Представь, наколдованные закатом полусонные улицы
Провожают взглядами-фонарями судьбу на двоих единую.
Любовь, забывающая приосаниться, тут же сутулится,
А комната от снега слепящего отгораживается гардинами.
Слепить бы из него Голема вместо тривиальной Снегурочки,
Постелить постель в холодильнике, авось проживет, не тая.
А когда клочки пойдут по Невскому, а не закоулочкам,
Оживут зеленые зайцы-кролики, сделанные в Китае.
Выяснится, у них зубы острей безопасного лезвия,
«Жилетту» бы стать банкротом, да номер его шестнадцатый.
Слишком эти плюшевые игрушки, боюсь, окажутся резвые.
А нам средь всеобщего хаоса остается лишь целоваться. Ты
Уведешь меня прочь из города, волшебницу-неудачницу,
Как, помнишь, увел из Гаммельна и из Рима пылающего.
Наша судьба едина, лишь звезды, не мигая, таращатся,
Ждут, когда же на наши шеи опустится меч карающий.
Чувствовать кожей прикосновение твоего дыхания,
Подчиняться приказам твоих пальцев, сильных и нежных,
В самые яркие мгновения говорить лишь стихами и
Видеть твое лицо сквозь полуприкрытые вежды...
Не это ли счастье, которое мне нагадали прежде,
В той жизни, где мы встречались всего пару раз случайно?
Я ловила прикосновения твоих взглядов, сильных и нежных...
Тогда еще не изобрели плюшевых монстров made in China.
Я, наверное, не думала, что все вот так обернется,
Когда поднялась к кресла и шагнула тебе навстречу...
В своей любви я себя ощущаю канатоходцем...
Просто, обними меня, как девочку за беззащитные плечи...