День 10. 24 июля.
Н ночевки – 3547, Н мах – 4162, Н финиша – 3847.
С утра – солнечно! Поспешил выкинуть штаны и куртку на близлежащие крупные камни, возможно, до выхода что-то успело бы подсохнуть. Впрочем, досушивались шмотки уже на мне.
С утра линза не расправилась, а при попытке помочь ей это сделать – линза порвалась! Порвалась! Вот это номер – в день, когда мне как пить дать требовалось хорошее зрение – рвется линза. Как я зол!
Быстро собрались, двинулись в сторону ледника. Все-таки прокручивал в голове идею худшего сценария передвижения по леднику, хотя потом и отогнал эти мысли. Первый раз – везде первый раз.
В 9 часов подошли вплотную к леднику. Язык ледника Лиза предложила пройти в обвязках, но не связываясь, а связки скомпоновать уже перед его закрытой частью.
9:37 – мы с Петей С. вышли на лед. Спустя несколько минут отрыв «головы» от «хвоста» был значительным, что любая связь была затруднительна. Руководитель дал конкретный вектор движения – выходить к снежной полке.
Весело журчали ручейки, текущие по поверхности ледника, открытых трещин не было. Я себя убеждал в том, что несколько метров льда без проблем выдержат вес моего тела с рюкзаком и старался просто не отставать от Пети, хотя минут через 15 после начала движения мы уже просто плелись, постоянно сопротивляясь легкому скольжению. Солнечная погода способствовала образованию проталин, резке ручьями трещин в теле ледника, генерации различных неровностей, за которые можно было уцепиться крепким «вибрамом».
Ритм стал настолько неровным, что мы в итоге шли минуту, потом отдыхали 15-20 секунд и шли дальше. Петя говорит, что ему слегка не хватает кислорода (чисто интуитивно – высота подбиралась к 4000), хотя никаких объективных признаков горной болезни наблюдать не приходилось – адаптация прошла уже давненько, поэтому про вечную спутницу горных туристов и альпинистов мы как-то благополучно забыли.
Ближе к 11 часам мы добрались до границы открытой и закрытой частей ледника. Вот тут то и связались в связки (пардон за каламбур).
Еще накануне Лиза оговорила, что связки будут такие же, как и сожительство по палаткам: Петя С. – Лиза – Юля, Петя Г. – Слава – я, Ваня – Ира – Наташа. По весу это было наиболее удобно, да и веревки транспортировали по факту по 1 человеку из связки (ну почти J)
Как только Петя С. начал «тропить», то сразу ушел по колено в какое-то подледное озерцо. Решено было обойти. Далее – с меньшей долей приключений, но не без проваливания до середины бедра, начали медленный пологий подъем.
Моя работа как хронометриста сбилась окончательно – не понятно было, в момент смены связок требовалось сделать привал или нет. Лизу я предупреждал о времени, но скорость продвижения была крайне низкой, а Петя С. и Петя Г. тропили без устали, что привал первый сделали лишь через 40 минут.
После первого перехода по снегу я пал на колени, а голову сложил на ледоруб. Почему-то в тот момент мне показалось, что это очень удобная поза для отдыха. Лишь через несколько секунд я скинул рюкзак (сделать это оказалось не так то просто, будучи в связке и в страховочной системе) и уселся на него.
…На леднике на привале стояла невообразимая тишина. Как только кто-то заканчивал шуршать пакетиками с карманным питанием или бутылкой воды, на мозг всем весом обрушивалось безмолвие гор. Такое было в диковинку – обычно либо шумел ветер, были видны какие-нибудь птиц или бредущий скот. Но здесь – на леднике, была пустота практически космическая. Ни шороха, ни дуновения, ни облачка.
-Может, за этим и едут жители мегаполисов в горы? За тишиной? – риторически я вопрошал у Пети, - надо здесь отель открыть.
Впрочем, в одном из своих произведений Стругацкие уже опередили меня.
Тропили медленно, давалось с трудом – после слабо выраженного перевала погода стала просто отвратительной – из-за хребта выплывало облако, а за хребтом «сидело» грозовое облако. Позже ребята меня убеждали, что это было обычное облако, но я с ними так и не согласился. Повалил хлопьями мокрый снег, Лиза настаивала на перевальном фото, а начал уже изнывать – ритм движения был крайне неприятный, попасть в грозу на перевале, по колено стоя в каком-то водоеме, а в руке сжимая ледоруб (да еще и обвешанный с ног до головы карабинами) было слишком мало желания.
На перевале были примерно в 13:50 (сло.жно определить, перевал был исключительно на GPS, все неровности рельефа были скрыты снегом), после этого – уклон становится пандусом и высота постепенно снижается.
В 15 часов выходим снова на открытую часть ледника. К этому моменту наша связка идет последней, а я – самым последним участником. Неприятное ощущение пустоты за спиной, учитывая, что весь поход я знал, что иду вперед всего отряда.
Слава умело обходил трещины, однако он был за 15 метров до меня, и идти «след в след» тут не получалось. Вот с этой стороны уже сумел разглядеть действительно глубокие (несколько метров глубиной) трещины, где зловеще грохотала тающая вода. Пару раз ледник издал звук, будто подо мной трескался лед, однако такие участки я старался быстрее пройти.
В 15:10 мы развязались и сняли страховку с себя. Вырулив на ранклюфт, быстро перебрались на боковую морену в виде живой осыпи и привалили. Самое время съесть перевальный шоколад – пер. Ашутор был успешно пройден!
Чуть позже Петя Г. подворачивает ногу – живая осыпь штука коварная, поэтому меж двух зол – живой осыпью и ледником – выбрали последнее. И вновь выходим на ледник…
Действительно, километр маршрута гораздо быстрее преодолевался куда быстрее, чем если бы мы резали траверсом склон морены. В конце нас ожидало холодное ледниковое озеро и небольшое прояснение погоды.
Наши фотографы использовали привал здесь для пополнения собственных фотоархивов. Я же старался максимально расслабиться…
В половину шестого выдвигаемся далее и выходим на сырты… Сырт – плоский межгорный ландшафт в виде альпийских лугов, расположенный в системе высотных поясов сильно выше любых градиентов: севернее хребта Терскей-Алатау на высоте 3800 исключительно нивально-гольцовые ландшафты, здесь – низкотравные луга, поражающие своей зеленью.
Перебродить и не замочить ботинки вечером не удалось.
Точнее, удавалось, но лишь до середины поймы. В итоге вечером сидел в сырых кроссовках, под градом с грозой и готовили ужин. Было очень неуютно внешне, но было крайне уютно внутренне. Ледник что ли нас спаял?
К вечеру прояснилось, но, как назло, солнце скрылось за хребтом, поэтому толком ничего не удалось посушить... Зато была красивая радуга.
[700x467]
[700x467]
[700x467]
Исходное сообщение Эвглен А в чём разница между открытой и закрытой частями ледника?Открытый ледник - не перекрыт сверху снегом. Закрытый - соответственно, перекрыт.
Исходное сообщение Эвглен Так у вас ничего непромокаемого на ноги не было что ли? Или просто лень обуть было? Тогда уж лучше разуваться нужно было... Брод, речку по броду преодолевают, а не "перебраживают"..."Бродильная" обувь была, я вроде как в ней даже преодолевал брод этот.
Исходное сообщение Кладбищенский Про высоту ты пишешь регулярно, а какая температура воздуха у вас была в дни похода, вообще не отмечаешь. Или градусника у вас не было?Градусника не было, кстати, надо будет учесть на будущее!