У победителя Наполеона, императора Александра I Благословенного, законных сыновей не было (поэтому престол унаследовал его брат Николай I). Две дочери, которых родила его жена, умерли в младенчестве, и, вдобавок, скорей всего, их отцами были её тайные любовники. Своей истинной семьей Александр считал совсем других детей.
Николай Тончи. Портрет Марии Антоновны Нарышкиной, многолетней фаворитки Александра Первого. Отличалась необыкновенной красотой и обаянием.
Прекрасная полька Мария Нарышкина, урожденная княжна Святополк-Четвертинская, около пятнадцати лет была спутницей жизни Императора. Темпераментная брюнетка (совсем не похожая на спокойную блондинку Императрицу) родила за этот период шестерых детей. Только старшую из них, дочь Марину, ее муж Дмитрий Нарышкин считал своим ребенком, остальные, из которых до взрослого возраста дожили только двое, считались императорскими бастардами. Александр I особенно любил старшего из этих детей, девочку Софью, в свете даже называли «Софья Александровна», а не «Дмитриевна».
Софья Дмитриевна, родившаяся 1 октября 1805 года, с самого детства страдала от слабого здоровья, подолгу жила с матерью за границей, на всех модных курортах Европы. Несмотря на хрупкое здоровье, отличалась красотой, пленительной мягкостью нрава, при дворе покоряла всех, включая Императрицу Елизавету Алексеевну, которую называла нежно и открыто " матушкою". Ей писала она нежные трогательные записки, со словами молитв и признаний. (приводятся в романе Дм Мережковского "Александр I," в отрывках)
Современник описывал внешность взрослеющей Софии так: "Тут я видел еще сверкавшую красотою Марью Антоновну и ее миловидную дочь, семнадцатилетнюю Софью. Ее детское, как бы прозрачное личико, большие голубые детские глаза, светло-белокурые вьющиеся кудри придавали ей отблеск неземной."
София Дмитриевна (Александровна)Нарышкина
Александр I хлопотал о ее судьбе и хотел выдать девушку замуж за одного из богатейших людей России — сына Параши Жемчуговой Дмитрия Николаевича Шереметева, но тому удалось уклониться от этой чести. Затем Софья была помолвлена с сыном подруги своей матери — Андреем Петровичем Шуваловым, который ждал от этого большого карьерного взлета, тем более что император уже начал с ним по-родственному шутить. В 1823 году София с матерью вернулись из Швейцарии в Россию, по настоянию Императора, чтобы сыграть свадьбу с графом Андреем Шуваловым, который в свете слыл карьеристом, ловеласом и интриганом, но хрупкую Софи сумел как то обольстить и успокоить сладкими речами о любви.
София же была влюблена в своего кузена Валериана Голицина, но не решилась перечить воле семьи и воле Императорского Дома. За кузена, наверное, еще и не позволили бы ей выйти и по церковным канонам: близкое родство.
София , зная о своей болезни, сохраняла присутствие духа, уверяя окружающих, что счастлива вполне и скоро поправится. Она играла на арфе, клавесине, изучала духовную литературу, любила и поэзию, боготворила Карамзина, зачитывалась Жуковским, не чужда была ей и мода, и шитье, как любой девице того времени.
Неразрешимое противоречие обстоятельств, мятежность духа, отчаяние - все привело к тому, что в России здоровье Софьи Дмитриевны стало резко ухудшаться, хотя она была окружена заботами лучших придворных медиков .. Император проводил у ее постели часы, развлекал и утешал как мог, одаривал цветами, сувенирами, редкостными для климата северной столицы фруктами: ананасами.
Ничто не могло уже спасти Софию и вернуть ей здоровье, и жизнь!
«Софья Дмитриевна Нарышкина на смертном одре», рис. неизвестного художника
18 июня 1824 года она тихо угасла во сне. Похоронили ее в свадебном платье редчайшего кружева и шитья, что было выписано из Парижа для венчания.20 июня 1824 года А. Я. Булгаков писал: "Только и слышно всеобщее сожаление о бедной Нарышкиной, кончившей жизнь во цвете лет... Ей жить было невозможно. В ее лета чахотка ужасно скоро влечет к смерти. Так было с нею. Хотя еще не объявлено было, но, кажется, решено ее замужество с молодым Шуваловым, которого очень хвалят. Он, говорят, в отчаянии.Ему пускали кровь. Сегодня везут её тело в Сергиеву пустынь, где завтра отпоют и положат. Похороны простые, никто не зван; но многие поедут."
18-летняя Софья скончалась от чахотки, которой давно страдала. Когда Александру I сообщили о смерти Софьи, «Император, не сказав на это ни слова, возвел глаза свои вверх и залился самыми горючими слезами, так что вся сорочка на груди его была ими смочена», — писал присутствовавший при этом его лейб-медик.
В день похорон расстроенный жених-карьерист сказал другу: «Мой милый, какого значения я лишился!»
Поэт Петр Плетнёв посвятил кончине строки юной Софьи:
Она пришла не для земли;
Не по земному расцветала,
И как звезда она вдали,
Не приближаясь к нам, сияла.
Граф Андрей Шувалов, тем не менее, получил престижный пост секретаря русского посланника в Вене и вскоре уехал за границу... Забыл ли он свою милую невесту? Бог ведает. Тем не менее расстроенный жених горевал недолго, и через два года женился на худородной польской кокетке, вдове Платона Зубова и поэтому миллионерше.
Александр Павлович Император, по свидетельству доктора Тарасова «скорбел о названной дочери до конца дней, винил себя в смерти ее, и не хотел и не мог ее забыть...». Могила Софии в Троице Сергиевой пустыни не сохранилась.
Умер он через год, 18 ноября 1825 года. Обстоятельства смерти его невыяснены и до сей поры.
