 *******
Общество австрийских модернистов возникло в 1887 году, объединив в своих рядах виднейших архитекторов, художников, прикладников, иллюстраторов, писателей и поэтов. В отличие от академического искусства, тяготеющего к реализму и историзму, модерн ставил во главу угла символ, ставший ядром модернистской концепции и источником художественного своеобразия. Модернисты стремились проникнуть за завесу видимой реальности, постигнув её скрытое символическое значение. Они ставили перед собой задачу обнаружить присутствие таинственного, непостижимого слоя бытия, скрытого по ту сторону привычного, и запечатлеть его с помощью мифологических образов, аллегорий, ассоциаций и символических образов....
******
Именно Густав Климт стал идейным вдохновителем австрийского модерна. В конце 19 века он был уже известным и весьма преуспевающим художником, имеющим «Золотой крест» за заслуги в искусстве и звание почётного члена Мюнхенского и Венского университетов. Однако традиционная живопись ему уже изрядно наскучила. Окончательный отход Климта от академизма начался в 1984, когда ему и его коллеге Францу Матчу предложили расписать Большой зал Венского университета
Климт начал писать только то, что ему было интересно и в той самой манере, которая заставляла обывателей и конформистов с пеной у рта кричать о вульгарности, эпатаже и порнографии. Программная «Голая правда» (Обнажённая истина) стала очередным вызовом немецкому пуританству и моралите. Рыжеволосая женщина, нарочито чувственная и бесстыдная, олицетворяла пламя, обнажающее непрекрытую истину, обычно прикрываемую ложью, лицемерием и притворством. Надпись на картине гласила: «Правда — это огонь. Огонь освещающий и испепеляющий». Полотно вызвало яростные споры, от художника потребовали умерить пыл, пригрозив финансовым вакуумом, проще говоря, отсутствием заказов.
Чем больше разгневанные и раздосадованные мужчины старались загнать в жёсткие рамки пылкую, обнажающую самую суть жизни, кисть Климта, тем больше женщины восхищались и боготворили талант художника. Так была создана знаменитая «Галерея жён», запечатлевшая супруг местных банкиров и промышленников. Написанный мастером портрет превращал самую заурядную Грэтхен в воплощение Анимы, вечной женственности, манящей и недостижимой. Он видел в этих женщинах нечто такое, что невозможно было объяснить словами — неиссякаемый источник любви и тайны. При этом портретное сходство с моделью было практически фотографическим. За каждый портрет Климт получал кругленькую сумму, что позволяло ему не только не зависеть от официальной точки зрения на его живопись, а с успехом продолжать свои смелые поиски.
Однако в 1905 году Климт не только потерял всякий интерес к баталиям вокруг «непристойной эротичности» его работи, вдохновлённый византийскими мозаиками, круто изменил свою творческую манеру, положив начало прославленному «Золотому периоду» Густава Климта. Вот и пригодились полученные им в юности навыки ювелира! Теперь портреты Климта больше похожи на иконы в роскошных золотых окладах. В тончайших переплетениях золотых нитей делаются неразличимыми несущественные детали, мерцающий золотой орнамент поглощает детали интерьера, одежду, гипнотически притягивая к себе взгляд зрителя. А из этого переливающегося великолепия проступают женское лицо, запечатлённое с безупречной, почти фотографической, точностью и прихотливая, нервная линия рук модели. Натурализм и эротичность живой плоти усмиряются византийской роскошью мозаичной плоскости окружающего пространства.
Густав Климт, пожалуй, один из немногих художников начала 20 века, кто не оставил автопортрета. В написанном им «Комментарии на несуществующий автопортрет» есть такие слова: «Меня гораздо меньше интересую я сам в качестве предмета картины, чем другие люди, прежде всего женщины… Во мне нет ничего особенного. Я художник, пишущий день за днём с утра до ночи… Кто хочет что-нибудь обо мне знать… должен внимательно рассмотреть мои картины». Густав Климт вглядывался в женщин, как в зеркало, извлекая из каждого увиденного им лица черты своей собственной души.
Густав Климт скончался в зените славы 6 февраля 1918 года. Его работы с непреходящим успехом продавались и после смерти автора, постоянно возрастая в цене. К середине ХХ века все знаковые полотна осели в государственных галереях.
Однако, скандальная слава, бушующая когда-то вокруг полотен художника, не угасла, вспыхнув с новой силой, правда уже совсем по другому поводу. В 2003 году мировой арт-рынок потрясло небывалое сообщение — Американский суд принял в производство заявление гражданки США Марии Альтман против Австрийской республики. 76-летняя истица требовала передать ей пять полотен Густава Климта, хранящихся в Австрийской галерее и принадлежавшие ей по праву наследства
Мадам Альтман ни в какую не соглашалась уступить картины австрийскому правительству, несмотря на предложенную ей баснословную сумму в 100, а затем и в 200 миллионов долларов. Она потребовала не много ни мало 300 миллионов, и в 2006 году канцлер Австрии был вынужден официально объявить о прекращении переговоров и отказе государства от приоритетного права выкупа, в результате чего 5 полотен австрийского живописца покинули Вену и отправились за океан.
Меньше, чем через полгода она продала австрийскую Мону Лизу известному филантропу Рональду Лаудеру, выложившему за полотно $135 миллионов. Таким образом портрет кисти Густава Климта стал самым дорогим на тот момент полотном, побив рекорд в $104 млн, установленный в 2004-м «Мальчиком с трубкой» Пабло Пикассо.
Так что судьба, в некотором роде, сыграла с живописцем злую шутку. Слова Шиллера, выбранные Климтом своим девизом: «Если ты не можешь твоими делами и твоим искусством понравиться всем, понравься немногим. Нравиться многим — зло», теперь не особо относятся к творчеству самого Климта. Сегодня он один из самых растиражированных художников 20 века, принты с изображениями его картин можно встретить где угодно — на чашках, плошках, бижутерии, аксессуарах, постельном белье, обоях, обложках книг, ковриках для мыши и чехлах для всего и вся.
отсюда
|
|
|
|
|
|
|
|
|