Все окна открыв, опустив занавески,  ты в зале роялю сказала: живи!
Как легкие крылья во мраке и блеске,  задвигались руки твои.
***
Под левой — мольба зазвенела несмело,  под правою — отклик волнисто возник,
за клавишей клавиш, то черный, то белый,  звеня, погружался на миг.
***
В откинутой крышке отливы лоснились,  и руки твои, отраженные там,
как бледные бабочки, плавно носились  по черным и белым цветам.
***
И звуки холмилис