«Я помню вальса звук прелестный» — при этих словах в сознании русского человека, независимо от его возраста, а также образовательного и культурного уровня, возникает некий обобщенный образ, который можно условно назвать «русским вальсом». Причем этот самый «русский вальс» — вовсе не венский вальс в стиле отца и сына Штраусов, не парижский — с неизменным аккордеоном и надтреснутым баритончиком французских шансонье, и не изысканный вальс Шопена. «Русский вальс» — совсем другое явление, во многом