Мы лежим на сопке, взмокли, и по очереди — блажь — битый час глядим в бинокли на залитый солнцем пляж. На каменьях преет рота, а у моря косяком сто девчонок с рыбзавода загорают голяком. Старшина гладнул медали… — Не солдаты — дурачье, бабы голой не видали, али там другое чо? Парни сбросили пилотки, закричали с валуна: — Там Венера, возле лодки, посмотрите, старшина! В торсе лишнего ни крошки, плечи, руки, а глаза! Потрясающие ножки, как из мрамора краса! Старшина скривился вроде, окуляр зажал в горсти: — Ни грудей нет, и ни бедер, и ни… господи, прости! В приказной сердитой фразе загудел он, будто медь: — Я на это безобразье запрещаю вам глядеть! Старшина в блокноте сером записал карандашом: — В сельсовет. Примите меры, чтобы местные Венеры не купались нагишом! Уходила в сопки рота с полной выкладкой, в броске… Сто девчонок с рыбзавода загорали на песке. В. Машковцев [463x700]