Отслеживая то, как развивается сейчас ситуация в Сирии и вокруг Сирии (в так называемом геополитическом поле), в очередной раз поражаешься дальновидности внешней политики России. И это, как ни странным это может показаться, непосредственно связано с «украинским кейсом», вернее, с тем, как вела себя Россия по мере его реализации.
Вернемся в февраль 2014 года, в ту «точку», когда на Украине произошел государственный переворот. Россия признала факт его совершения, осудила действия радикалов, вынудивших легитимного президента покинуть страну (отношение к Януковичу и проводимой им политике в данном случае непринципиально). После этого, как все помнят, были проведены президентские выборы, по результатам которых «на престол» взошел олигарх Порошенко.
Наша страна выразила сомнения в том, что имело место свободное демократическое голосование, но, тем не менее, Порошенко в качестве нового президента Украины признала. Во всяком случае, контакты на высшем уровне были установлены, и подтверждение тому — два «Минска».
Опять-таки отдадим должное воспоминаниям: сколько тогда было негодущих криков о том, что Россия поступила неправильно — раз она считала, что на Украине имел место государственный переворот, значит, она не должна была признавать Порошенко президентом и настаивать на его незамедлительном отстранении от власти.
Несмотря на серьезное давление со стороны негодующей общественности, глава российского государства продолжал гнуть свою линию — мы не имеем права диктовать соседней стране, кому ей подчиняться, и кого считать президентом. Мы можем с помощью имеющихся в наших руках инструментов корректировать — точнее, пытаться корректировать — внешнюю и внутреннюю политику этой страны, но не более того.
И вот теперь мы пришли к моменту, когда диалог между Россией и Западом — точнее, в большей мере между Россией и США — напоминает следующий обмен репликами:
- США: Мы настаиваем на свержении президента Сирии Башара Асада.
- РОССИЯ: На каком основании? Он — легитимно избранный глава сирийского государства, его мандат был подтвержден результатами выборов, состоявшихся всего год назад.
- США: Он утратил легитимность в тот момент, когда применил оружие против своего народа.
- РОССИЯ: Если бы это было основанием для утраты легитимности, то многие главы государств утратили бы легитимность вместе с Асадом, в том числе и нынешний президент Украины.
- США: Так вы же настаиваете на свержении Порошенко.
- РОССИЯ: Где? Когда? Приведите факты, подтверждающие это.
- США: У вас в ток-шоу украинскую власть постоянно называют хунтой и говорят, что ее нужно свергнуть.
- РОССИЯ: Говорят, что кур доят. Приведите соответствующие высказывания нашего Президента, который, в соответствии с нашей Конституцией, определяет нашу внешнюю политику.
- США: М-м-м-м…, э-э-э…, ну-у-у-у… Зато так другие у вас говорят!
Короче — явный тупик. И доказательство того, что, когда ты планируешь принять участие в урегулировании одной ситуации, думай, как бы тебе не вышло боком твое участие в другой.
Будь взвешен и осторожен в словах, потому что в геополитике все подчиняется тому же принципу, который постоянно озвучивается в фильмах с участием американских полицейских: все, что вы скажете, может быть использовано против вас.
Ни разу не заявив о том, что Порошенко — нелегитимный президент, и должен быть отстранен от власти, Владимир Путин выбил из рук США мощнейший козырь в «сирийском кейсе».
И все, что теперь могут делать апологеты американской линии — это обиженно бурчать «да, вы этого не говорили, но вы же это думаете!»
Ну, мало ли, кто что думает. В голове-то у нашего Президента явно никто из американцев не был, и подтверждение тому — то, как его решения застают врасплох наших противников, и то, с каким дальним прицелом он выстраивает внешнеполитический курс нашей страны.