Учитель царских детей Пьер Жильяр в своих воспоминаниях отмечал: «От первых месяцев я сохранил совершенно отчётливые воспоминания о крайнем интересе, с каким Императрица относилась к воспитанию и обучению своих детей, как мать, всецело преданная своему долгу. К величайшему удивлению, я нашёл женщину, просто преданную своим материнским обязанностям».

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

***

В продолжении он пишет: «Вошла Императрица с Великим князем Наследником на руках, которому было тогда полтора года. На лице её сияла радость матери, которая увидела, наконец, осуществление своей самой заветной мечты. Чувствовалось, что она горда и счастлива красотой своего ребенка. Императрица прижимала Цесаревича к себе нежным жестом матери, которая как-будто всегда дрожит за жизнь своего ребёнка». И этому была причина: сын был болен наследственной неизлечимой болезнью — гемофилией. «Однажды утром, — продолжал Жильяр, — я нашел мать у изголовья сына. Цесаревич лежал в кроватке, жалобно стонал, прислонившись головой к руке матери, его тонкое, бескровное личико было неузнаваемо... Мать целовала его волосы, лоб, глаза, как будто этой лаской она могла облегчить его страдания, вдохнуть ему немного жизни, которая, казалось, покидала его. Как передать пытку этой матери, беспомощно присутствующей при мучении своего ребенка в течение долгих часов смертельной тревоги....»

[показать]

[показать]

*****

Поняв, что доктора не в силах помочь её сыну, Императрица решила вымолить у Бога чудо. «Господь справедлив», — заявила она, страстно моля Его сжалиться. Долгие часы проводила Государыня в молельне — полутёмном помещении рядом со своим будуаром. Но больше всего любила молиться в Феодоровском соборе, построенном в Александровском парке.

 

Оставаясь в одиночестве, она опускалась на колени на каменные плиты и при свете лампад молила Бога о здравии сына. Самая большая поддержка, на которую может рассчитывать в таком положении женщина, — это любовь и сочувствие супруга. И Государь в этом случае оказался на высоте. «Не было мужа, который относился бы к жене с большей предупредительностью и состраданием и уделял бы больше времени и внимания больному ребенку, чем Николай II. Независимо от того, какими качествами обладал последний русский царь, как Государь, его поведение, как супруга и отца будет служить примером для многих поколений».

[показать]

[показать]

***

«Великие княжны были прелестны своей свежестью и здоровьем. Трудно было найти четырёх сестёр, столь различных по характеру и в то же время столь тесно сплочённых дружбой. Из начальных букв своих имён они составили общее имя: "Отма". Под этой общей подписью они иногда делали подарки или посылали письма, написанные одной из них от имени всех четырёх... Они были простые, ласковые, образованные девушки, ни в чём не выказывавшие своего положения в общении с другими. Вместе с прислугой они убирали свои постели и наводили порядок в комнатах. Нередко приходили к своим няням в гости и играли с их детьми. Когда к ним обращались официально, называя их полный титул, они смущались. Отношения детей с Государем были прелестны, он был для них одновременно Царём, отцом и товарищем. Их чувство к нему переходило от религиозного поклонения до полной доверчивости и самой серьёзной дружбы.

Отец, в свою очередь, вдали от нескромных глаз умел при случае весело присоединиться к их молодым забавам. Зимой вместе с детьми Николай Александрович сооружал ледяные горы из больших снежных комьев, облитых водой, с которых можно было спускаться на санках».

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

******

Подтверждение этому мы находим в дневниковых записях Александры Фёдоровны: «Великое искусство — жить вместе, любя друг друга, это должно начинаться с самих родителей. Родители должны быть такими, какими они хотели бы видеть своих детей не на словах, а на деле. Они должны учить своих детей примером своей жизни. Самое богатое наследство, которое родители могут дать своим детям, — это счастливое детство с нежными воспоминаниями об отце и матери. Оно освятит грядущие дни, будет хранить их от искушений и поможет в суровых буднях жизни, когда дети покинут родительский кров... И так течёт жизнь истинного дома, когда при ярком солнечном свете, иногда во мраке. Но при свете или во мраке она всегда учит нас обращаться к Небу, как к Великому Дому, в котором претворяются все наши мечты и надежды, где соединяются вновь порванные на земле узы. Во всём, что мы имеем и что делаем, нам необходимо благословение Бога. Никто, кроме Бога, не поддержит нас во время великого горя. Жизнь так хрупка, что любое расставание может оказаться вечным. Мы никогда не можем быть уверены, что у нас ещё будет возможность попросить прощение за злое слово и быть прощёнными».

 

[показать]

[показать]

[показать]

****

Императрицу не интересовало общество модных дам с их светской болтовнёй. Ей хотелось обрести верное сердце, сердце друга, с которым вопреки всем преградам можно поделиться своими страхами, мечтами и чаяниями. В письме к княгине Марии Барятинской она писала: «Чтобы стать самой собою, мне нужен преданный друг. Я не создана для того, чтобы блистать в обществе. У меня нет таланта вести пустые разговоры или острить. В человеке мне нравится его внутренняя сущность. Именно это привлекает меня в людях. Ты же знаешь, что я из тех, кто любит проповедовать. Я могу помогать ближним бороться и нести свой крест».

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

****

Уместно привести пример заботы Царицы о грузинской княжне Соне Орбелиани, которая в результате несчастного случая получила травму позвоночника и была неизлечима. Целых девять лет каждый день Александра Фёдоровна навещала больную и поддерживала её. Именно она внушила ей удивительное чувство христианского смирения. Скончалась Соня Орбелиани в 1915 году в царскосельском лазарете, в котором Императрица и её дочери Ольга и Татьяна были сёстрами милосердия и ухаживали за ранеными солдатами, прибывшими на лечение с фронта Первой мировой войны.

На панихиду Императрица пришла в одежде сестры милосердия, не переодевшись в чёрное траурное платье. «Так я словно ближе к ней, чувствую себя в большей степени человеком и в меньшей степени Императрицей», — объясняла она. Государыня допоздна сидела у гроба, глядя на умиротворенное лицо Сони, и гладила её золотистые волосы. Когда Императрицу позвали домой, она сказала: «Оставьте меня. Хочу побыть с Соней ещё немного».

 

[показать] [показать]

[показать]

****

В дневнике Александры Фёдоровны мы находим следующую запись: «Христианство, как небесная любовь, возвышает душу человека. Я счастлива: чем меньше надежды, тем сильнее вера. Бог знает, что для нас лучше, а мы — нет. В постоянном смирении я начинаю находить источник постоянной силы. Ежедневное умирание — это тропа к ежедневной жизни... Пережив горе, знаешь, как сочувствовать другим».

 

Эмоциональные нагрузки, которые выдерживала Государыня, сказывались на её здоровье. Давали о себе знать невралгические боли в спине и ногах, от которых она страдала с детства. Сказывались также последствия от четырех тяжелых родов в течение первых шести лет замужества. В своем дневнике к сестре она писала: «Не думай, что слабое мое здоровье волнует лично меня. Меня тревожит то, что из-за меня беспокоятся мои близкие и что я не могу выполнять свои обязанности. Но раз уж Господь послал мне крест, нужно нести его... Я столько испытала, что готова отказаться от какого бы то ни было развлечения — они так мало значат для меня, семейная же моя жизнь настолько идеальна, что она окупает всё, чего я лишена».

 

[показать]

[показать]

[показать]

[показать]

 

 

Наступил 1917 год, и жизнь венценосной семьи подходила к своему трагическому завершению. Взаимоотношения между родителями и детьми строились таким образом, что все чувствовали себя частью единого целого. В ночь на 17 июля 1918 года Император Николай II, его супруга Императрица Александра Фёдоровна и их дети были убиты. В своем дневнике Царица оставила запись: «Мы не должны забывать, что искупление человечества пришло к нам с Крестом Сына Божия. Плоды земных страданий могут казаться горькими на вкус, но только ими питается душа человека… нет ни одного человека, которого не терзали бы его шипы… Бог посылает нам некоторые Свои милости в виде шипов, и много потеряем, если откажемся от них… На самом же деле нет более глубокой и радостной жизни, чем жизнь, наполненная самопожертвованием в служении Христу».