«Хлебное», «винное» и «музыкальное» дела стали олицетворением многочисленных проблем в советской экономике.
«Хлебное дело»: прибыль важнее человеческих жизней
Великая Отечественная война для Михаила Исаева оказалась плацдармом в «светлое будущее». Ушлый мужчина сумел выбить себе «освобождение» и окопался в тылу, став снабженцем. В качестве начальника отдела снабжения Росглавхлеба он отвечал за поставку хлеба и других продуктов первой необходимости в магазины, столовые, воинские части по всему Союзу.
Михаил быстро сообразил, что его должность способна принести ему целое состояние. Каких-то гениальных схем махинаций он не стал изобретать. Исаев просто подворовывал часть продуктов. Скажем, одно яйцо из десятка. А учитывая, что в день контора отгружала тысячи яиц, то мужчина себя явно не обижал. Точно также происходило с мукой, сахаром, чаем. Везде по чуть-чуть, а в результате — солидный куш. Причём Исаев явно не мучился угрызениями совести даже в те моменты, когда воровал продукты, предназначенные для блокадного Ленинграда.
Поскольку Исаев боялся потерять хлебное место, он нашёл себе «крышу». От незваных гостей его оберегал некий Андрей Горелов — матёрый преступник. И дальше они уже вместе придумали схему, как обогатиться ещё больше. Исаев «сливал» Горелову информацию о составах с продовольствием. И тот их грабил. Важно то, что Михаил, зная, что будет налёт, отгружал в поезда ровно в половину меньше продуктов, чем значилось в документах. Вторую же половину он оставлял себе. И оба преступника были крайне довольны таким продуктивным «сотрудничеством».
После войны Исаев, сколотивший на продуктах огромное состояние, продолжил заниматься снабжением. Он жил в своём доме в Подмосковье и часто закатывал шумные гулянки. Соседи, конечно, жаловались в милицию, но «ручной» участковый приходил на помощь. А вот когда покончила с собой жена Исаева, снабженцем заинтересовались сотрудники Отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности (ОБХСС) МВД СССР. Начались многочисленные проверки. Удалось выяснить, что Исаев тратил огромные деньги на многочисленных любовниц, из-за чего свела счёты с жизнью его жена, уставшая от постоянных измен мужа. Дальнейшее расследование установило, что Михаил за несколько лет работы снабженцем украл более 10 тонн муки, около 2 тонн сахара, 400 килограммов сливочного масла.
В 1947 году Исаева и его подельников арестовали. Михаил и бухгалтер Розенбаум получили по 25 лет тюрьмы. А всё имущество снабженца было конфисковано. От правосудия ушёл только Горелов. Его так и не нашли, хотя искали очень долго.
«Винное дело»: пьют все!
Послевоенные годы стали временем расцвета для питейных заведений, которые в народе ласково называли «рюмочными». Они в большом количестве появились во всех городах Советского Союза. И это нанесло по алкогольным спекулянтам сильный удар. Поскольку до того момента, как производство спиртных напитков взяло под контроль государство, в этой области ощущался сильнейших дефицит. Чем, собственно, спекулянты пользовались по полной программе, продавая бутылки из-под полы за бешенные деньги. С появление рюмочных ситуация нормализовалась. Советским гражданам было гораздо выгоднее зайти в питейное заведение, нежели где-то искать бутылку.
Но и здесь не обошлось без ушлых людей, решивших сколотить состояние на вино-водочной продукции. Одним из первых стал заместитель начальника Главвина Николай Мирзоянц, контролировавший производство алкогольной продукции Кавказа и Молдавии. Должность позволяла Мирзоянцу получать большие деньги, не пачкая руки. Он просто назначал директорами новых винзаводов людей, которые были в состоянии заплатить ему определённую сумму. В зависимости от местоположения предприятия и его мощности, взятка могла достигать нескольких сотен тысяч рублей. А в то время это были колоссальные деньги. Несмотря на это, в кабинет к Мирзоянцу выстраивались очереди из желающих заполучить тёплое место.
Но, как известно, денег много не бывает. И спустя некоторое время Мирзоянц решил, что ему нужен дополнительный доход. Совместно с Тенгизом Алабидзе, который возглавлял вино-водочный завод в Куйбышеве, они внедрили новую схему обогащения — простую, но прибыльную. Предприятия получали бочки с винным концентратом, в котором содержание сахара и спирта было в несколько раз больше, чем положено. Соответственно, это позволяло производить больше неучтённой продукции. Товар отгружали «прикормленным» питейным заведениям и магазинам, где велась левая бухгалтерия. В выигрыше были все. А особенно Мирзоянц, который получал определённый процент с продаж.
Многочисленные гости столицы, приезжавшие на поклон к Мирзоянцу, вели себя нескромно, чем заставили обратить на себя внимание правоохранительных органов. За дело взялся Фёдор Невзоров, который несколькими годами ранее принимал участие в распутывании «хлебного дела». Он провёл проверку сначала в Москве, затем в Куйбышеве, взяв под колпак Алабидзе. Началось расследование. И вскоре сотрудникам ОБХСС удалось разобраться в криминальных схемах Мирзоянца и компании. Невзоров наведался на производство концентрата в Грузию, и после тщательной проверки последние сомнения развеялись. По примерным подсчётам, Мирзоянц успел сколотить состояние в несколько миллионов рублей, остальные участники «винного дела» — меньше, но тоже не были обижены.
В 1952 году Мирзоянц, Алабидзе и ещё несколько человек были арестованы. Суд приговорил их к различным срокам тюремного заключения.
«Музыкальное дело»: состояние на грампластинках
На рубеже 1940−1950-х гг. в Советском Союзе начался настоящий бум продаж грампластинок, что, естественно, в скором времени привело к дефициту. И люди были готовы платить приличные суммы, только бы раздобыть записи советских или иностранных исполнителей.
Спрос, как известно, рождает предложение. Некто по фамилии Дорошенко, который в те годы заведовал Апрелевским заводом по производству грампластинок, смекнул, что на дефиците можно неплохо заработать. Поскольку в одиночку ему не удалось бы провернуть задуманное, он привлёк Миронова и Оськина. Первый заведовал сбытом готовой продукции, а второй — заводским складом.
За короткий срок преступная группа разрослась до нескольких десятков человек, охватив около 20 город Советского Союза. Благодаря взяткам Дорошенко и компания получали сырьё, изготавливали пластинки, а затем сбывали их в магазинах. Пиратская продукция разлеталась по всему Союзу, принося преступникам неплохой доход.
Вовремя остановиться у Дорошенко не получилось. Жажда наживы была гораздо сильнее осторожности. Дело в том, что грампластинки, в отличие от шуб или спекуляции валютой, не приносили огромную прибыль сразу, требовалось терпение и осторожность. И этих качеств преступникам не хватило. В середине 1950-х гг. стражи порядка решили проверить, откуда в магазинах то и дело появляется дефицитный товар в больших количествах. В 1957-м свыше ста человек было арестовано: лидеры подпольного производства грампластинок, руководители фабрик и магазинов, рабочие. Более семидесяти из них отправились за решётку.
