В ночь после похорон и панихиды (3 августа) принц Фридрих-Вильгельм с маленьким цинковым гробиком в руках, ступает на борт парохода «Камчатка». Корабль с молодым вдовцом, загруженный царскими сокровищами, полученными в качестве приданного, отчаливает от стенки Кронштадтского порта и берёт курс на Данию. Трудно представить горе и растерянность 24-х летнего парня. Петергоф, в котором принц был помолвлен год назад, тает в дымке белой ночи...

18 августа 1844 года Фридрих прибывает в Данию и рассказывает о трагедии родственникам.

Ландграф Вильгельм Гессен, отчитывает сына за то, что тот посмел взять приданное умершей княжны и пишет письмо Николаю. «Мы просим Вас, позволить нам вернуть в Ваше распоряжение вещи, коими мой сын должен был пользоваться в своём счастливом браке. Теперь ему было бы слишком больно постоянно видеть их перед глазами и пользоваться ими в одиночку, без возлюбленной супруги, для которой они так же были предназначены. Если Фриц прежде не выразил этого пожелания..., то молю Вас поверить, что глубокое его страдание и потрясение, в котором он находился, были единственной причиной, сделавшей его неспособным выразить чувства".

Г-И Николай Павлович ответил вежливым, но твёрдым отказом.

Царица настаивала на том, чтобы приданное осталось у принца, как память об Адини: «Пройдут годы — никогда не забудешь ты ангела, что всего мгновение была подругой твоей жизни, твоей супругой, — пишет она. —…человек способен много пережить, и тогда, когда ты вновь сделаешь выбор …тогда ты будешь охотно украшать и свою Новую и тогда тебе пригодится то, что ты сейчас откладываешь в сторону и не хочешь видеть, потому что это причиняет тебе такую боль».

Единственно, что Романовы согласились оставить в России, это комплект православной церковной утвари, которая первоначально предназначалась для домовой часовни, и которая лютеранам гессенским была без надобности. Этот комплект было решено использовать для устройства церкви при Александринской больнице для женщин страдающих чахоткой, которую учреждали родители в память о дочери.

Ландграф Вильгельм Гессен был не менее благороден. Получив отказ, он принял решение поступить следующим образом (оцените!):

1. Всё полученное сыном приданное остаётся нераспакованным, и в таком виде будет храниться до тех пор, пока его сын не надумает жениться во второй раз.

2. Эти сокровища будут переданы новой невесте Фрица, как личный дар русского царя в память о безвременно почившей Александре.

3. В последующем фамилия Гессен-Кассельских из поколения в поколение будет сохранять единство коллекции, не допуская отчуждения даже отдельных предметов.

4. Одновременно с этим Граф сделал щедрые пожертвования на строительство в Санкт-Петербурге Александринской больницы.

Карл Штейбен. Принц Фридрих Вильгельм Гессен-Кассельский (1820-1884)