Как бы ни раскручивали в прессе и на телевидении динамовцев Тбилиси, игравших в действительно великолепный футбол на рубеже 70-80-х, я не мог быть почитателем этой команды. Я не пришел в восторг, когда Виталий Дараселия забил решающий гол восточногерманскому «Карл Цейсс» в финале Кубка обладателей Кубков, и во время полуфинала следующего розыгрыша этого турнира не без злорадства наблюдал за тем, как после навеса Симона Тахаматы головой вколачивает мяч в ворота Отари Габелия форвард льежского «Стандарда» Даарден.
Чужеродность грузин мной ощущалась априори, и она была более явной и вызывающей, чем у их европейских соперников в футбольных матчах, вернее – жителей «прогрессивного Запада», с кем в быту не приходилось сталкиваться в те годы. Успехи «Динамо» (Тбилиси), подтверждающие высокий статус Грузинской ССР, где не знали ни товарного дефицита, свойственного советской формации, ни изнурительного труда, как бы лили воду на мельницу родоплеменного эгоизма, выражавшегося во все более настойчиво звучащей теме, - «Чем мы обязаны русским?!». Отсюда и тиражирование нудных фильмов наподобие «Покаяния» - то есть чувства, абсолютно не свойственного нации воров в законе и цеховиков.
Толкуют о традиционном кавказском гостеприимстве, но ведь это обстоятельство, по идее, должно выражаться не в пичканье домашним вином с шашлыками и лицемерных уверениях в дружбе, а в чистосердечном стремлении уравнять гостя в правах с автохтонами, создать ему те же условия для карьеры и заработка. Не знаю примера, когда грузины усовестились, - «"В Соликамске у вас от цинги зубы выпадают, а у нас мандарын-впилсин, переселяйтесь к нам!". Наоборот, они исконно лезли в Россию как беспардонные захватчики. Обычная картина - в роскошную квартиру, где, допустим, почил заслуженный ветеран, въезжает их шайка с жопастыми раскомленными детьми (которые немедленно начинают задирать "белобрысых"), делает евроремонт, пригоняет к подъезду навороченный «Джип», и с утра до ночи - гортанные выкрики, топот над головой, а замечание им сделать не моги! Мой первый опыт знакомства с грузинами был в частном секторе Саратова. Пока в наш дворик не въехала их семья, была тишь да благодать, рядом мирно жили евреи. Вдруг началось: когда отец семейства с фамилией на "швили" после гульбы с доступными русскими бабами возвращался, его жена, визжа по звериному, пуляла в него от ревности из окна второго этажа тарелки, рвала на себе волосы и билась головой об стену. Видеть это человеку, привыкшему жить в определенном культурном поле, было откровенно дико.
Блондинке со славянским лицом категорически не рекомендовалось на курортах Черноморского побережья ходить одной без мужчины - сперматоксикозные гоги в костюмах тройках и с золотыми фиксами враз в "Волгу" затащат, всем кланом отдерут, да в овраг выкинут, а менты местные в ответ на жалобу (если, конечно, таковая последует) в нацизме обвинят. Не надо звенеть о каком-то обусловленном православной общностью духовном родстве с грузинами. Оно существовало лишь в воображении русских интеллигентов, готовых преподносить свои сердца на ладони любой макаке - слишком очарованной своей этнической самобытностью, чтобы отвечать добром на добро. Пример истории: ради спасения грузин от персидской резни и полного уничтожения, в их черноморских крепостях разместили гарнизоны стрельцов. Но едва опасность с юга отступила, новый царек "грызунов", по обыкновению изменивший политический курс на сто восемьдесят градусов, вышвырнул наших служивых людей вон, оставив без хлеба и боеприпасов, и они бедняги почти все погибли при возвращении на родину - на горных тропах и в выжженных солнцем степях. С тех пор чисто потребительское отношение грузин к русским (которых они исконно презирали) типа - "Ларыса Ывановна хачу!", стало аксиомой.
И вовсе не ущемление в правах (положим, требование внести в конституцию Грузинской ССР пункт о государственном языке, которое Москва немедленно удовлетворила, хотя в Советском Союзе отсутствовало само юридическое понятие - "госязык"), а именно вседозволенность породила известные события 1989 года на проспекте Руставели в Тбилиси. Солженицын верещал: "Жаждет независимости Грузия". Ну, нате, ешьте! Вдруг выясняется: желают они и в России все привилегии сохранить (не батоно ли Эдуард – чудовище с глазами совы, пользуясь служебным положением, продал американцам нефтяной шельф на Дальнем Востоке?) и Абхазию подмять, и в самой «Сахартвело» абсолютную расовую чистоту обеспечить. Жирно?! И это после того, как их Тифлис, где раньше отсутствовала даже канализация, при СССР превратили в оазис. Да за такое саперных лопаток апрельской ночью явно мало!
P.S. Не скрою, тбилисского комментатора Котэ Махарадзе я считал лучшим в своем амплуа на территории Советского Союза, но, думается, доживи он до событий 08.08.08, то рассуждал бы непременно в духе известного актера, исполнителя главной роли в фильме «Мимино», который при всей своей выползшей из мистических тайников души русофобии, судя по сведениям, не спешил расставаться с бизнесом в Москве. Все они одним миром мазаны - не способные подняться над собственными национальными комплексами, а еще, по всей видимости, подчиненные мнению толпы.