«Самый юный нацист Рейха» Алекс Курзем стал излюбленным героем для немецкой пропаганды. Мало кто знал, кем он был на самом деле.
«Мне приходилось всю жизнь скрывать свою личность. Я должен был сделать так, чтобы никто не узнал, что я был еврейским мальчиком среди нацистов», — говорил австралийский гражданин Алекс Курзем, он же Илья Гальперин, спустя полвека после окончания Второй мировой войны. Долгие годы никто из его друзей, и даже близких родственников не знал, что когда-то он, еврей по происхождению, был воспитанником и талисманом подразделения СС.
Сирота
В один из дней октября 1941 года пятилетний Илья стал свидетелем страшной картины: в его родном городе Дзержинск под Минском вместе с сотнями других евреев нацисты казнили его мать, брата и сестру. Спрятавшись в лесу, он избежал расправы, но, оставшись совсем один, был вынужден идти, куда глаза глядят.
Илья бесцельно бродил по лесам, питаясь ягодами, ночевал на деревьях, чтобы не попасться волкам, и спасался от холода, снимая верхнюю одежду с погибших солдат. Стучась в двери домов, он иногда получал еду и кров, но надолго пускать мальчика к себе никто не хотел.
Такая жизнь закончилась, когда в одном из селений Илья набрел на одного крестьянина, распознавшего в нем беглого еврея. Сильно избив, тот отвел его к зданию школы и передал расквартированному там немецкому подразделению. Это был 18-й латышский батальон шуцманшафта (полицейский) «Курземес», задействованный в борьбе против партизан и в карательных акциях против еврейского населения в районе Минска.
Готовясь к смерти, Илья обратился к стоявшему рядом с ним солдату: «Пока вы меня не убили, можно мне съесть кусочек хлеба?» Внимательно посмотрев на мальчика, капрал Екабс Кулис отвел его в сторону и сказал, что, если тот хочет выжить, ему следует навсегда забыть тот факт, что он еврей, и выдавать себя за русского сироту. В таком статусе его и приняли в батальон.
«Боевой» путь
Латыши придумали мальчику новое имя — Алекс Курзем (в честь западной области Латвии — Курземе — был назван и сам батальон). Поскольку он не помнил дату своего дня рождения, ее ему «назначили» — 18 ноября (в этот день в 1918 году Латвия впервые в истории обрела независимость).
В батальоне Илья-Алекс занимался в основном хозяйственными делами: чистил сапоги солдатам, разводил костер, приносил воды. Получив форму, маленькое ружье и маленький пистолет, он стал настоящим сыном полка, воспитанником и талисманом подразделения.
Вместе со своим батальоном Алекс прошел всю Белоруссию, став свидетелем массовых казней и жестоких карательных операций. «Я просто был вынужден наблюдать за тем, что происходило», — вспоминал Курзем: «Я не мог остановить войну. Меня забрали люди, которые совершали все эти убийства. Я ничего не мог сделать, ничего. Я знал, что это плохо. Я плакал… Иногда я жалел, что меня не расстреляли вместе с матерью».
Маленького Алекса, тем не менее, также привлекали к преступной деятельности батальона. Чтобы успокоить евреев, которых сажали в вагоны для отправки в концлагеря, он на платформе перед посадкой раздавал им шоколадки.
1 июня 1943 года 18-й полицейский батальон был включен в состав Латышского добровольческого легиона СС, и Курзем сменил свою старую форму на новую. «Самый юный нацист Рейха» стал частым гостем на страницах газет и кадрах кинохроники.
Новая жизнь
Когда военная удача отвернулась от Германии и латышские эсэсовцы перешли от карательных акций к участию в боевых столкновениях с Красной Армией, Алекса отправили в тыл, в Ригу. Там его усыновила семья директора местной шоколадной фабрики Екабса Дзениса. Вместе с ней он сначала переехал в Германию, а в 1949 году — в Австралию.
Долгие годы Алекс Курзем хранил в тайне обстоятельства своей жизни. Семье он говорил, что его, скитающегося сироту, подобрала и усыновила латышская семья.
Когда в 1997 году Алекс открыл неприглядные детали своего детства, некоторые друзья отвернулись от него. В среде еврейской общины Мельбурна он подвергся сильной критике: ему ставили в вину добровольное вступление в СС, а также отсутствие ненависти к нацистам.
«Ненависть мне не поможет», — отвечал на это Курзем-Гальперин: «Я такой, какой есть... Родился евреем, был воспитан нацистами и латышами и женился как католик».
