(Человек в животном)

Кроме эмоции скуки человеку от бессознательных стайных предков достался целый комплекс врождённых инстинктов. Человек всегда чувствует себя представителем своей стаи. Этот врождённый инстинкт неискоренимо вписан в его нервно-эмоциональную систему. Его невозможно "выключить" либо бесследно подавить. Стайные инстинкты животных являются одними из самых сильных и часто побеждают даже инстинкт самосохранения. К сожалению, у всех стайных животных, в том числе и у человека, представление о "своей стае" сопряжено с враждебностью к "чужим". Человек отличается от всех остальных стайных животных тем, что ему не обязательно лично знакомиться со "своими", запоминать их вид, запах и т.п.

[680x553]

В процессе воспитания и идеологической обработки ему можно внушить словесные образы "своих". Правильно воспитанный человек чувствует себя представителем своей стаи-семьи, своей стаи-коллектива, своей стаи-народа, своей стаи-государства и своей стаи-человечества. Это позволяет ему относиться по-родственному дружелюбно к другим семьям, народам и государствам.

Стайными инстинктами являются и тщеславие человека - стремление занять более высокое положение в стайной иерархии, и ностальгия - болезненное страдание от разлуки со стаей, и даже инстинктивное доверие к вождю - вожаку стаи. Иногда антропологи и психологи неосознанно подчиняются магии квазирелигиозных представлений типа "человек создан по образу и подобию божьему" и вопреки очевидным фактам отрицают наличие в человеке животных проявлений. Некторые западные авторы настойчиво развивают идею так называемой ретарадации - врождённого недоразвития у человека системы наследственных инстинктов как его отличительную черту, объясняющую его отщеплённость от мира животных. По словам антрополога Э.Монтегю, "в процессе очеловечивания значение истинктивных импульсов постепенно отмирало и человек утратил почти все свои инстинкты".

Не столь очевидна некорректность следующих размышлений Э.Фромма:"Апологетам социального порядка, основанного на власти элиты, разумеется, очень удобно верить, будто социальная структура есть результат врождённой необходимости человека, а поэтому является естественной и неизбежной. Уравнительное общество примитивных групп показывает, что это не так". В этом рассуждении Фромм подменил рассмотрение неустранимого стремления каждого человека занимать возможно более высокое положение в иерархии "своей стаи" рассмотрением тех общественных отношений, которые в разные времена разные вожаки навязывали своим стаям. Животные инстинкты людей в этих обществах не "выключались", а воспитательными и административными мерами приспосабливались к принятым в обществе нормам. Фромм не догадывался, что сам он опубликовал процитированные слова исключительно под воздействием врождённого инстинкта добиваться более высокого положения в стае психологов.

Тщеславие, как проявление животного стайного инстинкта, появилось у учёных с самого зарождения науки. Когда Тиран пожелал наградить одного из первых философов Фалеса, тот ответил: "Для меня было бы достаточной наградой, если бы ты... сказал бы, что автором этого открытия являюсь скорее я, чем кто-нибудь другой."

ДЕТСКИЙ ЭГОЦЕНТРИЗМ

Анализируя детский эгоцентризм, нужно учитывать, что до возникновения у ребёнка самосознания (приблизительно между вторым и четвёртым годами его жизни) он является животным, не отличающим себя от внешнего мира и от других людей. Он воспринимает окружающее и себя в том числе как непрерывно меняющееся единое целое. Нелогично называть эгоизмом растворение себя в окружающей действительности. Другое дело, что наблюдая мир органами чувств, ребёнок переживает только свои личные эмоции и ощущает только свою боль. Хотя он неосознанно относит их ко “всему миру”, ведёт себя он так, чтобы лично ему было не больно, а его личные ощущения были бы приятными. Это и стимулирует в поведении ребёнка черты, которые считаются проявлениями детского эгоизма. Острое нежелание ребёнка разрешать другим детям поиграть игрушкой, с которой он сам пока не играет, объясняется не его особой “жадностью”, а тем, что даже начиная выделять себя как личность, он ещё долго ощущает себя единым целым со своей одеждой и со своими игрушками, своеобразно срастается с ними.

 

Истинный эгоцентризм, как атавизм недавнего животного состояния, возникает только тогда,когда в маленьком человеке появляется зачаточное самосознание. Этот личностный переворот поначалу затрагивает лишь логическое мышление ребёнка. Неосознаваемая эмоциональная сфера долго ещё остаётся в животном состоянии, когда трудно учитывать, что внешний мир живёт самостоятельной, отдельной от ребёнка жизнью. Даже в пятилетнем возрасте ему трудно понять:”Раз мне от моих действий не больно, то как может быть от них больно моей маме?”. По аналогичной причине ребёнок не способен понять либо считать допустимой точку зрения другого.