В конце зимы 1801 года Евгений Вюртембергский, племянник императрицы Марии Фёдоровны, прибыл в Петербург. Мальчику было 13 лет, но он был полковником русской армии (этот чин был присвоен ему императором Павлом ещё в 1796 году). По слухам император прочил племяннику не только руку своей дочери, Екатерины Павловны, но и русский престол. Насколько верны эти слухи непонятно, но Александр I всю жизнь недолюбливал своего близкого родственника. Евгений оставил интересные воспоминания, в том числе и о том, какими он впервые увидел членов российской императорской фамилии.
«..предо мною в очию предстал Император, совершенно такой, каким я уже давно знал его по множеству портретов. Это был сухопарый человек средняго роста, с крайне-невзрачными чертами бледножёлтаго лица; крошечные глаза, верхняя губа обвисла, нижняя выпятилась вперед, нос короткий и приплюснутый. На нём был старомодный, синевато-зелёный мундир с простым красным воротником и такими же обшлагами, без лацканов, без золотых пуговиц и эксельбантов, и белаго сукна панталоны в высоких ботфортах. Голова густо напудрена, но коса не очень длинна. В прорези мундира вдета шпага. Одежда Императора не имела шитья, но левая сторона груди была украшена двумя звёздами. Не смотря на странное и неприятное впечатление, производимое его внешностью во всей ея совокупности, взор Императора не имел ничего устрашающаго и даже показался мне добрым.
[800x]
Портрет Павла I, В.Боровиковский
Императрица приняла меня радушно. Эта 40 летняя женщина имела величественную осанку, и на первый взгляд, в особенности издали, в ней было больше торжественной важности, чем приветливости. Глаза ея сверкали, и выражение лица менялось; но при ближайшем знакомстве оказывалось, что самыми кроткими чувствами одушевлялись прекрасныя, правильныя и как зеркало светлыя черты ея лица. Она была высокаго роста, крепкаго, но в тоже время изящнаго сложения; всегда безукоризненный наряд, в соединении с прекрасным станом, придавал ей вид моложавости.
[800x]
Императрица Мария Фёдоровна. после 1796. Лампи. Павловск
Вслед за тем я приветствовал моих милых кузин. Из них Maрия была уже 15-ти лет и, стало быть, для меня особа внушающая, но тем не менее такая кроткая и добрая, что я сейчас же почувствовал к ней сердечное влечение. Она обладала сочувственным, нежным сердцем. Непреложным доказательством того служило ея всегдашнее опасливое пребывание на стороже, чтобы заблаговременно предупреждать всякий возможный с моей стороны промах и тем предохранять меня от затруднительнаго положения. Ея сестра Екатерина, одних лет со мною, нравилась мне менее. Мрачная и скрытная, но преждевременно развитая, и сознававшая это, она отталкивала меня своею чопорностью. Обе великия княжны были прекрасны. Первая имела черты матери: вторая, когда говорила, была похожа на отца, но, к удивлению, на перекор этому сходству - всё-таки очаровательна».
По непонятной для меня причине я (автор) не нашла изображений великих княжон этого периода. Боровиковский нарисовал несколько портретов Александры и Елены в 1790-х гг, но ни одного – Екатерины и Марии. Поэтому пришлось вырезать кусок из известного полотна Кюгельхена. Стоит Екатерина Павловна (Честно говоря, она не показалась мне преждевременно развитой. Правда, художник писал картину в 1798-1801 гг., а дети растут быстро. В 1798 году Екатерине было 10 лет. Возможно, именно этот образ и запечатлен на портрете.), на арфе играет Мария Павловна.
[800x]
«В течение различных перипетий этого дня я наконец столкнулся в первый раз и с наследником престола. Сколько доброты и любезности светилось во взорах Александра I. Прелестный 23-х летний юноша мимоходом проговорил мне какую-то любезность, более, чтоб сделать удовольствие своему отцу, чем во внимание к моей собственной маленькой личности; но его обращение со всеми окружающими внушило мне к нему полнейшее обожание. Кружок, в котором я его приветствовал, был полон государственными сановниками. Между ними я услыхал фамилию одного героя, прославившагося под командою Суворова в Италии, и восторженно воскликнул: «Так это знаменитый князь Багратион?» Александр улыбнулся моему, может быть, несвоевременно выраженному любопытству, однако же подвёл меня к нему, и князь, которому, как я видел, моя восторженность понравилась, взял меня ласково за руку и, указывая на великого князя, сказал: «Если вы хотите, принц, видеть что-нибудь замечательное, то вот смотрите на восходящее солнце России».
[800x]
Великий князь Александр Павлович. 1798-1800. Неизвестный художник. Царское Село.
Константин, младший брат наследника, мускулистого, коренастого телосложения, с цветущим румянцем на щеках, очень походил на отца и считался вообще уступающим в кротости Александру.
[800x]
Великий князь Константин Павлович. 1799. Неизвестный художник. Эрмитаж.
В течении этих первых дней моей Петербургской жизни я был представлен великим княгиням Елисавете и Анне, супругам Александра и Константина. Первая, бывшая принцесса Баденская, была прекрасна и любезна, и в тоже время отличалась самым кротким характером. Последняя была, пожалуй, ещё больше поразительной красоты, но все же не могла заслонить собою прелестей Елисаветы."
[800x]
Великая княгиня Елизавета Алексеевна. 1798. Виже Лебрен. Эрмитаж.
[800x]
Великая княгиня Анна Фёдоровна. 1799. Неизвестный художник. Эрмитаж.
http://catherine-catty.dreamwidth.org/299428.html
