После кончины матери, императрицы Екатерины I (1727) заботы о замужестве Елизаветы совершенно прекратились. В утешение ей государственный деятель следующего царствования, Остерман, облюбовал другой план - выдать Елизавету за взошедшего на престол Петра II.

- Император всероссийский, сменивший на престоле Екатерину I. Внук Петра I, сын царевича Алексея Петровича и немецкой принцессы Софии-Шарлотты Брауншвейг-Вольфенбюттельской, последний представитель рода Романовых по прямой мужской линии.

Тем не менее, дружба Елизаветы и Петра II была очень тесной. Не обольщая своего племянника, Елизавета оторвала его от занятий и учебников. Будучи бесстрашной наездницей и неутомимой охотницей, она увлекала его с собой на далёкие прогулки верхом и на охоту. Но первую любовь она познала не с ним. В том же 1727 году она серьёзно увлеклась Александром Бутурлиным, который был частым гостем у царицы.

Граф Александр Борисович Бутурлин, 1704-1767

 

Узнав об этом, Пётр II в 1729 году отослал его на Украину. Преемником первому фавориту явился Семён Нарышкин, обергофмейстер двора. Отношения между ним и царевной были столь задушевными, что в Москве заговорили о возможном браке Нарышкина с Елизаветой. Но опять вмешался Пётр II и отослал гофмейстера за границу. До самой смерти император ревниво не подпускал к тётке других мужчин. Когда прусский посол предложил устроить брак Елизаветы с брандербургским курфюрстом Карлом, Пётр отказал, даже не посоветовавшись с царевной. Но и Елизавета не сильно тяготилась этой опекой. Третьим её любовником стал красавец гренадер Шубин. Свидания с императором стали после этого нерегулярными, и вскоре их пути разошлись. 

С.Торелли. Портрет Семёна Кирилловича Нарышкина (1710-1775). ГТГ - Русский щёголь и бонвиван середины XVIII века, владелец домашнего театра, создатель моды на роговую музыку, генерал-аншеф, обер-егермейстер, посол России в Великобритании, кавалер ордена Андрея Первозванного.

*****

После неожиданной смерти Петра II в 1730 году Елизавета по завещанию Екатерины I должна была наследовать престол, но Верховный тайный совет признал Елизавету незаконнорожденной и, отказав ей в праве на престолонаследие, пригласил Анну Иоанновну. С восшествием на престол властной и подозрительной Анны Иоанновны Елизавета лишилась положения при дворе.

Портрет императрицы Анны Иоанновны (1693-1740)

 

Она безвыездно жила в Александровской слободе и была очень далека от политической жизни. Она одной из первых присягнула Анне Иоанновне, хотя в душе понимала, что жить ей будет теперь не сладко. Елизавета проводила время в бесконечных балах, постоянно нуждаясь в деньгах. Полное равнодушие к политике и неспособность к интригам, при существовании к тому же за границей внука Петра II, принца Голштинского, спасли Елизавету от пострижения в монастырь и от брака с герцогом Саксен-Кобург-Мейнингенским, но столкновения между ней и императрицей Анной Иоанновной вспыхивали неоднократно. Различные дворцовые группировки всегда рассматривали Елизавету как реальную претендентку на царский трон. Невозможность вести вольную, весёлую жизнь (содержание Елизаветы было установлено в 30 тысяч рублей в год, а раньше было 100 тысяч), боязнь насильного брака - всё это способствовало её желанию воспользоваться своим правом на престол. 

 

Цесаревна Елизавета Петровна, будущая императрица (1741-1761)

 

 При Анне Иоанновне во дворце началась жизнь мрачная и скучная, которая совсем не устраивала любившую увеселения цесаревну. Положение Елизаветы осложнилось, поскольку императрица завидовала её красоте и видела в ней опасную политическую соперницу. А главное, не знала императрица, что делать с Елизаветой. Выдать её замуж никак не удавалось. Женихов Анна, скорей, не приваживала, а отваживала от Елизаветы Петровны. И каких женихов! Принцев Испанских, Португальских, Английских… Все попытки придворных выдать Елизавету замуж и удалить от двора не увенчались успехом. Так и осталась она официально девицею…

 

 

В то же время Елизавета пользовалась большой симпатией жителей Петербурга, особенно гвардейских солдат и офицеров, видевших в ней наследницу Петра Великого. Как ни странно, фаворит Анны Эрнст Иоганн Бирон благоволил к Елизавете, и они неплохо ладили друг с другом. В обществе Елизавета показывалась редко, но всё же являлась на балы и куртаги, и там по-прежнему блистала. Когда китайскому послу, первый раз приехавшему в Петербург в 1734 году, задали вопрос, кого он находит прелестнее всех женщин, он прямо указал на Елизавету. 

Портрет Елизаветы Петровны в мужском костюме. Л. Каравакк. 1745.

 

Неожиданная кончина Анны Иоанновны в октябре 1740 года ничего вроде не изменила в судьбе "дщери Петровой". Впрочем, новая правительница России Анна Леопольдовна была гораздо мягче с Елизаветой. И эта мягкость сыграла с ней злую шутку! Именно в это время Елизавета созрела для переворота. В этом её поддержали послы двух тогда самых враждебных России держав - Франции и Швеции. Впрочем, богобоязненная "Елисавет" всё же не делала решительного шага к престолу. Жажда власти была совершенно не в её характере. Свидетельство тому хотя бы то, что она не принимала участия ни в одном из предшествовавших переворотов и даже не старалась заявить о своих правах на престол.

Анна Леопольдовна (1718-1746)

 

Если она и оказалась в 1741 году вовлечённой в вихрь политических событий, то скорее из-за внешних обстоятельств, а не склонностей своей натуры. После смерти Анны началось сильнейшее брожение умов. Засилие немцев, которое покорно сносили в течение десяти лет, сделалось вдруг невыносимым. Бирона ненавидели все поголовно, Миниха и Остермана не любили, Антона Брауншвейгского презирали, Анну Леопольдовну не уважали. В этих обстоятельствах само собой приходило на ум имя Елизаветы. Спрашивали, с какой стати принимать немецкого императора и его родню, когда жива и здравствует родная дочь Петра Великого. То, что она родилась до брака и считалась незаконной, уже никого не смущало. 

Разговоры о возможном перевороте начались ещё в феврале 1741 года. Через своего врача и поверенного Иоганна-Германа Лестока (1692-1767) Елизавета сносилась с французским посланником маркизом де ля Шетарди. Он готов был поддержать её, но дальше разговоров дело не шло. Ещё 22 ноября ничего не было готово. Более того, никто даже не собирался ничего готовить. Не было ни плана, ни его исполнителей. Между тем слухи о том, что Елизавета что-то затевает, неоднократно доходили до Анны Леопольдовны, которая с 8 ноября была объявлена правительницей, но она каждый раз отмахивалась от них. Причин тому было две: во-первых, Елизавета неизменно поддерживала с регентшей хорошие отношения, и, во-вторых, Анна Леопольдовна в силу своей лени не давала себе труда задуматься над грозившей опасностью. Заговор, который до этого всё никак не складывался, составился внезапно, и был почти немедленно приведён в исполнение. 

Анна Леопольдовна сама поторопила Елизавету. Она показала Елизавете донос на неё и пожурила за антигосударственные планы. 23 ноября на куртаге у герцогини Брауншвейгской Анна Леопольдовна сказала, намекая на отношения Елизаветы со шведским и французским дворами: "Что это, матушка, слышала я, будто ваше высочество имеете корреспонденцию с армией неприятельской (со Швецией шла война) и будто ваш доктор ездит к французскому посланнику и с ним факции в той же силе делает. Мне советуют немедленно арестовать Лестока; я всем этим слухам не верю, но надеюсь, что если Лесток окажется виноватым, то вы не рассердитесь, когда его задержат". Елизавета отвечала: "Я с неприятелем отечества моего никаких алианцев и корреспонденций не имею, а когда мой доктор ездит до посланника французского, то я его спрошу, и как он мне донесёт, то я вам объявлю". После этого Елизавета заплакала, Анна Леопольдовна, женщина добродушная и мягкая, заключила её в объятия и заплакала сама. 

Иоганн Герман Лесток (1692-1767), граф, Действительный Тайный Советник, придворный медик.

В этот раз Елизавете удалось отвести от себя подозрения, но разговор очень взволновал её, так как все упрёки регентши были совершенно справедливы. Ещё до начала войны она вела переговоры со шведским посланником бароном Нольккеном. Тот прямо предлагал ей деньги и помощь в перевороте в обмен на письменные обещания возвратить Швеции захваченные при Петре земли. Елизавета тогда благоразумно отказалась, но Лесток был в курсе всех её дел. Таким образом, царевна впервые почувствовала угрозу. Но в большей степени почувствовал её Лесток. Утром 24 ноября он явился к Елизавете и завёл разговор о перевороте. Елизавета колебалась. Тогда Лесток показал ей две картинки, нарисованные на игральных картах; на одной была представлена Елизавета в монастыре, где ей обрезают волосы, на другой - вступающая на престол при восторгах народа. Лесток сказал, что третьего Елизавете не дано, и ей предстоит выбирать. Елизавета выбрала последнее. 

Конный портрет Елизаветы Петровны

 

В тот же день правительство отдало приказ по всем гвардейским полкам быть готовыми к выступлению в Финляндию, на основании, как говорили, полученного известия, что шведская армия идёт к Выборгу. Герцог Брауншвейгский, знавший о настроениях, царивших в гвардии, предлагал жене расставить во дворце и около дворца усиленные наряды, а по городу разослать патрули, одним словом, принять меры на случай осуществления опасных замыслов Елизаветы. "Опасности нет, - отвечала Анна Леопольдовна. - Елизавета ни в чём невинна, на неё напрасно наговаривают, лишь бы со мной поссорить. Я вчера с ней говорила; она поклялась мне, что ничего не замышляет, и когда уверяла меня в этом, то даже плакала. Я вижу ясно, что она невиновна ни в чём". 

Конный портрет Елизаветы Петровны

 

Между тем как раз в это время к Елизавете пришло несколько гвардейских солдат, которые объявили, что должны выступить в поход и потому не смогут больше служить ей, так что нельзя терять ни минуты. Договорились, что вечером участники заговора должны обойти казармы и, если настроение окажется благоприятным, приступить к действиям. Сочли необходимым раздать солдатам деньги. Елизавета порылась в шкатулках, у неё нашлось всего 300 рублей. Шетарди обещал достать 1000 рублей. На другой день Елизавете пришлось заложить свои драгоценности. Между 11 и 12 ночи заговорщики вновь появились у Елизаветы с весьма благоприятным докладом: гвардейцы рады были действовать в её интересах. Тем временем Лесток разослал своих людей к дому Остермана и Миниха, а сам съездил к Зимнему дворцу. Всё было спокойно. 

Цесаревна Елизавета у Преображенских казарм 25 ноября 1741г. Лансере Евгений Евгеньевич

 

Наступил решительный час. Елизавета велела всем выйти из комнаты, а сама начала молиться на коленях перед образом Спасителя; есть известие, что в ту минуту она и дала обещание не подписывать никому смертных приговоров. Помолившись, она взяла крест, вышла к гренадёрам и привела их к присяге, сказав: "Когда Бог явит милость свою нам и всей России, то не забуду верности вашей, а теперь ступайте, соберите роту во всей готовности и тихости, а я сама тотчас за вами приеду". Был уже второй час ночи 25 ноября, когда Елизавета в санях вместе с Лестоком, Воронцовым и братьями Шуваловыми понеслась по пустынным улицам города, направляясь к казармам преображенцев. Алексей Разумовский и Салтыков следовали за ней в других санях. 

«Цесаревна Елизавета Петровна в кордегардии Зимнего дворца.»Лансере Е.Е.

 

Приехав в казармы в 2 часа ночи, стали собирать гренадёр. Здесь были только солдаты, офицеры жили в городе, лишь один из них дежурил в казармах. В несколько минут сбежалось более 300 человек. Большинство из них не знало ещё, в чём дело. Елизавета вышла из саней и спросила: "Узнаёте ли вы меня? Знаете ли вы, чья я дочь? Меня хотят заточить в монастырь. Готовы ли вы меня защитить?" - "Готовы, матушка, - закричали гвардейцы, - всех их перебьём!" Но Елизавета не хотела кровопролития. '"Не говорите про убийства, - возразила она, - а то я уйду". Солдаты замолчали смущённые, а царевна подняла крест и сказала: "Клянусь в том, что умру за вас. Целуйте и мне крест на этом, но не проливайте напрасно крови!"

Присяга Преображенского полка императрице Елизавете Петровне. Филипп Москвитин

 

После присяги Елизавета опять села в сани, а солдаты двинулись за ней. Лесток разослал отряды арестовать Миниха, Головкина, Менгдена, Левенвольде и Остермана. У Зимнего дворца гренадёры посоветовали Елизавете во избежание шума выйти из саней и идти пешком. Уже начинавшая сильно полнеть царевна вскоре запыхалась, тогда двое гвардейцев взяли её на руки и так донесли до дворца. 

Гвардейцы Преображенского полка на руках несут Елизавету Петровну в Зимний дворец

 

Здесь Елизавета отправилась прямо в караульню, где солдаты спросонку, не знали сначала, что такое делается. "Не бойтесь, друзья мои, - сказала им царевна, - хотите ли мне служить, как отцу моему и вашему служили? Самим вам известно, каких я натерпелась нужд и теперь терплю и народ весь терпит от немцев. Освободимся от наших мучителей". - "Матушка, - отвечали солдаты, - давно мы этого дожидались, и что велишь, всё сделаем".

Затем Елизавета направилась во дворец, где не встретила никакого сопротивления от караульных, кроме одного унтер-офицера, которого тут же арестовали. Войдя в комнату правительницы, Елизавета сказала ей: "Сестрица, пора вставать!" Герцогиня, проснувшись, отвечала: "Как, это вы, сударыня!" Увидев за Елизаветой гвардейцев, Анна Леопольдовна догадалась, в чём дело, и стала умолять царевну не делать зла её детям. Елизавета пообещала быть милостивой и приказала отвезти Брауншвейгскую чету в свой дворец. Сама она отправилась следом, увозя на коленях шестимесячного императора Ивана Антоновича. Ребёнок смеялся и подпрыгивал у неё на руках. Елизавета поцеловала его и сказала: "Бедное дитя! Ты вовсе невинно: твои родители виноваты". 

Императрица Елизавета Петровна (1709-1761)

 

К 7 часам утра 25 ноября 1741 года переворот завершился. Арестованных отправили в крепость, а во дворце Елизаветы стали собираться петербургские вельможи. Все были растеряны, многие опасались за свою судьбу, но опала постигла немногих. Суд определил Остерману, Миниху, Левенвольду, Менгдену и Головкину смертную казнь, однако возведённые на эшафот, они были помилованы и сосланы в Сибирь. С самого начала своего правления Елизавета хотела показать пример гуманности и великодушия.

Императрица Елизавета Петровна (1709-1761)

 

Сразу после воцарения она дала обет "никого не казнить смертью" и в течение царствования не санкционировала ни одного смертного приговора, более того 17 мая 1744 года она подписала указ, который фактически отменял в России смертную казнь. Правда, это не мешало широко применять пытки, кнут, что нередко приводило к смерти. Этот переворот породил в обществе настоящий взрыв национального чувства. Дома многих иностранцев в Петербурге подверглись разгрому, а в армии едва не произошло поголовного истребления иноземных офицеров. Убедившись в полном одобрении обществом совершившейся перемены, Елизавета издала 28 ноября манифест, где подробно и без стеснения доказывала незаконность прав на престол Ивана VI и выставляла целый ряд обвинений против немецких временщиков и их русских друзей. Иоанн Антонович в 1744 году был сослан в Холмогоры и умер в 1764 году. 

Иван VI (Иоанн Антонович) / (1740-1764)

Мирович перед телом Ивана VI. Картина Ивана Творожникова (1884)

 

Продолжение следует