Сегодня начала читать книгу «Ашкелонские хроники» К.Арама.
Разноцветные кусочки смальты, которые складываются в причудливый узор жизни. Он пишет о семье, о своих детях, о море.. Просто заметки человека на полях своей жизни. И в неторопливом ритме - дыхание моря и южный ветер.
Вечер. Отзвучала сирена, провозгласившая начало шаббата, и я засобирался на море. Ехал на велосипеде, мчался за уходящим солнцем. Подумал, что если я еду за солнцем, то мой день всё же чуть больше, чем у кого-то другого, кто, например, сейчас дома… Совсем на чуть-чуть больше. Но этого достаточно, чтобы погоня за уходящим солнцем не была безнадёжной.
Вот оно, море. Солнце уже на горизонте. Ещё есть отдыхающие, но не многолюдно. Вот она, моя солнечная дорожка. Именно моя, потому что у каждого человека она своя. Даже если человек рядом, он видит другую дорожку, только его. А у меня своя.
Иду по ней в море… Волны с неохотой пускают меня к себе, но я продолжаю идти. Интересно смотреть, как сквозь волны просвечивает вечернее солнце.
Выхожу на берег. Солнце уже почти село. Провожаю его…
Сегодня тихое, безветренное утро. Приятная прохлада ашкелонской осени дарит моей душе благостное и просветлённое ощущение бытия. На обратном пути из детского сада, куда я отвёл свою дочь, на затоптанной и выцветшей клумбе одного из ашкелонских двориков увидел красивого чёрного, с рыжими полосками, кота, царственно возлежавшего среди цветов и с мудростью сфинкса улыбавшегося утреннему солнцу и новому дню.
Как всё просто: есть новый день, и ему нужно радоваться. Шёл и думал о Боге и о том, как удивительна и прекрасна жизнь, Его творение.
Неподалёку от дома повстречал старца, пожилого религиозного еврея в чёрной кипе, который собирал кусочки хлеба, разбросанные кем-то небрежно по земле. Я подошёл и стал делать то же самое – собирать хлеб и складывать его на мусорный бак, ибо не пристало хлебу лежать на земле, чтобы его топтали ногами.
Я поднял то, что не поднял старик, и мы разошлись, не сказав друг другу ни слова. Спасибо ему за урок смирения, мудрости и уважения к человеческому труду.