Крым наш. Отрицать это может только тот, кто либо в Крыму никогда не бывал, либо слепоглухой от рождения. Два последних дня находясь в Севастополе, я пытался найти хоть что-нибудь, что напоминало бы о двух десятках лет украинского владычества, и не смог.

Когда я ещё до развала Союза играл с мужиками в домино посреди обычного крымского дворика, я точно знал, что играю с россиянами, которых не очень умный Хрущёв переподчинил киевским управленцам. Когда я играл с ними же в домино уже после распада СССР, я опять же был уверен, что играю с россиянами, лишь временно проживающими на территории Украины. Когда я вчера пел для них, у меня не было ни тени сомнения, что если я завтра снова сяду в крымском дворике играть с ними в домино, то увижу тех же россиян, с которыми рубился тридцать лет назад, только вернувшихся из длительной вынужденной командировки в нэзалэжную.

Хотите полемизировать — пожалуйста, только сначала напойте мне хоть одну песню о любом уголке Крыма на украинском языке, появившуюся в период с 1991-го по 2014 годы. Нет её, этой песни! А всё потому, что крымчане никогда не считали себя частью Украины, никогда не говорили по-украински и всегда знали, что однажды снова будут с Россией.

Так что, несмотря на остающиеся пока нерешёнными проблемы (а где их нет?), Крым наш! И если бы вы вчера как и я взглянули со сцены на переполненную севастопольскую площадь, то у вас не осталось бы в этом никакого сомнения.