"... Магические возможности печника также могли принимать антикреативную направленность.

Неудовлетворенные оплатой или хозяйским угощением, печники будто бы мстили с помощью своих тайных средств: печь дымила, с полок в запечном углу падали горшки и чашки, хлеб не пропекался, а пища в горшках пригорала от неравномерного нагрева печи.. 

Месть эта касалась гл.образом женщин, которые проводили у печи значительную часть времени, а в ряде случаев прямо угрожала женской репродуктивной сфере.

“Печники делали: станет женщина топить, а у ней сарафан прям на голову подымет” ( что грозило как позором, так и простудою), – рассказывает о такой мести пошехонский старик-плотник (1904 г.р.), знакомый, между прочим, и со смежной профессией печника.

Этот фокус зафиксирован в тех же местах А.Баловым в 1898 г. В Череповецком у. Новгородской губ.

Он назывался садить копуна под печь и заключался в конструктивном приеме, обеспечивавшем постоянные сквозняки – ветер из-под печи (где оставлялось пустое пространство) с помощью устроенных ходов и отверстий направлялся как раз под подол стряпухе.

Говорили же об этом как о проказах какой-то нежити:

“Недовольный мастер садит “копуна”, вся проказливая деятельность которого ограничивается… тем, что когда стряпуха подойдет близко к печке и сунет голову в устье ея, чтобы посмотреть…–в это время “копун” копнет ее под подолом” (ТА, д.1788, л.2. Ярославская губ., Пошехонский у., 1898 г.; д.834, л. 10. Новгородская губ., Череповецкий у., 1899 г.).

Сквозняки, устроенные недовольным печником, воспринимались как деятельность мифологического существа, покушавшегося на женские гениталии.

Можно заметить также, что существо, которое, по поверьям, напускали плотники, в ряде случаев называлось кикимора.

Напомним, что кикимора в народных воззрениях – домашняя нежить, чаще всего душа умершего ребенка, проклятого матерью или некрещеного (поскольку всех детей крестили, даже нежизнеспособному повитуха сразу же накидывала на шею крест, и по произнесении молитвенной формулы он считался окрещенным, – некрещеными умирали, по всей видимости, внебрачные дети и тайно умерщвленные во чреве или сразу после родов).

Иными словами, кикимора – образ материнского греха или, во всяком случае, неблагополучия в репродуктивной сфере: за ним смерть ребенка, отказ от него – материнское проклятье, аборт или детоубийство.

Плотницкая месть, таким образом, связана как-то с этой – антикреативной – областью значений.
..."

Т.Б.Щепанская. Сила (коммуникативные и репродуктивные аспекты мужской магии)// Мужской сборник. Выпуск 1. Мужчина в традиционной культуре. Социальные и профессиональные роли. Сила и власть. Мужская атрибутика. Мужской фольклор/Сост. И.А. Морозов. Отв.Ред. С.П. Бушкевич. М., 2001.

источник