Второй кошмар, по всей видимости, решил добить меня окончательно, потому что в нем не было даже неопределенного хэппи-энда. Дело опять-таки было мерзкое, и опять в нем участвовал Сластена. На этот раз он был не агрессивен, однако довольно успешно подстрекал других. Сначала подстрекаемые попытались извести друг друга при помощи яда, начав с самых слабых, но потом, видимо, в головах у них немного прояснилось, и они перешли к суицидным попыткам.
Самое неприятное оказалось то, что как раз в разгар процесса самоотравления я из наблюдателя превратилась в действующее лицо. К этому времени все прочие суицидники уже даже не дергались. С каким-то непонятным удовольствием я выпила стаканчик мутной жидкости и равнодушно стала наблюдать за тем, как немеет тело. Когда из всего тела живой осталась только голова, в комнату неожиданно вошел мой папа. Последнее, что я помню - выражение детского недоумения и горя на его лице и свои немеющие, слабые губы, которые пытались что-то ему прошептать. Потом, видимо, я умерла, потому что проснулась.
Забавно, что весь ужас происходящего я осознала только тогда, когда увидела папу. Мне не было страшно умирать - я боялась за него!
После этого кошмара я поняла, что хороших снов мне сегодня не видать, и окончательно проснулась.
Брррр.