В истории литературы часто так случается, что гении затмевают тех, кто стоял рядом. Имена Ахматовой, Гумилева, Мандельштама, Блока знают все, кто хотя бы поверхностно интересуется русской поэзией начала XX века. А вот имя человека, который фактически дал имя всей этой эпохе, сегодня известно лишь узкому кругу специалистов.
Звали его Николай Оцуп
Знакомство с Гумилевым
Николай Оцуп родился в 1894 году в Царском Селе - колыбели русской поэзии. Эта географическая случайность стала судьбой. Он поступил в Царскосельскую гимназию, где его наставником был вдохновенный и строгий Иннокентий Анненский. Правда, когда он окончил гимназию в 1913 году, Анненского уже не было в живых.
Учился Оцуп блестяще, получил золотую медаль. И тут же заложил ее, чтобы добыть деньги на заветную поездку в Париж. Он уехал туда не развлекаться, а продолжать учебу. Однако грянула Первая мировая, и Оцуп решает, что надо вернуться. Его зачисляют на историко-филологический факультет Санкт-петербургского университета и одновременно - в 177-й запасной пехотный полк.
Он пишет стихи, занимается переводами. После революции Горький позвал его в свой масштабный проект "Всемирная литература", который собрал весь цвет тогдашних петроградских писателей и поэтов. Именно там Николай Оцуп сблизится с Николаем Гумилевым. Станет его верным соратником, поможет ему воссоздать знаменитый "Цех поэтов".
Именно Оцупу суждено было стать одним из главных хранителей наследия Гумилева. Позже, уже находясь в эмиграции, он сделает все, чтобы стихи и память об Учителе не канули в Лету. В 1950-е годы он напишет книгу "Николай Гумилев. Жизнь и творчество", где соберет бесценные свидетельства современников.
Покинуть Советскую Россию Николай Оцуп решил в 1922 году. К этому времени Гумилев уже был расстрелян. В могиле лежал и Павел Оцуп, его родной брат, талантливый санскритолог, арестованный в январе 2020-го.
У Чуковского есть такая запись в дневнике:
"Вчера утром звонит ко мне Ник. Оцуп: нельзя ли узнать у Горького, расстрелян ли Павел Авдеич (его брат). Я позвонил, подошла Марья Игнатьевна. — Да, да, К. И., он расстрелян. — Мне очень трудно было сообщить об этом Ник. Авдеичу, но я в конце концов сообщил".
Эпоха серебра
Осенью 1922 года Оцуп эмигрировал и обосновался в Париже - нервном центре русской диаспоры. Здесь он развил бурную деятельность: читал лекции, публиковался в ведущих эмигрантских журналах и, самое главное, основал свой собственный журнал - "Числа". Это издание стало настоящим оазисом для забытых и новых имен русской эмиграции, средоточием ее интеллектуальной и творческой жизни.
Именно там, на страницах "Чисел" в 1933 году вышла статья Николая Оцупа под названием "Серебряный век" русской поэзии". Так термин был озвучен официально и обрел свое законное место. Характерная цитата из этой статьи:
"Запоздавшая в своем развитии Россия силой целого ряда исторических причин была вынуждена в короткий срок осуществить то, что в Европе делалось в течение нескольких столетий. Неподражаемый подъем «золотого века» отчасти этим и объясним. Но и то, что мы назвали «веком серебряным», по силе и энергии, а также по обилию удивительных создании, почти не имеет аналогии на Западе: это как бы стиснутые в три десятилетия явления, занявшие, например, во Франции весь девятнадцатый и начало двадцатого века".
Термин Оцупа идеально схватил самую суть эпохи: ее блеск (серебро - драгоценный металл) и ее трагическую хрупкость, предчувствие заката. Словосочетание оказалось настолько точным и ёмким, что пережило своего создателя на десятилетия и стало общеупотребимым.
Партизан из концлагеря
Дальнейшая судьба Николая Оцупа драматична. В 1939 году, уже после начала Второй мировой войны, он едет на лечение в итальянский город Сан-Пеллегрино, провинция Бергамо. А там... его арестовывают, вменяют в вину еврейское происхождение и бросают в концлагерь La Casa Rossa ("Красный дом"). Отца его звали Авдий Мордухович, был он купцом, мать - Рахиль Соломоновна Зандлер. Этого для итальянских фашистов было достаточно.
В "Красном доме" Оцуп просидел до сентября 1943 года, пока Италия не капитулировала (официально это называлось перемирием). Правда, война на этом не кончилась, северную часть Италии все равно пришлось освобождать. Так что Оцуп, который как раз находился на севере, ушел к местным партизанам.
После Второй мировой он вернулся в Париж, стал преподавателем, защитил диссертацию по творчеству Гумилева. Писал, работал. В 1958 году скончался от разрыва сердца. Стихи его сегодня читают по большей части литературоведы. А вот термин "Серебряный век", придуманный им, стал всеобщим достоянием. И это уже немало, не правда ли?
* * *
На снегу у костра за мостом — Силуэт часового с ружьем. Как ужасно, что пропуск ночной Я У южного моря забыл... И мелькала волна за волной, И по снегу солдат подходил. Я проснулся от запаха роз Без России... Я проснулся от крика и слез Над волнами чужой и свободной стихии.
1919 год
* * *
...А все же мы не все ожесточились, И нам под тяжестью недавних лет Нельзя дышать и чувствовать, не силясь Такую муку вынести на свет. Но где же свет? Над нами, рядом с нами И в нас самих мерцает он порой - Не этот, погасающий ночами, А тот, незримый, не вполне земной. Крепись, душа! И я почти смиренно, Как друг, сопровождаю жизнь мою, И вдруг забрезжит, и в иной вселенной Себя я без испуга застаю. Тогда-то изнутри слова и вещи Я вижу, и тогда понятно мне, Что в мир несовершенный и зловещий Мы брошены не по своей вине. И слышу я с отрадой лишь оттуда Слова проклятий у глухой стены, Которой мы - зачем? - отделены От близкого, от истинного чуда.
1926 год
