юные лицеисты Пушкин и Дельвиг.

Рисунки Нади Рушевой приближают нас к Пушкину ещё на один шаг. Работая над этими рисунками, Надя старалась вжиться не только в образ самого поэта, но и в атмосферу, его окружавшую, в пушкинскую эпоху, увидеть, почувствовать, ощутить её – представить себе воочию людей того времени, обстановку их, вещи, какие были вокруг них и в их руках. Настраивая себя на это, Надя делала рисунки пушкинского цикла гусиным пером. Она постоянно возилась в эти дни с гусиными перьями, зачинивала их, обжигала в пламени свечи, делала бесчисленные срезы пера на разных от бороздки расположениях, чтобы достичь определённой, нужной для рисунка гибкости оконечья пера.

[показать]

Папа, давай поиграем!

В пушкинском цикле Нади явно ощущается созвучие с манерой пушкинского рисунка – лёгкого, непринуждённого, изящного, как бы летучего. Но в то же время Надя остаётся Надей и в этих рисунках.

Надя сперва создаёт серию лицейских рисунков: несколько портретов Пушкина-лицеиста, товарищей его по Лицею. Под пером Нади возникают Кюхля, Дельвиг, Пущин, жанровые сценки лицейского быта, друзья-лицеисты, посещающие заболевшего Сашу, бунт лицеистов против воспитателя-кляузника Пилецкого.

[показать]

Кюхельбекер.

Но мало-помалу в силу вступает художническая жажда и стремление понять мир великого поэта во всей его широте и многообразии. И тогда вслед за лицейской серией появляются рисунки «Пушкин и Керн», «Пушкин и Ризнич», «Пушкин и Мицкевич», «Пушкин и Бакунина», прощание Пушкина с детьми перед смертью, портрет Натальи Николаевны, Наталья Николаевна с детьми дома и на прогулке.

[показать]

Стремление расширить поле зрения, неустанно углублять избранную тему, с которым мы встретились в пушкинском цикле, вообще характерно для Нади.

[показать]

Мастер и Маргарита в подвальчике у застройщика.

В своём последнем цикле, посвящённом роману М.Булгакова «Мастер и Маргарита», Надя выступает первооткрывательницей темы. Роман М.Булгакова чрезвычайно сложен: он объединяет в одном целом реальность и фантастику, историю и сатиру.

[показать]

Мастер ждёт Маргариту.

Надя с блеском преодолела эту трудность объединения разнородных планов. И тут, вживаясь в образ, она бесконечно повторяет лицо Маргариты, для которого ищет наиболее яркого воплощения.

[показать] [показать] [показать]

Превосходно найдены средства воплощения и таких разноплановых персонажей как Мастер, Иешуа, Пилат, Крысобой, Воланд и его свита.

[показать]

Мольба Фриды.

[показать]

Коровьев и Бегемот.

Тот же неустанный поиск правды и выразительности образа видим мы и в великолепном цикле, посвящённом «Войне и миру». Стремясь представить нам Наташу Ростову во всей её жизненной полноте, Надя рисует её подростком с куклой и окрылённой мечтой девушкой, залитой лунным светом перед открытым окном в Отрадном, и любящей, заботливой матерью у постели ребёнка.

[показать] [показать]

Другие персонажи «Войны и мира» также явлены нам в Надиных рисунках во всём многообразии жизненных интересов, характеров, судеб, устремлений, поступков и душевных движений. 

[показать]

Пьер Безухов.

[показать]

Наполеон в отступлении.

И ещё одно, чрезвычайное сопоставление. Стремясь войти в образ, дать его во всей жизненной полноте, Надя старается сколько можно приблизиться к нему как бы и физически. Рисуя пушкинский цикл, Надя бродит по пушкинским местам, посещает Лицей, едет на место дуэли Пушкина. Отмеривает по снегу десять шагов и, воочию убедившись, как страшна дистанция дуэлянтов, восклицает с болью и негодованием: «Это же убийство! Ведь этот негодяй стрелял почти в упор». Потом вдоль Чёрной речки идёт на Моку и там долго стоит перед портретом поэта, среди вещей окружавших его при жизни, словно впитывая в себя самую атмосферу этой жизни, его мыслей, мечтаний дел, его музы, звучания его стихов. Во время прогулки в Лицейском саду Надя поднимает с дорожки прутик и неожиданно начинает чертить им на снегу летучий профиль юного Пушкина…

То же происходит и в процессе работы над другими циклами, особенно дорогими художнице. Рисуя листы «Войны и мира», Надя едет с отцом из Москвы на осеннее Бородинское поле, долго бродит по огромной долине, останавливаясь и тщательно просматривая места, где были Багратионовы флеши, батарея Раевского, Шевардинский редут, ставка Кутузова…

Работая над рисунками к «Мастеру и Маргарите», Надя обходит все старые московские переулки, улицы, бульвары где разыгрывалось действие романа, где ходили, мучились, спорили, скандалили, лукавили персонажи булгаковской фантазии.

Рисунки Нади – это импровизации. Они в какой-то мере фантастичны, сказочны, но в то же время они вдохновлены конкретной действительностью, жизнью, книгой, фактом. И Надя верна конкретным образам, вещам, событиям. Рисунки Нади несмотря на импровизационность и подчас фантастичность, не беспочвенны, не безличны, не безразличны к жизни. 
Надя рисует мифических сирен. Их много. Она их любит. Но как она их любит? И каковы они у Нади?

Прежде всего – это не те свирепые сирены, морские дивы, которые в мифах завлекают своим пением моряков-путешественников в морские пучины, чтобы погубить их. Спастись от них можно только залепив уши воском, чтобы не слышать их пения, как сделал это Одиссей со своими спутниками. У Нади сирены зовутся ласково сиренками, и никого они не губят. Напротив, они очень обаятельны, дружелюбны, приветливы и, не корча из себя злодеек, занимаются самыми обыденными делами: ходят на просмотры моделей в дом мод, служат официантами, устраивают дома, время от времени, большую стирку и, сняв свои рыбьи хвостики и выстирав их, развешивают рядком, как трусики, на верёвочках для просушки.

Удивительно милы эти сиренки, и Надя дружит с ними издавна. У неё есть даже такой рисунок: «Дружба с сиренкой», где обыкновенная девочка, может быть, сама Надя, улыбаясь, стоит в обнимку с сиренкой и мирно разговаривает с ней.

[показать]

Кентаврёнок с лавровым венком.

Очень домашни, милы и кентаврицы, а также кентавры и кентаврята. Кентаврицы столь же кокетливы, как и сиренки. На всех четырёх копытцах у них высоконькие, остренькие, самые модные каблучки. 

[показать]

Встреча вакха и нимфы.

И ещё одно скрыто в Надиных образах: это – добрая улыбка и весёлый глазок художницы, её мягкий юмор – мягкий и одновременно смелый и тонкий.

[показать]

Шалунья и шпиц.

В этом весёлом, задорном, озорном отношении к материалу есть что-то открыто-детское – и в то же время мужественно взрослое, бесстрашное. Художник не преклоняется, не раболепствует перед мифом, перед сказкой, а просто принимает этот мир как художническую достоверность и совершенно свободен и непринуждён в отношениях с ним.

Я слушаю голос Нади, записанный на магнитофонную ленту одним из Надиных товарищей – студентом ГИК-а. Перед записью Надя спросила:

- А что говорить?

- Говори что хочешь.

- Ладно. Я расскажу, как получила двойку по математике.

И рассказала. Рассказ милый, простодушный, открытый – всё напрямик, всё без утайки, без прикрас. В нём – вся Надя, весь её характер, весь душевный строй.

[показать]

В последнем фильме о Наде – очень коротеньком и кончающемся её прощальной улыбкой и горестным титром «Фильм не удалось закончить, так как Надя Рушева умерла в марте шестьдесят девятого года…» - запечатлён один жест Нади.

Я спросил у Надиного отца: знала ли она о своей аневризме, о том, что болезнь её смертельна? Николай Константинович ответил коротко: «Нет. Никто не знал… Утром, дома, собираясь в школу, потеряла сознание…»

[показать]

Не могу сказать – к лучшему ли то, что Надя не подозревала о ежеминутно подстерегавшей её смерти. Может быть, если бы знала, это лишило бы её рисунки той прекрасной и поистине великой гармоничности, какая в них живёт, наложило бы на них печать трагического. Не знаю, не знаю… Но знаю одно – проглядывая многажды Надины рисунки, я ещё раз и окончательно убедился, что добрые волшебники существуют на свете, живут среди нас…

Автор текста Илья Бражнин


Надя Рушева скончалась 6 марта 1969 года в больнице из-за разрыва врождённой аневризмы сосуда головного мозга и последующего кровоизлияния в мозг и была похоронена на Покровском кладбище в Москве. 

[показать]

О Наде Рушевой была снята в 2008 году телевизионная передача из цикла «Тайные знаки».






Она оставила после себя огромное художественное наследие — около 12 000 рисунков. Точное их число невозможно подсчитать — значительная доля разошлась в письмах, сотни листов художница подарила друзьям и знакомым, немалое количество работ по разным причинам не вернулось с первых выставок. Многие её рисунки хранятся в музее Льва Толстого в Москве, в музее-филиале имени Нади Рушевой в городе Кызыле, в Пушкинском доме Академии наук в Петербурге, Национальном фонде культуры и Музее Пушкина в Москве.