ЧТО БУДЕТ, ЕСЛИ СКРИПАЧАМ ЗАПРЕТИТЬ СМЫЧКИ?
Обычно струнные в оркестре поют смычком.
Скрипка ведёт линию, виолончель отвечает, альты держат середину, контрабасы дают опору. Всё держится на длинном дыхании смычка — именно он делает звук струнным в привычном смысле.
Но есть приём, который меняет всё.
Музыкант не ведёт смычком по струне, а щиплет её пальцем. Коротко, упруго, точно.
Это называется пиццикато.
И вдруг оркестр перестаёт петь — и начинает подмигивать.
Звук становится лёгким, упругим, почти игрушечным. Не широкая мелодия, а маленькие искры: щелчок, ответ, улыбка, ещё один щелчок.
Американский композитор Лерой Андерсон прославился короткими оркестровыми миниатюрами — музыкой, в которой за две-три минуты появляется характер, сюжет и настроение. Он умел делать целую сцену из одной точной детали.
В пьесе “Plink, Plank, Plunk!” он строит почти всю музыку на пиццикато.
Даже название звучит как маленький оркестр щелчков: plink — plank — plunk.
Здесь струнные будто забывают, что они должны быть серьёзными.
Они не поют.
Не тянут длинную фразу.
Не изображают большую драму.
Они играют пальцами — и весь оркестр становится лёгким, остроумным, живым.
Иногда музыке не нужен большой жест.
Достаточно одного щипка струны — и настроение уже изменилось.
Лерой Андерсон — “Plink, Plank, Plunk!”
|
|
